Отцы - Антон Гау

– Ты её знаешь? – встрепенулась Юля. – Кто это?

– Нет, показалось… – Никита продолжал, не отрывая взгляда, смотреть прямо перед собой. – Хотя, ты знаешь, наверное, не показалось… Прости, Юль, на афтерпати мы сегодня не пойдём. Мне нужно… у меня появились новые обстоятельства, – Никита протянул ей номерок из гардероба.

– Обстоятельства в синем платье?

– Давай я вызову тебе такси.

– Не трудись, я сама доберусь.

Юля вскочила с кресла, нервно размахивая сумочкой, протиснулась мимо Никиты, и прошипела вполголоса:

– Животное, – после чего пошла по ногам рядом сидящих людей, не извиняясь и не оглядываясь.

***

– Ну что, суперски вышла, а ты волновалась, – за кулисами Маша обняла Олю и впечатала влажный поцелуй ей в щёку.

– Ничего я не волновалась! А что, правда нормально прошла?

– Не то слово! Ладно, пойду я переодеваться, сейчас на афтерпати пойдем.

– А мне что делать?

– Тебя что, не пригласили? – удивленно округлив глаза, спросила Маша. – А ну-ка, пойдём со мной.

Продираясь сквозь кучки болтающих моделей и снующих между ними стилистов и костюмеров, девушки, наконец, добрались до макияжной зоны. Запыхавшаяся Маша тут же принялась стягивать с себя платье и, оставшись в одних трусиках, упёрла руки в боки и картинно уставилась на Эдгара. Тот, не подавая вида, размеренно снимал макияж с умиротворённого лица дремлющей Кристины.

– Эдичка, милый, а что, нашу новую знакомую никто не пригласил на продолжение банкета? – спросила Маша, продолжая сверлить Эдгара взглядом.

– Ну как же не пригласил? Снежана в приказном порядке обязала нас с тобой сопровождать эту юную особу на ночной тусовке, – сказал он менторским тоном и, неприязненно посмотрев на Машу, добавил: – Ладно, чего уставилась, доска – два соска, иди, прикройся, не позорь профессию.

– Сам ты два соска, – беззлобно огрызнулась Маша и, помахивая из стороны в сторону зажатым в руках платьем, направилась к костюмерам.

Эдгар сделал несколько аккуратных движений ватным тампоном вокруг закрытых век Кристины и вопросительно взглянул на Олю:

– Ну, а ты чего хочешь спросить?

– Эдгар, а можно я в этом платье останусь?

Глаза Кристины открылись:

– Милочка, я вижу, к тебе тут такое привилегированное отношение, что, наверное, никто не посмеет отказать тебе в твоей просьбе. Ты только, смотри, не обляпай его, а то вечеринки у нас бывают бурные, и некоторые неопытные создания теряют над собой контроль.

– Оля, оставайся в этом платье, со Снежаной я всё улажу. И держись подальше от старых злых акул, – сказал Эдгар.

***

Под фантасмагорическую феерию сливок мира высокой моды был отдан весь верхний зал ночного клуба. Вибрирующий под натиском музыки, света и сотен женских каблучков овал просторного танц-пола обрамляли расставленные в несколько рядов столики космического лилового цвета. Заполнившие всё пространство люди яркими динамичными декорациями разрушали статичность интерьера, отчего казалось, что столы, высокие стулья у барной стойки и даже стены тоже двигались в такт беснующемуся ритму. Оля крепче сжала Машину руку, боясь увязнуть в людской массе. Та же, как обычно уверенно, двигалась в сторону утопленной в стену VIP-ложи, отгороженной от остального зала полупрозрачной органзой. Достигнув своей цели, девушка раздвинула колышущуюся преграду и бесцеремонно втолкнула свою подругу внутрь.

– Знакомьтесь, это Оля!

