спектр - Анна Андреевна Родионова

связи, видеть последствия, не отворачиваться и находить возможности для своего действия и ответа.Никита Сунгатов

Это книга о том, что кажется в облачный день за деревьями, за глянцем пейзажа, за ежедневными маршрутами, за пикселями, создающими то ли шум, то ли цвет, за тревожным баннером в центре, на который наложен тополь, как фильтр.

Мне бы хотелось, чтобы она была также о том, как замечать всё это, в том числе – замечать момент, когда кажимость превращается во что-то другое. Может быть, в знание. Может быть, в горечь, нежность. Детализация рассеянного мира вокруг, различие, распределение сил. Водомерка в натяжении паттерна, вида или после дождя, когда капли высохли.

Эта книга необязательна, в том числе необязательна к буквальному понимаю и к тому, чтобы куда-то её вписать. Всё, что я бы хотела пожелать тем, кто взял её в руки, – то же, что я желаю себе каждый день: достаточно открытости и достаточно растерянности.

А.

Посв. всем, кто видел, как меняется цвет неба у горизонта.

«Если бы можно было заметить цвет…»

Если бы можно было заметить цветдо воды, которая упала на середину.Вид, взвешенный над копией, на острове._______________________________________

«Ещё, раскрытое за первым, как рост. В те́ни…»

Ещё, раскрытое за первым, как рост. В те́нипаттерна, на пыль наносящего дождевую температуру,на load. Ещё раз.В тепле, больше.В теплицах._______________________________________(Поиск этого устойчивого пятна в наследстве,забранного температурой, как зрелостью,и отданного воздуху, о котором нельзя узнать.)

вид × паттерн

Имп Плюс помнил, как готовился помнить. И слово растение. И зелёное как идею.

Джозеф Макэлрой «Плюс»

Фиджитал-тень слабо наносит дрожь на половину страницы, где цвет не последний. Такт, разбивающий сквер.

Урон льёт в эстетику адаптива. Не анемия, но без причин быть темнее в условном дизайне. Ультрафиолет забирает то, для чего он дан. Цвет за ресурсы в заключенной в земле воде. Скинешь речь тестировщи:ц натива? Малость в пыльце безупречной весны, в рыльце цветка.

Новым клиентам света, на сервис доменных тел. Не заметив неравенство в их нагреве. Опыт пары оттенков, опыт кущения. Ты не совсем отсутствуешь в RGB-ночь. Пространство никогда не было контейнером, теперь нет ничего, что не связывало бы нас с ним. Забота? Место, растворившее упаковку. Сглаза вины, конденсата на внутренней стороне листьев, но год овд-правок стёрт.

Овод, строка просыпаются с устойчивым плюсом. Это не запуск сайта, но тёплые дни, контраст для движения. Тёмные паттерны: небольшая слеза справа от кнопки выхода, и её нельзя не задеть. Полупрозрачная – счётчик крутит число неосознанных переходов. Слабая надпись у лба, отключающая глаза для того, чтобы контур задел виджейский фототропизм. Свет сахара. Волны. Висок, удаляющий ветер в режимный сплит.

Они выдвигаются в сторону тыщ – ветка в клубе поездки. Сданных в награду осталось так мало и каждый из них вполне мог бы убить общий блок. Гладкий, как паль, UX. На пару секунд пересекаясь в невидимом снеге прокрутки. Выход из центра в центр заблокирован мифом, цементом и листьями на замыленном скрипте. Кричала, когда узнала, читала и открывала заново.

Стяг в его голове прогорает. Кредит вида для вёрстки отозванных дат. Спасибо, циркадные ритмы. На привое дичка́ сила почти незаметна, но – цвет взрывается в сладковатой воде, нет, потому что они расположены в нижнем блоке, подвале сайта, где нет фотосинтеза. Нажать, но не выйти, они разгибаются без оружия, с пустым аватаром в дизайн-аллергии. Это не холод – долго.

От форм остается зелёный, готовый на любой цвет. Джетлаг разбил листья, это мембранная месть, начатая без света. Цветы, цветы – это теперь живёт в снеге, шуговых лепестках, осколках шлемов.

фикции, растр

стандартным обоям рабочего стола и пейзажам по умолчанию

Склонность, с которойкаждая территория.     Ускорениесложной земли, всегда опылённойдурным сближением.Мягкая, лёгкая, тонкозернистая древесина.Я не могу понять, как убивать различие,но мои руки не были безопасны.Колумбов обмен,     зарубцованный видом.Метаболизм превращается к переменным местам.Аллергия не ксенофобия?     Перенос цвета, сока,естественной неудачи, спрятанной флоры.Бесполезны по большей части, но возможныекак лекарство или еда – там, где соседство цветёт.Свилеватые комли, участки стволовстарых и пораженных грибковой гнилью деревьев.Неповторимый рынок,     рисунок.

[bliss.jpg]

«Безмятежность», глянцевый архетип, случайность.Общий цифровой рай, на один год ставший бесплодным,приближенным.Безмятежность? Помо и ваппо нет на этом снимке.Нет дикоросов. Промежуточный год.Где-то за кадром Форт-Росс, торговые территории.Liminal space в реальности – это не вайб, это память,которая невозможна в растре, сгущаясьдо невидимых винных полос,настаиваясь в тайнепод открытым экраном,где земля, лишённая знаков,выделяет их из себя – ярлыки.

