Не грози Дубровскому! Том IV - Антон Панарин

препарат, после чего отскочила назад. В вену она не попала, я понял это по шишке, вздувшейся под кожей. Да, такой укол я бы точно смог сделать самостоятельно. Думаю, я бы даже лучше справился. Евдакия заметила скепсис, проскочивший на моём лице, и попыталась оправдаться.

— Препарат подходит и для подкожных инъекций, просто внутривенно он всасывается быстрее. Просто подождём. — Она растерянно поправила очки и снова посмотрела на часы.

Спустя пять минут я размотал зараженного, но он до сих пор был безумен.

— Убью суку! — Заорал он, увидев Евдакию.

Фармацевт к такому обращению не привыкла и подскочив к амбалу влепила ему звонкую пощечину, после чего спряталась за моей спиной. Это меня чертовски повеселило. Но я сдержался и смеяться не стал.

Осмотрев зараженного, я заметил, что его зрачки сузились, глазные яблоки побелели, но в остальном он остался всё таким же буйный.

— Ничего не понимаю. Я ведь рассчитала дозу препарата, её должно было хватить с лихвой. Может быть, из-за массы тела подопытного… — Бубнила себе под нос Евдакия, но я её не слушал.

Странное дело, но прямо сейчас я ощущал внутри тела, зараженного какой-то сгусток маны. Сгусток шевелился внутри черепа бедолаги. Прошло жалких пять минут и белки глаз снова налились кровью, а зрачки расширились. Припадочный стал вести себя ещё более яростно.

— Дайка мне шприц. Не пустой, с лекарством. — Попросил я Евдакию, а когда получил желаемое, сосредоточился.

Я пропустил через лозы тонкий поток маны и стал сканировать голову зараженного. Внутри действительно был какой-то живой сгусток энергии. Он пульсировал, носясь из стороны в сторону, а в момент, когда ярость зараженного достигла пика, он исчез. Интересно…

Выходит, что эта гадость попадает в мозг человека и постоянно стимулирует выработку норэпинефрина. А как только выработка завершена этот сгусток впадает в спячку. Всё-таки лекарство Едвакии работает. Но, чтобы исцелить человека окончательно, потребуется небольшое улучшение препарата.

Я потянулся к сердцу проклятого и зачерпнул крупицу некротики, которую тут же переместил в шприц. Синеватый цвет препарата изменился, став тёмно-синим. Я подошел к зараженному и выдохнул. Ну что ж, если не повезёт, то он умрёт, а если повезёт, то я спасу кучу жизней. Лишь бы некротика не прикончила его раньше времени.

Вогнав иглу в шею зараженного, я ввёл лекарство. Чёрт возьми, эффект был ошеломляющий. Амбал завизжал как будто сел на собственные шары. Из глаз и ушей полилась маслянистая чёрная жижа. А после начались судороги. Увидев такое, я поставил крест на зараженном, но внезапно всё прекратилось, и он прошептал:

— Где я?

Оказалось, что последнее воспоминание мужика, было о том, как он пошел к озеру за водой, а дальше всё как в тумане. Везучий чертяка. Если бы он помнил, что живьём, сожрал торговца и его лошадь, то двинулся бы рассудком и уже никакое лекарство бы не помогло.

Я зарядил оставшиеся ампулы и вошел внутрь бани. На полу лежали связанные по рукам и ногам люди. Жутко рычали, скалили окровавленные зубы, матерились. На полке предбанника я заметил следы от чьих-то клыков. Да, интересную заразу придумал Игдра.

Любопытно, каким мог стать мир, если бы в нём не было богов? Воюя за кубы веры, они разрушают жизни миллионов людей. В чём выгода богов, мне ясно. А вот в чём выгода обычных людей?

Получить покровительство одного бога и стать врагом другого? Так себе перспектива, особенно если знаешь о том, что адепты богов гибнут тысячами. То и дело гибнут целые рода аристократов и всё из-за погони за властью. Частично это обычная жадность, а частично эту жадность подогревают боги покровители.

Интересно, если все боги погибнут, то мир прекратит своё существование? Не думаю. Скорее всего станет меньше войн, чудес и небесных кар. Да, в чём-то жизнь людей станет сложнее, но безопаснее и предсказуемее. Ведь у человечества под боком не будет неуправляемых себялюбивых существ с неограниченной мощью.

Нет, я не собираюсь присоединяться к Игдре. Убить всех богов, чтобы сделать единственным богом поехавшую деревяшку, это слишком. Но если в процессе своих завоеваний он перебьёт богов, а потом и сам сдохнет, в таком из случаев я вряд ли буду огорчён.

Хотя Грувдар ведь тоже своего рода бог. Нет, его я не позволю прикончить, несмотря на то что дендроид тот ещё засранец.

