Среди паксов - Никита Юрьевич Садыков

Мы подъехали к парковке, на которой было подозрительно пусто.

– А ваш фитнес сегодня работает? Выглядит подозрительно, ни одной машины.

– Типун вам на язык! Неужели выходной? Не уезжайте, пожалуйста, я проверю. Если закрыты, поедем обратно. Хотя, чего проверять, закрыты они. Поехали обратно. Или нет… Давайте в пиццерию заедем по дороге.

* * *

– Волки́, говорю им, вы чего своего бывшего вяжете, суки?! Мента вяжете! Я Чечню прошёл, говорю, пока вы тут, суки, пьяных по карманам!..

Я вёз разгорячённого пакса из ОВД «Ясенево». Того задержали накануне в лесу за мангал.

– Я вам, сучары, Моздок щас устрою. Кафе Минутка организую. Суки. С детьми был, так они прямо при детях забрали! Я, правда, послал их матом перед этим… Но браслеты зачем накидывать?

Я разглядывал бурлящего пассажира лет тридцати.

– На самом деле бывший?..

– Да нет, – он вдруг успокоился и начал говорить нормальным тоном, – сетку тянул им несколько лет назад, после института. Настраивал компьютеры. А как они проверят, бывший или не бывший? Короче, взял на понт, отпустили. Еду домой, надо снова за углями идти…

* * *

– Вот мой предыдущий муж был настоящим мужиком! Мог взять и сломать об колено любого, кто вякнет!

Дама лет шестидесяти рассказывала мне про предыдущего мужа-воина. Муж нынешний сидел тут же рядом с ней и слушал с кислой миной эти истории, судя по всему, уже не первый раз.

– Он погиб семнадцать лет назад, мой Лёшенька. Погиб как лев. Как тигр.

– Его пырнули ножом в пьяной драке на свадьбе, Марина, – нынешний муж наконец подал голос, тихий и уставший.

– Я знаю, не надо мне это постоянно напоминать!

Я молчал и никак не реагировал, тем более что монолог пассажирки уже превратился в диалог с мужем, справятся и без меня. Лишь бы без поножовщины.

– В день победы, когда мы вспоминаем настоящих мужиков… – продолжала дама, – ты пошёл бы на войну? Ты смог бы? Как мой дед смог бы?

– Твой дед был вертухаем, Марина. Ни на какую войну он не ходил. Он в Куйбышеве всю войну безбилетников в автобусах ловил. – всё так же тихо возражал муж.

Я прибавил газку. До Одинцова было ещё минут шесть по навигатору, но в этом месте на Можайке нет камер: можно поднажать и поскорее высадить пассажиров.

* * *

– Я обожаю смелые эксперименты, обожаю пробовать что-то новое, неожиданное, несочетаемое!..

– Попробуйте заказать по тарифу «эконом» где-нибудь в Шатуре… – начал было я.

– Да нет, я не об этом! Вы пробовали шашлык с мохито? Попробуйте! Свиной такой, знаете, классический. И запивайте мохито хорошим. Только со свежей мятой, с садовой, с настоящей. Знаете, как вкусно?.. Я всегда что-то новое пробую, а тут решилась на майских: мохито и шашлык. Это теперь моё любимое сочетание!

Я кивнул, давая понять, что теперь обязательно и сам попробую.

– Мяту, говорите, только свежую садовую?

– Обязательно! Только садовую, только свежую! Если рома не будет под рукой, можно и на водке делать, в принципе!..

* * *

– У меня хорошо получается водить. В аварии не попадаю. – выпускница МГУ хватстается успехами на ниве вождения. – Но постоянно путаю поворотники.

– Это как?..

– Хочу повернуть в одну сторону, а мигаю в другую. Мне даже иногда сигналят. Не могу запомнить, в какую сторону этот рычажок дёргать.

– Это же просто: в какую сторону руль будете крутить, туда и рычажок.

– Не поняла. Как это?

Мы ехали по пустому переулку рядом с Покровкой, и я стал включать то правый, то левый поворотник, имитируя в воздухе параллельный поворот руля.

– Мамочки! Это же так просто! Мне никто так не объяснял. Говорили «вверх-вниз», а я вечно путалась, когда вверх, а когда вниз. Я сегодня попробую сама. Куда руль – туда и рычажок. Так просто. Скажите, а вы вождению можете поучить? У меня трудности с заездом в гараж!..

* * *

– Погодите, я должна написать любимому, что всё в порядке.

Мы едем от Курского вокзала в Люберцы с девушкой, одетой во всё белое. Белой была сама девушка, оправа очков, огромная заколка в волосах и даже тяжёлый чемодан, который я еле закинул в багажник.

Было не совсем понятно, что имелось в виду под «погодите»: я занимался своими делами, управляя жёлтой Афродитой по широкому Садовому, девушка же занималась своими, издавая смешные звуки, будто йоркширский терьерчик спешит по паркету в сторону своей какательной пелёночки. Цок-цок-цок, стучали разукрашенные белым лаком ногти по экрану смартфона. То есть, мы не делали ничего, что могло помешать ей написать любимому, что всё в порядке.

На всякий случай я спросил:

– Нам нужно остановиться?

Девушка задумалась на несколько секунд и завертела головой:

– Нет, едем, не останавливайтесь, напишу на ходу. Можно только подвинуть сиденье посильнее?

Я потянулся к рычагу и отодвинул правое кресло до самого упора вперёд. Девушка в белых штанах закинула ногу на ногу.

– А сколько до Шереметьева из Люберец ехать?

– Смотря во сколько. И в какой терминал?

– Не знаю, во сколько. Любимый пишет, что взял нам тур на Сейшелы. Вы не в курсе, там сейчас не жарко?..

* * *

Выезжаю с пассажиркой с территории ЦМТ. Вставляю карточку в устройство шлагбаума – от винта: на табло надпись «карта не разрешена». Пробую ещё раза три, без толку.

Давлю кнопку «связь с оператором»:

– Здравствуйте, как ваши дела, у нас отличная погода и надпись «карта не разрешена», что это значит?

Вахтёр уставшим голосом отвечает:

– Значит, карта не разрешена, как я ещё вам могу это объяснить?..

Мы с пассажиркой синхронно вздыхаем, но я не сдаюсь и задаю следующий вопрос:

– А как выехать с вашей замечательной территории?

Вахтёр всё ещё уставшим голосом:

– Вставьте карту стрелкой…

Я перебиваю его:

– Я вставляю карту стрелкой, но на табло «карта не разрешена».

Вахтёр, обессилев от этой викторины, стонет:

– Попробуйте выезжать через те же ворота, через которые въезжали, – И бросает свою вахтёрскую трубку.

Оказалось, действительно, с территории ЦМТ необходимо выезжать именно через те ворота, через которые въезжал.

Мы снова тяжело вздыхаем с пассажиркой и выруливаем в сторону нужных ворот.

– Это ещё что, – произносит тихо она, – нас сейчас со всей России собрали здесь на конгресс, объявили, что средняя продолжительность жизни в стране 72 года. А к 2024, то есть, через пять лет, должна стать 77 лет.

– Что вы имеете в виду? За пять лет увеличить среднюю продолжительность жизни на пять лет?

– Именно так. Нам поставлена такая задача. Я не шучу.