Оружие в его руках 2 - Osolio

— Я когда-нибудь украду эту женщину у вас. — Мурлыкал старший Россини, запихивая кусок себе в рот.

Элизабет же была рассержена и обижена. Она надула и без того, исколотые вдоль и поперек ботоксом, свои губы. Повернул свою голову к моему мужу, она любезно спросила: — Хочешь кусочек?

Стефано взял из её рук кусок песочного пирога, который приготовила сама девушка, предварительно поблагодарив её за заботу.

— Это один рецептов правильного питания. Мы с Луи придерживаемся его. Правда, — она смерила меня недовольным взглядом, — до того момента, как ты приезжаешь со своей женой. После пирогов вашей Марко, — она специально исказила имя женщины, — моему мужу приходится снова скидывать вес.

— Элизабет, — холодный тон Луи заставил меня съежиться, хоть обращался он не ко мне. — Мой брат и его жена — наши гости. Они любезно привезли в подарок, как знак признательности, угощение. Ты ведешь себя неуважительно.

— Но…

— Ты меня услышала? — Устрашающий шепот мужчины заставил девушку умолкнуть. Она бросила лишь очередной недовольный взгляд на меня, а после уткнулась лицом в тарелку. До конца трапезы она больше не притронулась к еде.

А вот её муж напротив, съел порцию второго и приговорил почти весь пирог. Оставшийся кусочек, я все-ж-таки отбила у него. Наши ребяческие препирательства происходили так непринужденно и просто, что на мгновение я забыла, что тыкаю пальцем в плечо главы парижской мафии, убийцы. Я даже не замечала презрительных взглядом Элизабет и рассерженного пыхтения своего мужа. Мы с Луи поймали одну смешинку на двоих, и мы не могли остановиться.

Когда же я все-таки положила этот кусок в свою тарелку, я почувствовала на себе тяжелый взгляд мужчины, одновременно с возникшим обиженным голосом Элизабет.

— Мы вам тут не мешаем?

Очнувшись от дурмана, Луи повернул свою голову на жену и улыбнулся, целуя её в щеку.

— Прости, впал в детство. Раньше мы со Стефано часто делили пироги. Правда, брат?

— Да. Пока нам не стукнуло двенадцать.

— А что потом? Резко подросли? — Поинтересовалась недогадливая жена Луи, а мужчина в этот момент посмотрел на меня, словно он знал, что я такой глупости не сморожу и что я пойму его. И я поняла. Их обоих. Потому что знала, что как только мальчиков стал брать на задания отец, их жизнь кардинально изменилась.

Мужчина оставил её вопрос без ответа. Стефано же положил свою руку мне на плечо и притянул на мгновение к себе, чтобы вдохнуть аромат моих волос, и поцеловать. Незаметно, он подвинул мой стул ближе к себе, тем самым отдаляя меня от брата.

— Любовь моя, — губы мужа коснулись моего виска, — ты устала с дороги. Думаю, тебе нужно отдохнуть.

— Да, ты прав. Спасибо за вкусный обед. — Я притворно улыбнулась Элизабет и кивнула Луи, чем заслужила кивок и улыбку мужчины в ответ.

До самого позднего вечера я просидела в комнате, которую нам со Стефано выделил старший Россини. Я слышала смех мужчин в гостиной, и даже успела позавидовать им. Они что-то бурно обсуждали и наслаждались компанией друг друга, а я в гордом одиночестве хвалила себя за свою выходку.

Мое спокойствие нарушил шумный приход мужа. Он буквально ввалился в комнату, скидывая с себя, наброшенный на плечи, пиджак. Заметив меня, стоящей у окна, он подошел ко мне и, навалившись боком, тем самым вжимая меня в стену, улыбнулся. Запах спиртного окутал меня, от чего моя голова загудела, и рука непроизвольно потянулась к носу, но я вовремя себя отдернула.

Эта улыбка мужчины не предвещала ничего хорошего.

— Когда ты успел так напиться?

— Мы разговаривали с Луи. Говорили…говорили…говорили…

— И договорились. — Усмехнулась я. — Тебе нужно поспать.

Он грубо схватил меня за руку, разворачивая к себе. Его глаза пристально наблюдали за мной.

— Твои выходки с Элизабет мне дорого обходятся. — Процедил сквозь зубы Стефано.

— Не я первая начала.

— Ты и вправду меня ревнуешь, Андреа?

Ревную ли я? Нет. Хочу ли, чтобы ей уделял внимание мой муж? Нет.

— Мне неприятно, что мой друг выделяет из толпы её, а не свою жену. И делает ей комплименты.

— Определись. Друг или муж?

— Ты сам все прекрасно знаешь. — Я скинула его руку. — Я не могу быть твоей женой, потому что…

— Почему? — Взревел он и снова припечатал меня к стене. Боль пронзила спину и мое лицо скривилось в гримасе. — Почему? Ну же…скажи это…громко!

— Ты с ума сошел?

Его дыхание обожгло мое ухо.

— Если ты ещё раз скажешь об этом, я не оставлю тебя в покое. Я буду хуже, чем отец, слышишь?

— Что с тобой такое? И что тебе сделает Луи за мои выходки?

— Мой брат расположен к тебе. И ему нравятся твои забавы. На это мне плевать. Ты не проболтаешься, надеюсь. — Услышанное звучало как угроза. Но я привыкла к его нападкам еще до брака, и теперь не боялась. — Но вот Лиз это не нравится от слова совсем.

Он замолчал. Коснулся в привычной манере губами моего виска и упал на кровать. Я сняла с него ботинки и рубашку. Стефано что-то бормотал во сне, но, когда дело дошло до брюк, он резко открыл глаза и вцепился мне в горло.

— Не смей меня трогать, дрянь! — Он смотрел в упор на меня, но не видел. Глаза были выпучены и налиты кровью, дикий животный страх вместе с инстинктом самосохранения проснулся в мужчине. Меня это не на шутку напугало. Он никогда таким не был после нашей свадьбы.

Я резко отпустила его одежду. Я не в первый раз раздеваю его — временами он возвращался пьяный с работы или от Александро. И в те дни он был совсем не против. Он даже бывало благодарил меня за это и по привычке целовал либо в щечку, либо в висок. Это было проявление нежности. Невинный дружеский поцелуй. Сейчас же я была дико напугана.

— Стефано, — сдавленно прошипела я, пытаясь высвободиться из его мертвой хватки. — Стефано, это я.

Услышав мой голос, он закрыл глаза и прикоснулся губами к щеке. Его дыхание было сбивчивое. А сердце мужчины было готово вот-вот вырваться наружу.

— Андреа, — на выдохе произнес он и упал на мягкие подушки. — Прости.

— Ничего. Что тебя беспокоит?

— Это не твоя забота, милая. Сегодня я буду спать одетым.

— Я уже поняла.

Я посмотрела на комнату. В ней, кроме большой двуспальной кровати больше не было мебели. Да и спать после такого уже не хотелось. Я укрыла одеялом уже крепко спящего мужа и вышла