Пилигримы - Алексей Ар

Вновь качнул шило и клановый обморочно заголосил.

— Да чтоб… — прошептал бледный Замес.

— Дыши чумка, — попросил я. — Смотри, моя рука рядом. Так задену или нет? Задену? О, не угадал…

— Спрашивай, спрашивай, спрашивай! — сломался он. Три минуты, мой личный рекорд.

— Какими судьбами сюда заглянули? — задал единственный интересующий вопрос. На остальное насрать.

— Шершень продал наводку на гнездо, — захлебываясь, выдал мужик. — Сказал верняк, сказал поторопиться, инфа ждать не любит.

Я оглянулся на замершую Николаевну и обозначил бровями вопрос. Женщина сплюнула:

— Сучий Шершень. Загнал инфу всем желающим. Торгаш, конечно, не отнять, но Оторва доплатила, чтобы он придержал информацию.

— А он не стал, — хмыкнул я. Дьявол кроется в простоте и очевидности. Ты думал, а тебя наебали. Проза жизни.

— Еще спрашивай! — Чумка завороженно смотрел на шило. Нож вошел ему под горло и клановый убыл хриплым выдохом.

— С тобой что-то не так, — обреченно подвела итог Никки. — Сильно не так.

— Пардон? — спросил на автомате. Анализ не складывался. Мыслей немного, но ни одна мне не нравится. И хочется лечь, что уже совсем дурной признак.

— Командир, — радостно потерла руки Крыса. — Мы в плюсе.

— Патроны? — уточнил, возвращаясь к реальности.

— К шмалабою в достатке, — ответил тощий. — Других нет. Полезной мелочевки с мешок. Шмотье брать не стали, кровищи много. И очень хорошо по био.

— Работа выполнена? — встал я перед бронированной. Она поежилась, но постаралась удержать имидж.

— Выполнена.

— Теперь бы унести, — справедливо буркнула Наивная.

Я жестом обозначил начало движения — собираемся и встаем на тропу. Напоследок, по легкому настоянию функции, прислушался к сигналу. Мы вроде как разменяли километры по ничейной зоне в направлении метки, но результат неприятно удивил — сигнал удалился. Незначительно, в пределах сектора — если опять же накинуть образного, зверек принюхался к хозяину и предпочел отступить. И эта непонятная осторожность напрягала, обещая не самый простой контакт. Инсталляция тупо свернула активность, никак не реагируя на операторские выводы. Зараза.

На обратной дороге свезло меньше. В очередном безликом дворике, задекорированном оползнями кладки, словили партию нечей на 12 единиц. Точнее, они ловко выметнулись из подвальной пыли и сочли себя за ловцов — глупое мясо пришло само, да прямо в мерзкие ручки.

Как же стремает от маленьких пальчиков, хищно загребавших воздух.

Клановые, наверстывая промедление в стычке с чумками, подорвались вперед — выстрелили и доблестно замахали сталью. Отметил, что железяки сродни укороченным палашам — не признал конструкцию и отмел за ненадобностью.

— Командир? — подобралась Ива. Хорошо хоть спросила, прежде чем спасать жизни.

— Стрельните для порядка, — согласился равнодушно. — Постарайтесь попасть.

Сглазил? Сглазил. Крыса пропорола Наивной бедро — болт чиркнул по касательной, но женщина от неожиданности завалилась на бок.

— О… — растерялась мелкая.

— Ива, Замес, на сближение, — отдал приказ. — Остальным еще залп. — Подумав, добавил: — Может и Николая подстрелите.

Тощий фыркнул.

В хрипящий, клекотавший клубок врубился щит, а следом широкая отмашка меча. На таком замахе умник открылся секунды на три, но кто ж меня спрашивает. Хотя не постесняюсь выступить в инициативном порядке.

Санитарка успела подрезать неча, оседлавшего клановую, и набросила повязку ей на бедро, следом подкормила био. Наивная настолько охренела, что выбыла из рисунка боя.

