Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 8 - Семён Афанасьев

— У тебя должны быть чертовски хорошие причины так себя вести. — Отец мрачно глядел в стол перед собой расфокусированными глазами.

Расписанная и глубоко продуманая позиция на деле оказалась не непреодолимым рубежом, а карточным домиком, рухнувшим от щелчка ногтя.

— Ты специально рушишь всю мою работу? — Уэки-старший качнулся вперёд назад.

Пожалуй, теперь выкладки в сеть точно не избежать, сопоставила хладнокровно Ута: съёмка с разных точек, ребята дублируют онлайн в разные облака, сенсация по-любому. Да и попытки засекретить провалившееся совещание вызовут ещё больше вопросов, соответственно, резонанса — обнародованию так или иначе быть.

— Пап, ты же знаешь причины, — настроение резко пошло вверх. — Кодекс менеджера корпорации Йокогама, о мой эгоистичный и безответственный отец. «Менеджер Йокогамы борется с любой несправедливостью и нарушениями закона, не считаясь ни с какими последствиями для себя лично, даже если спорит с начальством — если знает, что он прав». Я люблю Йокогаму, пап. — Она пронзительно смотрела на родителя и чувствовала, что её взгляд сейчас более взрослый, а его — более детский и растерянный.

— Ты пришёл сюда зашибить по-быстрому бабок, — чеканила Ута, которую нёс поток. — Перед выборами. Пользуясь моментом. Примкнув к нужной и правильной, как тебе кажется, партии принцессы Акисино — которая к власти ещё не пришла, но через инсайдерские и подковерные ресурсы в бюджеты ладошку уже запускает.

Теперь трансляция точно окажется в народе, поняла айтишница, боковым зрением заценив побледневшую и вытянувшуюся физиономию одного из ведущих запись.

Затем и второго, и третьего — на другом конце стола. Прикольная штука — цифровая цивилизация.

— Я не ожидал. — Хьюга Хироя задумчиво и спокойно повернулся к своей дочери. — Вы говорили, всё будет нормально. Что делать дальше? — старик добросовестно и доброжелательно захлопал глазами, требуя, как старший у младшего.

Взгляд матери Хину заметался и упёрся в родного папашу, Уэки-старший проигнорировал.

— Пха-ха-ха, ну вы и клоуны! — ещё больше развеселилась айтишница. — Я-то буквально через несколько часов буду трезвой, а вот вы. «Чёрные пятна с биографии, в отличие от одежды, не отстирываются». Особенно перед выборами, — Ута назидательно вздела вверх указательный палец и повернулась так, чтобы ракурс камер выгодно подчеркнул контуры спортивной фигуры.

По глазам сотрудников pr-департамента она секунду назад увидела, что минимум один файл только что ушёл в сеть.

* * *

ИНТЕРЛЮДИЯ

Рион задумчиво смотрела запись по ссылке, присланной мониторингом своего предвыборного штаба (если совсем точно, формально штаба ещё не было, однако функции уже имелись и нуждались в реализации — необходимые люди по минимальному штату к работе приступили).

Это было… громко. Не в прямом смысле, но от того не лучше.

— … а ты пришёл сюда зашибить по-быстрому бабок! Перед выборами, пользуясь моментом! Примкнув к… партии принцессы Акисино — которая к власти ещё не пришла, но через инсайдерские и подковерные ресурсы в бюджеты ладошку уже запускает!

— в нетрезвых откровениях привлекательной внешне (чего уж) девицы никакой бомбы не было.

Бы. Если бы сказанное не являлось чистейшей правдой, раз; и если бы не должность Уэки Уты, два. И не место и время обличительного монолога, три.

— Что ты об этом думаешь? — Рион не позволила даже малейшим эмоциям проступить на её спокойном лице.

Политик-победитель начинается с таких вот мелочей.

— Теперь государственных денег на избирательную кампанию через разработку нового искусственного интеллекта не выведем, — покачал головой выпускник «финансов и кредита» университета первой тройки Японии. — Скандал будет как взрыв. Лишний шум, а финансы любят тишину. — Он немного помолчал. — Нам готовы были помогать на условиях тишины и анонимности, но эта пьяная сука всё равно что бомбу в выгребной яме взорвала. Как же её проглядел Уэки-старший. Родная же дочь.

— Он буквально пару часов как занял место главы нашей группы там. — Ишикава добросовестно напомнила вслух причину происходящего провала. — Уэки-старший сейчас выступает в роли почтальона: совещание и подписи под ним готовил совсем не он. Ему всучили бумажку и отправили завершать работу других, а вот такая подготовка «голосования» — за это спасибо Дзиону-куну, не Уэки-старшему. Хотя дочурка и дала ему прикурить, н-да… но предварительные переговоры были не его ответственностью.

Рион прокрутила в голове пару сценариев и согласилась с финансистом: даже если этот конкретный пожар погасить, Казначейство Министерства финансов, выделяя транши, обложит их таким аудитом, что ни одной йены через аффилированные структуры на свои реальные нужды больше не выведешь.

— Необходимо латать дыры. — Принцесса решительно поднялась. — Моя избирательная кампания на эти деньги рассчитывала, теперь мне их тупо не дадут.

— Что с меня? — мрачный сотрудник вооружился планшетом, на котором вывел десятка два головоломных графиков и непонятных диаграмм.

— Долю этого транша, — кивок на вакханалию в Йокогаме, — нужно раскидать между другими.

— Риски вырастут. Могут за зад взять, — гений финансовых потоков нахмурился ещё больше.

— На этот счёт у нас есть совсем запасной вариант. — Упоминать абсолютно незаконные схемы на ниве кибербезопасности Ишикава не стала, её отлично понимали и без лишних слов.

Большие цели требуют решительных подходов — успокоила она себя. Ну да, какую-то часть инвестиций в саму себя, возможно, придётся банально похитить.

Но во-первых, когда будет занят Престол, нужно не забыть это всё вернуть — она не забудет. Во-вторых, северные корейцы таким образом запасы валюты давно пополняют и ничего. Живёт как-то государство.

А здесь цель гораздо более достойная.

* * *

ИНТЕРЛЮДИЯ 2

Мая не очень хотел сюда ехать, тем более что ему было чем заняться — после такой-то ночки. Опять же, дела бизнеса; денежные потоки не спрашивают, есть у тебя время или нет, просто требуют ежедневного регулярного ухода, как молодая рассада помидоров.

Про последнюю он знал от одного из родственников матери, неожиданно разбогатевшего в течение последнего десятка лет — когда переоборудовал свой земельный участок в деревне и затеял выращивать органик, потеряв работу в городе.

С Эдогава-кай кузен бабушки Моэко иметь дела тогда отказался (хотя ему и предлагали) — якудза есть якудза, сказал он. В итоге, впрочем, не прогадал: один помидор на воскресном базарчике в рознице то ли три, то ли пять