Пилигримы - Алексей Ар

Прошелся перед бойцами, стукнул костяшками в погнутый щит Замеса, поколупал разгрузку тощего. У Ивы подтянул ремни, и дивчина отчего-то покраснела. А потом поняла, что покраснела и покраснела еще больше.

— Прилив что ли? — уточнил я спокойно.

— Нет, командир. — Она старалась не смотреть по сторонам. И правильно — Крыса натянула подозрительную лыбу и готовилась к комментариям.

Но не случилась. Я рявкнул:

— Где Малюта, мелкая?!

— А! — Она испуганно цапнула бедро и нащупала сталь. — Так вот…

— Чет задерживаются, — меланхолично протянул Замес.

Видок у смены совсем не бравый — скорее потрепанный и наспех восстановленный коротким отдыхом. Сам чувствую — мышцы реагируют слегка неадекватно, транслируя нервам отдельные очаги боли. Но кто ж их спрашивает, да.

С десяток секунд смотрел на импровизированную лавочку подле россыпи углей. Манящий образ, так скажу.

— Утречка! — прозвучало решительное. Из-за ближайшей развалюхи выступили клановые — Николя в привычном имидже и низенькая поджарая женщина неопределенного возраста в комбезе, переделанном в тактический аналог. Короткая прилизанная стрижка, поджатые губы и хмурый взгляд узких карих глаз.

— Наивная, — отрекомендовала бронированная, сближаясь.

Маломерка прищурилась и категорично объявила:

— Предупреждаю сразу, не наебете.

Смена № 7 переглянулась в легком диссоциативном расстройстве. Николаевна попыталась смутиться, кашлянула и опомнилась, возвращая командный образ:

— Выступаем.

Вот и славно, а то чуть было не прокомментировал наивность Наивной. Странностей Парку не занимать — точно смотришь через искривленное стекло и пытаешься выстроить более привычную картинку. Хотя зачем? Работаем по факту и нахрен сюр.

Разминувшись с четверкой работяг, тащивших доски, выбрались на дорожку, уводящую к периметру. Вялые утренние перестуки и голоса стекались тихими ручейками. Никакой экспрессии — ровная серость в зачаточном движении местных обитателей. Отметил и сглазил.

У памятного кратера вынужденно задержались. Плотно сбитый мужичок покачивался у провала, выцеливая нижние ярусы из допотопного револьвера. Через мгновение жахнул, икнул и рявкнул:

— Где я?!

Выписал ногами хитрую кривую в попытке удержать равновесие и заслал вторую пулю:

— Где я?!

— Оу, братишка! — Коля примирительно вскинула руки. — Посмотри на меня.

Товарищ просьбу перевыполнил — прицелился. Мне стало любопытно.

— Ты синий, — твердо сказала женщина.

— Я синий?

На куртке чужака, заляпанной непотребным, синела небольшая звездочка. Да тут у нас сучий небожитель во плоти. Команда затаила дыхание.

— Синий, — подтвердила Николаевна. — Твой лагерь там.

Она показала на одну из непримечательных улочек. Мужик с третьей попытки сунул оружие в кобуру и навелся по указанному курсу.

— Я синий. — И потопал в наклоне, борясь с неумолимой гравитацией.

— И тебе повезло, сука, — пробормотала Наивная.

Коля посмотрела на нас — скромно недоумевающих и немного виновато объяснила:

— Покалечится, будут выяснять, кто причастен. Назначат виноватым и до свидания. А наша база ближе всех.

— Так мы не спрашивали, — вежливо попенял я. — Нам, как бы, похрен.

— Уверен? — надулась Наивная.

— Посмотрим на вас в деле, — буркнула Николя и развернулась, пресекая конфликт. Шагнула, надо отметить, бодро. Только галька брызнула из-под каблуков. Прям замесила наземные говна в целевом стремлении.

