Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 8 - Семён Афанасьев

— Давай я с тобой съезжу? — предложила Уэки, внимательно следившая за беседой. — Я, конечно, не они, — кивок на Моэко, — но тебе тоже не чужая. Да и по остальным пунктам проблем не будет, — многозначительное покашливание. — В Пекин давно хотела, оказия нормальная, расходы за меня финансировать не надо, — последние слова адресовывались дипломату.

Якудза с удивлением отметила, что вслед за главой финансов Йокогамы после пассажа айтишницы покраснел и обычно несклонный к рефлексиям Решетников.

— Было бы идеально! — поторопился выпалить мидовец, знавший о нейтрализации известного браслета, видимо, больше, чем из просто телефонного звонка.

Ради интереса Миёси-младшая напряглась — и сообразила: Ута намекала, что задвоенный сигнал подстрахует в том числе личными связями в службе исполнения наказаний (есть там знакомые коллеги-инженеры). Похоже, какие-то оперативные возможности внутри страны имели не только армейцы, НАЙТЁ, а и это конкретное подразделение МИДа — вон, тип только что не открытым текстом дал понять.

— Проходной двор, а не конституция или законность, — пробормотала борёкудан в сердцах (ну не имеют эти структуры прав работать внутри страны).

— Почему паспорта служебные, а не дипломатические? — Хаяси Хонока, сверлившая взглядом бумаги в чужих руках, неожиданно напомнила о себе.

— Не классифицированное мероприятие, а бардак и хаос, — процедил Решетников, полируя взглядом носки ботинок. — Хорошо, единственный оппонент — родная японская юстиция, а не кто-то серьёзный.

— Если человек не является сотрудником МИД, но срочно направляется в Китай от имени государства, дипломатический паспорт исключён, — охотно затеял пояснять Ямаути финансистке, старательно сглаживая предыдущую неловкость. — Потому что он требует не только внутреннего одобрения, но и аккредитации принимающей стороной, в данном случае — Китая.

— А-а-а. Не знала, не сталкивалась. — Во взгляде младшей Хаяси, мазнувшем по Решетникову, мелькнул тщательно скрываемый интерес.

— Это не делается за полдня, — продолжил чиновник. — Даже если японская сторона выдаст в экстренном порядке (что возможно технически), Китай должен признать статус этого человека. Иначе дипломатический паспорт теряет смысл.

— А служебный?

— Служебный загранпаспорт МИД может выдать оперативно, если человек официально уполномочен выполнить государственное задание.

— Он же не ваш работник? Вы только что сами сказали?

— Хотя Решетников-сан не является нашим штатным сотрудником, ему можно оформить временное прикомандирование к госоргану — например, как внешнему консультанту. Что и было сделано. Это не требует предварительного согласования с Китаем, достаточно пояснения о цели визита.

— А виза? — Такидзиро без затей перехватил документы и пролистал каждый.

— Может быть оформлена срочно, особенно при содействии китайского посольства и наличии вербальной ноты от японского МИД, — уверенно ответил Ямаути. — С их посольством договорено, сделают сразу как только вы назовёте спутницу.

— С ним еду я. — Уэки извлекла из сумочки пластиковую id-карточку и протянула дипломату. — Командировочные не оформляйте, дайте только паспорта — с финансами проблем не имею, чужие деньги не нужны. Возьму на буксир и Такидзиро-куна, — она по хозяйски обняла светловолосого. — В смысле, профинансирую. Парочку изобразим более чем убедительно, обещаю.

Глава 8

— Что это за выходы из-за печки? — устало спросил давно не спавший Такидзиро Уэки-младшую после того, как счастливый мидовец унёсся в родные пенаты заполнять второй паспорт. — Я тебя просил лезть не в свои дела?

— Согласился же в итоге, — спокойно ответила айтишница. — Насчёт «не моё дело» ты загнул и переборщил: всё, что сейчас касается тебя, ко мне тоже относится. По крайней мере, в рамках совместного проекта — поскольку Йокогама приказала долго жить. Запасной проект становится главным.

— Пока ещё не совсем «приказала долго жить», — машинально возразила якудза. — Так, небольшой скандальчик в совете директоров. Это не конец света, со временем наверняка наладится. — Моэко вынырнула из размышлений и просветлела лицом. — Хотя в сетях волна плавно трансформируется в эдакое цунами! Отдаю должное твоей решительности, — последнее было сказано Уте абсолютно серьёзно, без тени иронии.

— Не небольшой скандальчик, — подала голос молчавшая до сих пор Хаяси. — Последствия будут, вопрос только, какую часть надстройки сметут.

— Расскажи? — повернулась к ней борёкудан. — Если не секрет. Потому что я пока не сориентировалась.

— От тебя не секрет, я рассчитываю на тебя как на адвоката. — Хонока сумела удивить. — Наши акции просели, тянут за собой сектор. Управляющая комиссия от министерства — практически решённый вопрос.

— Где в этом всём ты видишь моё место? — деликатно сократила прелюдию якудза.

— Не сейчас, попозже. Когда государственная комиссия приступит к работе всерьёз, наверняка начнутся новые раунды тупиковых боданий — конкуренция за власть внутри корпорации, — тряхнула волосами Хаяси. — Права нашего семейного пакета однозначно будут нарушены: работа комиссии регулируется постановлениями кабмина.

— А ваш пакет?..

— Прописан в уставе и в учредительном соглашении. Дедушку и Хьюгу Хироя не зря называют основателями.

— Не читала пока ни этих постановлений, ни вашего йокогамовского устава. — Моэко на мгновение задумалась. — Насчёт адвокатуры: тебе нужен корпоративный, э-э-э, даже не юрист. Юридическая компания со специализацией в корпоративном праве. Не знаю, с чего ты решила опереться на меня, я в нём — как баран в апельсинах.

— Баран в апельсинах — это хорошо или плохо? — врезался зачем-то Такидзиро, который явно на самом деле размышлял о своём.

— Это не просто плохо, это очень плохо. Это полная некомпетентность — я по уголовному праву специализируюсь. Куда ни шло, семейное, но точно не корпораты.

— Думала об этом. — Хаяси-младшая так преданно заглянула в глаза, что борёкудан даже полшага назад сделала. — Там с моей точки зрения важнее будет не юридическая сторона.

— Связи? — снова Решетников.

— Скорее, влияние. Точнее, вес мнения в общественных глазах. — Финансистка так тщательно подбирала слова, что якудза про себя изумилась — в подчёркнутой обходительности Хонока раньше замечена не была, по крайней мере, в адрес самой Моэко и Решетникова.

— Давай заново. У вас зашито заведомое противоречие, правильно? — химэ Эдогава-кай решила расставить все точки, где нужно, чтобы не плодить чужих надежд понапрасну. — Между уставом и постановлением кабмина? Когда управляющие государственной Комиссии, представляющие интересы государства, возьмутся заруливать Йокогамой, это неизбежно нарушит уставные права пакета Хаяси, так?

— Да. Дедушка и Хьюга Хироя с самого начала опасались рейдерства через государственную