Пилигримы - Алексей Ар

Раскаленная ладонь вошла в первый выпученный глаз. Зашипело, накатило дымной вонью. А я надавил, чувствуя пальцами подобие сетчатой плоти. Радуйся пиро, сегодня у тебя целая оргия.

— Шиты! — прохрипел. Как же воняет… — Поджимай!

Откликнулся Замес, в броске подперев содрогавшуюся тварь. Немного не понял — а костлявая смертушка где?

— Взяла! — гаркнула Наивная. — Ребром бей! Ребром!

— Дави!

— Сдохни, — предложил я твари и вложил остатки сил в давление.

Жарко полыхнуло — над непомерным панцирем развернулась корона пламени под аккомпанемент испуганного стрекота. Сухостой дрогнул, пытаясь забиться в нору. Только кто же ему позволит?

— Статус! — нарушил я боевое пыхтение через пару минут.

— Фрау удержала. Шеста удержала, — донесся из тылов рапорт Ивы. Голос болезненный, надо отметить.

— Бинтуйся, дура, — жесткий посыл Крысы. — Дай сюда!

Николаевна дышала, точно загнанная лошадь — обтекала синевой и поочередно смотрела на трупы, да на меня. Потом вздрогнула:

— Завалили матерого… — И опять смотрела. Через десяток секунд выдала с придыханием: — Ты же псих. Прям на всю голову долбанутый.

— Благодарю, — кивнул степенно. — Собираем и валим.

— Командир, — прошептал Замес. Да что за день-то такой — нельзя выдать чет из положительных интонаций?

Но умника можно понять — он разглядывал, как у туши гигантского неча сформировалось био размером с кулак, три аквы, два гео, а чуть дальше в развалинах вроде и аэро подоспело.

— Это нормально? — спросил я у клановой.

Опомнившаяся Николаевна торопливо кивнула:

— Даже маловато для такой туши. Говорила же, можно навариться…

Пока шел сбор, успел наведаться к Иве и Фрау, приткнувшимся у бетонного блока. Жестом заткнув попытку доклада, быстро осмотрел бойцов на предмет повреждений. Лады, жить будут — раны обработаны и замотаны. Выцепил взглядом тощего, пытавшегося пролезть в развалины, и повернулся к бледной Иве:

— С ним что?

— Руку подрали, — честно призналась она. — Когда неча от меня отдирал. Не успела среагировать, командир…

— Согласен, — кивнул. — И мы над этим поработаем. Фрау, еще раз изобразишь сочувствие, я расстроюсь.

— Исправлюсь, — решительно ответила женщина.

— Хорошо зашли, — потрясла сумкой Наивная.

Вот только Ось мгновенно внесла коррективы в приступ радости. Из-за дома, откуда ранее прибыли и мы, выдвинулся десяток бойцов в разномастной, но справной экипировке. Обвес любительский, подвержен критике, но призадуматься заставляет.

Чужаки целенаправленно двинулись к нам. Вблизи на амуниции стал виден стилизованный значок — неч, вставший на дыбы.

— Чумки, — с неожиданной обреченностью выдавила Коля. — Сука.

— Здравствуйте, — помахал нам рукой крепенький мужичок, что немного опередил сотоварищей. — Как урожай?

— Они сразу шмаляют, — едва слышно сказала клановая.

— Здравствуй, Чумка, — радостно объявил я, делая шаг вперед.

Улыбку у мужика резко стерло.

Окончание главы 9)

Глава 10

И все же ушлепки далеки от статуса профи. У обученных время между намерением и реализацией минимально — во избежание риска словить ответную реакцию. А передо мной группа продвинутых, на чьих лицах медленно проявляется триггер действа. Губы поджимаются, взгляд перестает бегать, напрягаются толчковые мышцы и как же это сука медленно, чтоб вы знали.

— А у меня проблема, Чумка, — продолжил я не менее радостно. Шаг держал ровный и непринужденный. На словесный понос есть от 4 до 5 секунд, если навскидку. — Жирная падла откусила мне дуло к херам. Просто в ноль. Сечешь? А как стрелять? Без дула, я не могу. Дуло же откусили. И это проблема, Чумка.

