Прут. Тайна серых пещер - Сергей Михайлович Ильин

— Купаться?! — сразу за ним показался шустрый и вёрткий Сунай. — Догоняйте! — он рванул между шатрами в сторону реки так, что только пятки засверкали. Ещё и проорал, чуть обернувшись: — Кто последний, тот тухлятина!

Вот же хитрец!

Прут лишь покосился на нерасторопного Торка и, не раздумывая, ломанул вслед за Сунаем:

— Ага! Тот серая коблиттская тухлятина!

Глава 2

Конечно же, Сунай первым до реки добежал. Прут, как ни старался, догнать проныру так и не сумел. Хотя и выскочил следом на берег всего через несколько ударов сердца.

Вдвоём они, поскидывав обувь, одежду и оставив на себе одни лишь шерстяные килты, успели занырнуть с крутого бережка в леденящую воду и наплескаться там вволю, прежде чем из кустов, громко топая, на полянку у речки выбежал запыхавшийся Торк.

— Фу-ух! — вытер он со лба капли пота и принялся стягивать рубаху со штанами. — Жара какая!

— Тебе нужно больше бегать! — крикнул Прут здоровяку. Усевшись на дно, так чтоб только голова над поверхностью торчала, он уперся ногами в гальку и активно двигал руками, стараясь удержаться на одном месте рядом с берегом и противясь стремительно-напористому течению реки.

— И есть поменьше! — хохоча, добавил Сунай, плавающий неподалёку. — Прыгай к нам, тухлятина!

— Что ты там сказал?! — грозно зарычал Торк и с разбегу сиганул с обрывчика в воду.

Вот это мощно прыгнул! Даже через Прута перелетел. И с воплем в воду бултыхнулся. Да так, что обоих его приятелей сначала волной снесло, а потом ещё и целым ливнем брызг накрыло. Словно не орк малой, а здоровенный горный трогл из детских сказок в реку плюхнулся.

— Парни! Я с вами!

Ух ты! Да это же задохлик Плинто на полянке образовался. Его-то как сюда занесло? Каким попутным ветром?

Прут чуть воды не хлебнул от удивления.

— Эй, зубрила! — заголосил Сунай. — А ты зачем сюда припёрся?! Чего увязался за нами?! Тебе в воду нельзя! Простудишься ещё!

— Я только немного! — Плинто сделал вид, будто и внимания не обратил на ехидный тон задиры. — Жарко сегодня.

— И что с того? — не унимался Сунай. — Кому ты тут нужен, замухрышка?!

Начавший было раздеваться, Плинто застыл в нерешительности.

— Оставь его! — вынырнув из-под воды и отфыркавшись, заступился за хиляка Торк. И замахал тому рукой: — Давай, залезай в воду! Никто тебя не тронет!

— А ты чего молчишь?! — Сунай обернулся к Пруту, ища у него поддержки. — Чего этому зануде тут делать?!

— Тебе жалко, что ли? — пожал плечами Прут. — Мне нет. Пусть себе купается. Речка-то общая.

— Ну вы вообще! — хлопнув ладонями по воде, возмущённо выкатил глаза Сунай. — Вы ещё девчонок сюда позовите!

— Э, нет! — засмеялся здоровяк, отворачиваясь от поднятых приятелем брызг. — Это ты загнул! Им с нами здесь точно не место! Плинто, чего застрял?! Да лезь ты уже в воду, не бойся!

Худой и какой-то чересчур угловатый, Плинто, и в правду, забирался в реку так, словно ужасно страшился чего-то. Аккуратно спустился с обрывчика и, осторожно ступая, сделал несколько шагов от берега. Остановился, едва вода колени скрыла. Замер, втянув голову в плечи и прижав локти к бокам.

— Что, холодно? — усмехнулся Прут.

— Н-н-нормально, — еле выдавил из себя Плинто. — Сейчас только п-привыкну маленько.

— Ага, нормально, — подплыл поближе Сунай. — А сам уже синий весь и в пупырышку, как болотный жабак. Давай уже или туда, или обратно. А то стоишь тут, весь вид собою портишь.

Вздохнув, Плинто сделал ещё пару шагов и решительно присел, погрузившись в воду по шею. И застучав зубами так, что парни тут же расхохотались в голос.

— Ладно, я накупался, — отсмеявшись, заявил Торк и пошёл выбираться на берег. — Пойду на солнце поваляюсь. Плинто, пошли греться.

Это он над зубрилой сжалился, не иначе. Самому-то ему, чтоб замёрзнуть в такой воде, нужно до утра из неё не вылезать.

— А нам и тут хорошо! — Сунай пихнул Прута в бок. — Давай наперегонки против течения?

— Давай! — Отличный шанс взять верх после проигрыша в беге. Тут-то одной вертлявости маловато будет. Тут сила нужна. А у Прута её вполне достаточно!

— Ух, хорошо! — наплававшись, ребята еле выползли из воды, и Прут с превеликим удовольствием растянулся на травке рядом с блаженно посапывающим Торком. Сунай плюхнулся тут же.

— Ребят, — сидевший неподалёку Плинто окликнул друзей. — Я чего сказать хотел...

— И чего? — лениво приподнял голову Прут.

— Нам по природе края задали травы лечебные собрать. А они в основном на тех лугах, что к горам ближе, растут. Там на холмах их больше всего насобирать можно.

— А нам-то какое дело, замухрышка? — даже не поворачиваясь в сторону Плинто, пробурчал Сунай. — И вообще, сегодня средень, а природа только во вторень будет.

— Ну так завтра чистень. Мне мамке по дому помогать много. У меня, как у вас, сестёр нет. А в славень я со старым Меруто буду из «Листвиц славы» главы переписывать для вечернего обряда.

— Я смотрю, — усмехнулся Сунай, — ты скоро совсем в шаманы подашься. Может, тебе уже и волосы сбривать пора? Чтоб совсем, как Меруто, лысиной сверкать?

— А в первень, — не обратил Плинто внимания на подколку, — и так уроков куча. Мне же ещё и по врачеванию учить много. Только сегодня остаётся время за травами сходить.

— Ну так и иди! Кто тебя держит? — Сунай перевернулся на живот, уткнувшись лицом в траву. — От нас-то тебе, зубрила, чего надо?

— Там одному опасно ходить. Старшие говорят, что серые часто появляться стали. Иногда даже на становища большим скопом нападают. Чтобы пленников для тёмных обрядов набрать, жизней своих не щадят. А одиночек и вовсе крадут, не боятся. Сильно им жертвы для новых богов нужны.

— Наслушался сказок, — усмехнулся Прут. — Их Старшие специально понапридумывали — мол, коблитты детей похищают и живьём съедают, — чтобы глупая малышня за границы становища не разбредалась. А ты и уши