Расстояние до моста одолели минут за 15. У перехода картинка почти не изменилась — таже охранка на обжитом пятачке. Двое бодрствовали, хмуро созерцая язычки пламени, один завернулся в брезент и похрапывал грязной кучкой. На наше появление отреагировали ожидаемо — никак.

— Клан Вобля, на промысел, — сказала клановая, придерживая шаг.

Один из охранки повернул рябую морду, присмотрелся и махнул рукой. Под глазом у него цвел свежий бланш, придававший образу бандитски нотки. Сразу видно — козырное место занято по праву, и служба служится.

Мост отозвался глухим стуком на уверенные шаги. И все же мне немного непонятен посыл местных служителей порядка — переход имел признаки стратегического объекта, но всем насрать. А если я сейчас чутка поиграюсь с гранатой? Или пугало завалю, чтобы зазвать нечей на роскошный пир?

— Кто-нибудь пытался разрушить мост? — спросил я у спины бронированной.

— Зачем? — она даже с шага сбилась в недоумении. — Про отмороженных спрашиваешь? Так сторожевым достаточно свистнуть и придут топы. Каждый дурак знает — тронешь Парк и тебе хана. Это типа наш единственный дом, сечешь? Есть правила.

— А за периметром, значится, можно? — спросил задумчиво.

— Мне не нравятся той вопросы, — вмешалась Наивная. Отстучала пальчиками по прикладу и с намеком прищурилась.

— Наивная, — пробормотал Замес, обозначая очевидное.

— Мое имя, — гордо тряхнула головой клановая. — Ношу, не тужу.

— Николай, — сказал я спокойно. И она поняла — не мудрствуя, отвесила напарнице легкий подзатыльник и грозно повращала глазами. Охренительное внушение. Тощий впечатлился настолько, что приоткрыл рот.

За мостом свернули направо — к руинам жилых зданий, что кучковались черным неровным плато. Из любопытного, точнее из очень любопытного — наш курс пролегал в сторону сигнала, что с утра не соизволил поменять дислокацию. Сократил дистанцию и точно замер, принюхиваясь. И если правильно оцениваю топографию, расположился в районе ничейного сектора. Или же за ним — мелькнула справедливая мысль. Оценка преждевременна, главное — мы движемся в нужном направлении.

Едва миновали первую линию зданий, для определенности — две-три разбитых хрущевки, в голове чутка зашумело. Нервы дернул легкий тревожный посыл — что-то из психосоматики, когда вокруг лишь оскал бетона, но ты уверен — пиздец уже близок.

Тощий шумно втянул воздух, перехватывая щит. Николя покосилась и вскинула сжатый кулак.

Стоим. Слушаем.

Знаковый жест воспринялся на инстинкте. Плавно подтянув автомат, я пригляделся к проломам в жилых корпусах. Шорохи, поскрипывания и веяния чужого. Так подкрадывается первобытный страх — в тенях и призраках мертвечины.

— Второй или третий? — прошептала Наивная.

— Второй, — ответила Коля. — До третьего сегодня не дотянем.

Вопрос у меня конечно возник. Но отмечу с гордостью — сдержался к хренам и лишь проверил готовность бойцов. Напряжены, но собраны — защита бдит, стрелки на взводе.

Подчиняясь короткой отмашке клановой, свернули в небольшой проходной дворик, где посередине независимо ржавела детская ракета. Похабные надписи на бортах упущу, но к верхушке приделаны красные замызганные труселя, просто взывающие к словесному.

— Зачетно, — фыркнула Крыса. — У меня такие же.

Тощий поперхнулся и словил суровый сглаз от Николая. Клановая тыкнула пальцем в неопределенность разрушенного квартала и провела пальцем поперек горла. Догадаться не трудно — а-та-та совсем близко.

А дальше мы занырнули в ничем непримечательный подъезд. Местные двигались хоть и осторожно, но вполне уверенно — место пройдено не раз и хорошо знакомо. На третьем перекрытии Коля вновь замерла и прислушалась. Закрыла глаза на секунду, подвигала