Прут. Тайна серых пещер - Сергей Михайлович Ильин

Эти ещё двое. Сидят, пялятся на него, словно на чудо какое сказочное. Мальчишка, кстати, уже не так враждебно на Прута смотрит. А вот во взгляде Свелки так и вовсе прямо-таки забота читается. Странная она. Прута совсем не боится, хотя он с ней одной левой рукой разделаться сможет. Даже сейчас в таком помятом состоянии. Да он и с её братом справится, если нужно будет.

Вот только нужно теперь другое совсем. Помощь Клорка ему отнюдь не помешает при побеге. Придётся всё же положиться на сына человеков и принять его помощь. Скажи ему кто о таком ещё пару дней назад, поднял бы брехуна на смех.

Плохо, что и девчонку нужно будет с собой тащить. Если Плинто хиляк, то эти двое даже по сравнению с ним — задохлики. А Свелка тем более.

Может, когда они с жердинами справятся, Пруту вперёд пролезть, а человеков в каморе бросить? Ну куда ему с ними убежать получится? Проскользнёт сам меж палок — и ходу. Только и видали его. А белобрысых — к троглу. Человеки оркам враги извечные. Так было, есть и всегда будет. Наверное.

Вот только мыслям таким совсем отчего-то неуютно в голове. И это странно как-то. Что-то внутри противилось решению бросить врагов на произвол судьбы, спасаясь самому. Да настоящий орк своего может не пожалеть ради спасения племени! А тут Пруту жалко каких-то человеков. Трудно ему, видите ли, и в этот раз, сбегая, с собой эту парочку белобрысую не забрать. Дожили.

Ладно. Ни к чему сейчас все эти душевные страдания. Чего он раскис, как девчонка какая? Наступит ночь, там и решение само собой придёт.

Однако ночь вместо решения принесла очень неприятную неожиданность. После того, как коротышки принесли и сунули пленникам еду с питьём, покинули пещеру отнюдь не все стражники. Двое из них остались сидеть в проходе, устроившись прямо напротив совершенно обескураженных ребят.

Вот это да! Такой каверзы от судьбы они никак не ожидали.

Попробуй теперь сбеги. Тут чихнуть незаметно и то не получится. Что же делать?

Может, как-то подманить коротышек к загородке и напасть на них? Но это только Прут точно со своим справится. А Клорк запросто может и подвести. А второй коблитт тут же тревогу поднимет.

Заметнуть бы в голову карлику камнем, но... Прут оглядел пол каморы. Нет тут ничего подходящего. Только палки их с Плинто недозаточенные. Да разве навредишь такими кому? Только разозлишь, даже если в глаз попадёшь.

Дети человеков молча сидели у стенки, явно приуныв. А Прут уселся поближе к жердинам загородки и буравил взглядом беседующих между собой охранников. А в голове между тем плодилось и вихрем проносилось множество идей. Впрочем, тут же с сожалением отметаемых им прочь.

И чем дольше Прут размышлял над способами хоть как-то разделаться с мерзкими коротышками, тем больше ощущал бессмысленность и безнадёжность любых попыток сбежать из этой дурацкой каморы. С каждым ударом сердца разочарование всё больше и больше вгрызалось щемящей болью в нутро, грозя в любой миг затопить сознание непреодолимым отчаянием.

Но нет, орки не привыкли сдаваться, а потому предательское ощущение безысходности и невозможности что-либо изменить лишь вскипало в душе холодной злобой. Ещё немного, и Прут яростно бросился бы на любого осмелившегося подойти к загородке коблитта, вцепившись в него голыми руками, невзирая на любые последствия. Уж лучше погибнуть в драке с вонючими карликами, чем быть отданным ими же в жертву какому-то чужому злому богу, невесть как пробравшемуся в этот мир!

От буйного помешательства парня спас странный шум, раздавшийся снаружи пещеры. Глухие удары, чьи-то сдавленные вскрики и всплеск речной воды.

А потом в пещеру ворвался вихрь в виде незнакомого воинственного орка, в мгновение ока сразившего обоих ничего не успевших сделать охранников. Прут даже не заметил, как пришелец разделался с коротышками: несколько быстрых резких движений — и тот уже отбросил мёртвые тела карликов прочь от себя. И принялся торопливо оглядываться по сторонам.

А Прут удивлённо рассматривал его самого. Молодой, но уже весь в шрамах. Причём почти все совсем свежие. Сильный. Плечи вон какие широкие. И мышцы — бугрятся и перекатываются под бронзово-красной загорелой кожей при каждом движении. На голову, не меньше, выше Прута и явно на несколько зим старше. В руках копьё. Коротковатое, зато наконечник знатный: длинное широкое лезвие, словно из обломка меча переделанное. И блестит так, будто хозяин только его полировкой дни напролёт и занимается.

— Ну, и долго ты пялиться на него собрался?! — голос ученика шамана прозвучал сбоку так неожиданно, что Прут чуть было не подпрыгнул прямо из сидячего положения.

— Плинто! — заорал он, вскакивая и поворачиваясь к другу. — Как ты здесь очутился?!

А у самого в груди так горячо стало и глаза защипало неимоверно. Ну никак не ожидал он, что этот трусоватый хиляк способен выжить да ещё и назад за ним вернуться. Уму не постижимо!

— Соскучился, — между тем Плинто спокойно и деловито кромсал невесть откуда взятым ножом кожаные ремни, прочно удерживавшие запертую дверь каморы. — Вот, на помощь тебе Муайто привёл.

Ученик шамана указал на молодого воина.

— Как ты здесь? — спросил тот, подходя ближе.

— Терпимо, — Прут сдержанно, хоть и раздирали его на части радость вперемешку с жутким любопытством, кивнул и протянул сжатый кулак меж жердин загородки.

Воин окинул парня оценивающим взглядом, тоже кивнул и наподдал по его кулаку своим:

— Нужно уходить. Есть ещё кто из наших?

— Нет, больше никого.

Муайто нахмурился. Потом махнул рукой.

— Уходим. Пока не набежали сюда все.

— Они с нами пойдут, — стараясь, чтобы голос прозвучал твёрдо, неожиданно для самого себя заявил Прут. И указал на замерших за его спиной Клорка и Свелку.

Глава 19

— Если ты против, я пойду с ними отдельно, а вы уходите вдвоём, — Прут и сам не понимал, почему это вдруг стало так важно для него. Ну не выдали его дети человеков серым уродцам. Ну водой разок пожертвовали. Так ведь всё равно через денёк-другой отправились бы все к злым богам. С чего о них заботиться? Но нет же — упёрся рогом, приняв для себя совершенно нелепое решение. Хотя