Я показал искореженный автомат и позволил ремню соскочить с ладони. Завороженные клановые вздрогнули от звона металла и добросовестно отследили, как оружие притирается к обочине.

Но надо отдать должное — первый заговоривший вынырнул из вербального потока и потянулся к оружию:

— Ты че, сука…

Вот только я уже рядом. И почти в режиме.

Закрученная спираль многоцелевой скоростной стрельбы, как обзывал ее инструктор № 3. Короткая фиксация векторов, и кобура щелкнула, высвобождая пистолет под хват.

Четыре вспышки, слитный грохот и меня вывернуло к бочине неизвестного мужика. Справедливости ради, я и в лучшие времена не успевал сделать больше четырех выстрелов. Зависит, конечно, от разброса целевых меток — дистанция решает, да. Но сейчас я постарался замещать толпу в хаотичный орущий вертеп — так выше шанс.

Отметка, попадание — и темные тягучие брызги в районе удивленных лиц.

Не прерывая маневр, дернул финиш точку чужого тела, заваливаясь на асфальт. Вражеская плоть дернулась от попаданий и у меня под лопаткой поселилась тупая боль. Это чем таким пальнули суки?

— Крыса! Максимум! — гаркнул, подняв облачко пыли.

Перекат.

Хруст смешался с воплем и грохотом.

Над тротуаром коротко просвистело фрисби щита. Отличился Замес — сообразил и запулил на всю широту бродячей души.

Перекат.

Удар под колено, выстрел по восходящей в доступный пах. И еще разок повторить, и закрепить результат, да. Упоительно пахло порохом — чувствую, живу.

Шесту сбили таранный на третьем метре — кряжистый чумка просто набычился и рванул встречным. Тела героически состыковались и ушли за бордюр в напряженном мычании.

Ракурс сменился одновременно с легким уколом функции. Чует недоброе электронная, нивелирует. Самый напряг — никто не кричал. Хрипели, пыхтели, сопели и цедили звуки, что немного напрягало.

— Падай! — рявкнула Ива и я послушно нырнул. Санитарка разрядила шмалабой, снеся угрозе левую половину черепа. Труп затрясся припадочно и начал подгибаться…

В метре от меня, вновь перешедшего в партер, прокатилась голова. Влажно чмокнула плоть, затрещала ткань. Коротким лязгом отметилась сталь.

Стойка на колено чутка приподняла горизонт событий. Мазнул прицелом по флангам — живое переплелось с неживым. Фрау удерживала копьем конвульсии вражины, чуть сзади перед Крысой оседал булькающий туземец, скользя по лезвию багрового Малюты. Мелкая нехорошо подергивалась, точно борясь с желанием сорваться.

А клан Вобля хлопал глазами в тылу и кривил рты в приступе ужаса.

— Крыса, — окликнул я. Она стремительно обернулась, зыркнув бусинами диких глаз. — Пугаешь тощего.

Девушка помотала головой и вздрогнула, выдыхая. Безумие медленно отступило, но в перспективе добавило командиру головняков.

— Статус, — уже привычно запросил у мертвого воздуха.

— Царапины, — бодро отрапортовала медик. По голосу чувствуется — радуется удаче. Окончание доклада чутка смазало картину: — Но много.

— Тогда глянь, что у меня под лопаткой, — попросил, борясь с накатывающей усталостью. Инсталляция вновь порскнула теплом по венам. Давай, железная, не подкачай.

— Командир?! — градус тревоги резко возрос.

И лучшего момента, чтобы очнуться, клановые не придумали. Николя то ли всхлипнула, то ли пискнула:

— Вы че наделали?!

— Положили чумок, положили… — затянула на одной ноте Наивная, размазывая по лицу непонятную кровь.

— Не всех, — вклинился Замес, наступая на вскрикнувшего мужика из проигравшей команды. — Под трупом