За столом веселились четверо парней. Один из них резко вскочил и, галантно кивнув, представился:

– Влад. А это – наша распущенная молодежь, – и он поочередно представил своих друзей Оле.

Она кивала, стараясь улыбкой зафиксировать факт каждого нового знакомства. Влад отодвинул стул и пригласительным жестом указал на место рядом с собой. Маша же, не церемонясь, плюхнулась на диван между парнями.

– Ну и растолстела же ты, мать!

– Да уж, коровушка, – делано завопили стильные хипстеры и принялись щипать её за бёдра.

Маша захохотала, молотя голыми коленками в воздухе.

– Ольга, чего вам налить, – не выходя из образа истинного джентльмена, поинтересовался Влад.

– Воды, если можно.

– Ну что вы, aqua vulgaris нынче не в почёте. А давайте, я вас угощу виски? Настоящим ирландским виски.

– Владик, я хочу снега, – перебила их смеющаяся Маша, всё ещё увертывающаяся от щипков и щекотаний.

– Зачем тебе снег? – удивилась Оля, которую начинали раздражать нахальные парни и чрезмерная фривольность в поведении её новой подруги.

– Оленька, как вы очаровательны в вашей святой простоте, – замурлыкал Влад, – просто на улице весна, всё давно растаяло, и нашей Маше захотелось чистого белого снега.

Все громко засмеялись, многозначительно переглядываясь друг с другом.

– А что, Павлуша, – обратился Олин кавалер к сидящему у самой ширмы полноватому парню, – не коксануть ли нам по маленькой?

Павлуша мягко улыбнулся, положил прямо на стол ногу в красном винтажном кроссовке и, аккуратно отогнув край носка, выудил оттуда маленький прямоугольный пакетик с зипом. Маша вскочила и начала по-хозяйски расчищать середину столика, заставленную стаканами, пепельницами и тарелками с закусками. Затем взяла несколько салфеток, смочила их в роксе с недопитым виски и протёрла освободившееся место. Компания перестала дурачиться и придвинулась ближе к столу.

– Ну что же, друзья, после такой санитарной обработки нас ожидает двойной эффект! Ну, не томи, Павлуша, – пафосно произнёс Влад.

Полноватый парень, как бы осознавая всю свою значимость в данной ситуации, бросил быстрый взгляд в сторону танц-пола, потом, оглядев своих приятелей, произнёс:

– Ну что, понеслась?!!

На этих словах он высыпал содержимое пакетика на расчищенную стеклянную поверхность стола, вытащил из бумажника своё водительское удостоверение и принялся деловито формировать из белого порошка равные продолговатые линии. Закончив шестую, он поднял на Влада глаза. Тот ухмыльнулся и протянул Маше сложенную в трубочку тысячерублёвую купюру:

– Ladies first!

Хладная улыбка сирены неестественно искривила её губы. Приставляя трубочку поочередно то к правой, то к левой ноздре, девушка втянула в себя всю дорожку.

– Ну всё, я уплываю, – закрыв глаза, она откинулась назад и передала купюру сидящему справа парню.

Все последовали её примеру, так же откидываясь назад и блаженно прикрывая глаза.

– Ну, а вы как, сударыня? – сказал Влад, указывая глазами на оставшуюся дозу кайфа. – Я угощаю.

– Не-ет… я не хочу-у, – испуганно выдавила из себя Оля.

– Она не хо-о-очет, – зло передразнил её Влад и громко заржал.

Оля вскочила:

– Маша, пойдём отсюда!

– Иди, я тебя догоню… потом, – вяло отмахнулась Маша.

Оля замялась недолго на пороге и выбежала из комнаты, рванув шторы в разные стороны.

Децибелы, просачивающиеся в её тело, отзывались неестественным и остервенело-быстрым ритмом в сердцебиении. Оля огляделась по сторонам в поисках знакомых лиц или хотя бы подсказки, что делать дальше. Пульсирующий свет стробоскопов превращал образы окружающих её людей в бешеный