[autumn.jpg]

Закрытая осень, испытательный срок.Коллективный флешбек для умеренно-континентального стока. Тред, в которомлюди пытаются выяснить, как поставитьобои из 2003 на свой новый лэптоп.Видео об истории этой картинкистыкуется с видео-ночью, с чем-то ещё,не видно. Это другое место.Неизбежный монтаж, о которомнельзя сказать.Глаз, золотая клетка.

[azul.jpg]

Идиллия приживается на рабочем столе.От миметической грёзы – к грёзе о горизонте.Чтобы пространство раскрылось в переработкеспутанных мест.Гонка за образом в будущих офисах frutiger aero.Острова – т. е. какие именно? –  1990-ish солнцеплавится над автономным субъектоммеждународного права,не вполне признанном, на языке«агрессивного фотоналёта».В поисках райского интерфейсана голубой планете, нанесённогокаждым открытым окном.

[red-moon-desert.jpg]

Стороны света до мимикрии,перевёрнутые следы экзотики.Непривычки небесных тел.Трассировки взгляда ответственных ниток,касавшихся этого мира до нас.Непристойная универсальность.Если тело встроено в цифровой композит,каким зрением он обернётся?«Африка» с линиями разметкио разземлении.Тот кластер целей и возраста. Когда ты растёшьи знаешь, как пронизаны океаны и листья, одновременно,всегда один раз, (разлом) (разные цели друг с другом).Циклоны и растр, когда ты растаешь – клетка,(множество капель net), цемент, выражающий соль,лжец, облизавший дождь с несущественной стороны.Это не важно.В тумане звук искажается. Для нас это было сначалатревожным, потом приятным открытием. В конце концов —стало собой, дебафом воды в цель воздуха,чем-то – — штормом.На дне – пакты веса, способы отпускать. Полностью?По себе. Нитки вне континентов, оптовода, диалектыразных формул давления – — что доступно без захватаземли, что дает перцептивный словарь, снова и снова.У некоторых ещё есть иллюзия, что были какие-тотерритории без местных жителей, на которые простопришли, каждый раз. Места, где все рады. Интересно,что чувствуют эти люди, когда остаются дома одни.Что теперь общего? Воздух, тело отчасти. Лён и лут.Тягучие, горючие нитки, неестественность – и свободныйсинапс, апсайклинг сам по себе. Синоптики. Первые медиа.Ничьи пехотинцы в холодной воде и место, котороене может остаться прозрачным – по крайней мере,по краям перекрестка, в ли́пе, руке, направленнойпросто так.У людей на коже нет рецепторов, распознающихсоставы жидкостей. Есть возможность открытьглаза и почувствовать жжение собственной крови– — на каемке с водой, другой кровью,на краешке вида, жизни.Глубоко под водой лежат фикции-кабели, и поэтомумы читаем друг друга. Кто-то пишето водобоязни, хватая вакуум ртом. Не зная,кто это забрал, хотя вакуум полон.Задев безлимитный риф.Циклоны и растр.

копия-пыль

_____________________________________________________________________________________________________________________↙ Через раз, пока пьедестал не раскрошит весь фон.Раунды, голова – это считают удачей или чертой.Власть налистается. Всё уносит её с лица.Их монументы не тяжелее, чем отказаться бросатьсяна траур. Теплел на фасетке пакет из тайм-аута– диск с каждой новой,     разность.____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________Лезвие-молния. Осторожность того, кто забылвыбирать.     В пролёте рука пассажира случайносбивает отбойник в зеркале заднего вида. На тень.После шка́лы прячутся в молнии,потому что у них нет возраста той секунды.– Снова не та._________________________________________________________________________________________________________________________________________________Псы едят пыль, – так кажется, пока я в тенивижу пар и бесслёзный газ.Гранулы, пот и солнце.     Сначала ты – жемчугвнутри зрачка.     После – страна, ниже.Выборы на прогулке этих зубов,     выгулбуквален.     Цена буквальна.Час, я повод на перекрёстке, – скинькаплю в резец вины,     снизь.___________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________Её содержание. В том возрасте,о котором нечего говорить. В форме лендинга.В облаке.От грозы в конце концов остаётся мечта.От мечты – течь, ангина. (В тот год, когда все заболели,и вторая вода стала сладкой, оставленной под дождем).Осы в инжире, сигналы оружия, —от которого «только» страшно. Как только тёрн.Как повтор без терпения, бесшумно связавший лезвие.Молния-лезвие,И то, что сразу держат в грозе:Угольные – любые – ряды,их расстояние, в том времени,о котором нечего говорить,в форме фразы.__________________________________________________________________________________________________________________________________________↓ В тот самый момент из вылета на билеты,на́ год,     из тех, из паузы в волокне,– прости, ко́лки и рёбра плёночек, человек.Глянец не может смотреть:     touchy туше._____________________________________________________________________________________________________________________________________________Прочитать целиком, не за скобками головы. Зима,реакция, и корпус знает, как было на самом деледышать в лоб случайности.     Солнцеосаждает устойчивые