— Красава, — прокомментировал тощий действия умника. Тусклый высверк стали отправил к развалинам куски плоти и синеватые росчерки чужой биологической субстанции. Со словом «кровь» у меня случился внезапный затык. Странно.

Вернулись потрепанные атакующие. Хромающая Наивная зыркнула грозно и при некотором размышлении сбавила обороты:

— Кто косой, бля?

— Че сразу косой? — возмутилась Крыса. — Случай единичный.

— Кхм, — обозначился Замес. Мне вот любопытно — когда успевает натаскивать команду. И ведь попадают в тему, да.

— Не кашляй, братишка, — важно сказала мелкая.

— Осторожней надо, — буркнула клановая. — Нам и нечей хватает.

А я уже вышагивал прочь со двора. Плюс двенадцать био — единственное описание для короткой стычки. Так и отложится в памяти.

Еще через полчаса услышали вдалеке активную стрельбу. К визгливым отзвукам шмалабоев примешивался огнестрел, чем несказанно порадовал — мне нужны патроны, мне очень нужны патроны. А в Парке их есть, выражаясь обывательским языком.

— Рядом сектор Шах-шахов, — в инициативном порядке пояснила Николя. — 37 позиция. Ниче так клан.

— Любят пострелять? — уточнил я.

— А кто ж не любит, — пожала плечами женщина.

Солидарен, да. Но не фанатею — оружие лишь дань намерению и цели, а с огнестрелом просто чуть легче. Искусственные сложности оставим для натур тонких и увлекающихся. Мы типа матерые крестьяне, люди от сохи — увидели, вспахали, пошли дальше. И вот опять потянуло на стремные сравнения. Перебивая сожаления, спросил у Коли:

— Насколько большой ничейный сектор?

— Ну как… — Она поскребла подбородок. — Цикла три на пересечение. Сектор сильно вытянут — вначале поджат клановыми угодьями и только потом расползается. Но слышала сама — за 3 цикла народ доходил до зоны синих. Там мутно, сам понимаешь, знаки условные. Хотя, если синие сказали, что это их земля, — никто спрашивать не станет.

И что в сухом остатке? Ноги стоптать успеем, даже если источник сигнала поведет себя смирно. А локация непростая — несколько неудобных гнезд с матерыми и никакая тактика тебя не спасет, тупо задавят.

Хочу пулемет. Вот прям резко захотелось. Тощему в руки и сенокос, сука.

На площадке у баскетбольного щитка с красной футболкой сделали привал. Так и так собирался, но клановые узрели желтую ленточку, примотанную подле футболки, и немного сбледнули. Сбросили рюкзаки у ближайшей расколотой стенки и принялись гипнотизировать знак.

— Перекусим в легкую, — отдал я приказ. Без костерка и удобств — филей на камень, брикет в зубы. — Что значит желтое?

— Опасность, — отозвалась Коля. — Кто-то цепанул нечей на переходе, и твари встревожились. Пройти можно, но рискованно.

— Но можно, — подвел я итог. Размял плечи, морщась от рези в спине, и пристроился на кучке кирпичей. Сухпай почти безвкусный — только хрустит заманчиво. Уже позитив, согласитесь.

Клановые сидели, точно палку проглотили — нервничали, крутили головами, иногда замирая в наводке на вектор Парка. Их нервозность поневоле передавалась группе — еду молотили почти в суровом молчании.

Замес не выдержал — иногда большой ум оказывает пагубное влияние на самоконтроль, доказано эмпирически, если что. Спросил тихо, наклоняясь в мою сторону:

— Справимся, командир?

Так и множатся никчемные сущности, подтачивая волю. Я погонял во рту глоток затхлой воды, побулькал и уточнил:

— Допустим, я скажу «нет», попросишь себя пристрелить? Я могу, ты не стесняйся.

— Важны лишь намерения и