Я вколол вакцину каждому из зараженных. Судороги, чёрная жижа из глаз и ушей, всё повторилось как под копирку. Через пару минут безумцы исчезли, а на их место вернулись испуганные крестьяне.

— Барин! Ты чего творишь то⁈ Развяжи! Мы тебе какое зло плохое сделали то? — Голосил староста деревни.

— Отец, имей терпение. Чего расшумелся? — Усмехнулся я и присев вспорол узлы на верёвках.

Крестьяне испуганно попятились к стене, но поняв, что я не имею злого умысла, двинули на выход из бани. Вот только у выхода они наткнулись на моих мордоворотов.

— Барин, а вы бандиты чтоль? Ежели да, то у нас то и взять нечего. Хош рыбы сушеной дам? — Поинтересовался староста, прикрыв немощной спиной селян.

— Дед, мы вас вообще то спасли. У вас тут поветрие было. Заразились гадостью какой-то, но теперь всё нормально. Можете дальше жить и не тужить. — Пояснил я и двинул к Евдакие.

— Вона чё. А я-то думаю, как так вышло, утром водички попил, а уже вечер. Память как будто отшибло. Нынче что за день? Понедельник?

— Почти. — Усмехнулся я. — Уже воскресенье.

— Мать честная! Эт чё получается? Я без сознания неделю провалялся? — Растерянно пробубнил дед.

— Можно и так сказать.

— У меня ж скотина некормлена! — Спохватился староста и повернувшись к сельчанам заорал. — Фроська, Нинка, воды несите живо! Петька, сено тащи.

Жизнь в селе возвращалась в привычное русло. Правда им ещё предстоит узнать, что часть жителей пропала без следа.

— Дед. Из вон того озера, воду больше не берите. Его отравил кто-то. Ну сам увидишь. Рыба кверху брюхом плавает. Жуть, одним словом. — Сказал я, махнув в сторону водоёма.

— Да что же это? Как будто проклял кто. Надо богам подношение сделать. — Прошептал дед, прикрыв рот рукой. — Спасибо барин что предупредил. Может возьмёшь рыбки то? Таранка, вяленая. — С любовью сказал староста и увидев, как я улыбнулся добавил. — Ща! Погодь пару минут. Никуда не уходи!

Дед убежал, а я подошел к наёмникам.

— Молодцы, отлично поработали. Возвращайтесь под командование Антипа. В конце месяца будет премия и небольшой отпуск. — Увидев радостное выражение лиц, я поспешил осадить бойцов. — Я же говорю отпуск будет небольшой, как и премия.

— Рады стараться! — Козырнули наёмники и открыв портал переместились в пещеры.

— Евдакия, ты тоже молодец. — Похвалил я фармацевта.

— Но ведь лекарство не подействовало… — Замялась она, сомневаясь в своей компетентности.

— Кто сказал? Лекарство зашло на ура. Если бы не твоя разработка, то магический паразит, сидящий в мозгу зараженных, не пробудился бы. А вместе с этим я бы не смог его прикончить с помощью некротики. — Серьёзно сказал я и протянул ей кругляшь разукрашенный рунами. — Держи портальный камень. Я хочу, чтобы следующие полгода ты раз в месяц посещала селян и проверяла как у них со здоровьем. Мало ли, вдруг некротика спалит им мозги? Так хотя бы будет шанс спасти если не всех, то многих.

— Хорошо Виктор Игоревич. Если я вам больше не нужна, то может… — Она снова посмотрела на часы.

— Да, не смею больше задерживать. — Я открыл портал прямиком в особняк и напоследок добавил. — Едвакия Павловна, мне нужна тысяча доз этого препарата.

— Так много? — Удивилась она.

— Если вспыхнет массовая эпидемия, у нас не будет времени на подготовку.

— Вы правы. Завтра же приступлю к изготовлению.

Евдакия поклонилась и исчезла в портальной арке оставив меня в гордом одиночестве. Я потянулся в карман за портальным камнем ведущим в управление имперской службы безопасности, когда меня окликнул староста.

— Барин! Во! Тараночка. Сам сушил, гля какая сухая. Как камень! — Старик шутливо ударил рыбкой себя полбу и послышался глухой звук. — Держи.

Он протянул мне десяток рыбин, висящих на верёвке, от вида которых тут же захотелось холодного пива.

— Спасибо ещё раз. Если будете в наших краях, заглядывайте. Баньку натопим, рыбка, пивко, а ежели надо, то и самогончика домашнего достанем. А девчонки знаете какие у нас? — Заискивающе сказал старик.

— Если буду в ваших краях, то обязательно. — Усмехнулся я и достал из внутреннего кармана пятьсот рублей. — Держи, это на подъём хозяйства. Мои бойцы сказали, что у вас скотина