При дворе двух императоров. Воспоминания и фрагменты дневников фрейлины двора Николая I и Александра II - Анна Федоровна Тютчева

В публике говорят только об одном: о речах, которые император произнёс перед дипломатическим корпусом и депутациями от дворянства. Он благодарил представителей иностранных дворов, и особенно послов Пруссии и Австрии. Австрийский император[51], после того как он двойственностью своей политики влил последнюю каплю яда в переполненную чашу, которой Европа отравила последние дни царствования императора Николая, поспешил, как только он узнал о смерти, прислать телеграмму с выражением самого горячего сожаления о том, кто был его лучшим другом, его вторым отцом, кто спас Австрию от верной гибели и кого он терял в ту минуту, когда собирался доказать ему всю силу своей благодарности. Бедный император Николай! Он оценил, чего стоит эта благодарность, когда перевернул к стене портрет коварного австрийца и написал над ним слова: Du undankbare [Неблагодарный].

1 марта

…Вчера я читала в «Independance» статью об императрице Марии Александровне, в которой громко восхваляется ее большой ум и говорится, что Россия может надеяться найти в ней вторую Екатерину. Изображать ее в этом свете – значит оказать ей плохую услугу по отношению к императору, так как среди окружающих его лиц находится много таких, которые ставят себе целью внушить императору недоверие к императрице и подозрение, что она может воспользоваться своим умственным превосходством над ним, чтобы подчинить его и оказывать влияние на дела.

Нужно очень мало знать императрицу, чтобы приписывать ей какое бы то ни было сходство с Екатериной II. Императрица, несомненно, очень умна; ум ее очень тонкий, очень чуткий, очень проницательный, но между ее умом и умом Екатерины II совершенно нет ничего общего. Екатерина II была не столько умной женщиной, сколько гениальным мужчиной; она была призвана к тому, чтобы влиять на людей, направлять их, управлять ими; чтобы всегда проявлять себя вовне и искать во внешней и чисто земной жизни удовлетворения своему огромному честолюбию.

Императрица Мария не обладает ни одним из качеств и ни одним из недостатков Екатерины II. Она создана гораздо более для внутренней жизни, душевной и умственной, чем для активной деятельности и для внешних проявлений. Честолюбие своё она обращает не на искание власти или политического влияния, но на развитие своего внутреннего существа…

Панихиды всё продолжаются по два раза в день. У меня расстроены нервы, и я по вечерам езжу кататься в коляске по набережной, чтобы подышать воздухом, прежде чем ложиться спать. Я тогда вижу большие толпы людей, которые безмолвно, как тени, во мраке ночи направляются в крепость, чтобы поклониться праху императора. Есть какая-то скорбная торжественность в этих ночных прощаниях умершего государя со своим народом.

2 марта

Была обедня во дворце, а затем панихида в крепости.

Императрица-мать приехала туда, и, когда ее два младших сына подошли, чтобы поклониться телу отца, она положила одну руку на императора, а другую на головы своих сыновей, как бы благословляя их за него; после этого она долго обнимала их; молодой император также обнял их. Императрица, которую я видела сегодня утром, рассказала мне, что молодые великие князья уехали из Севастополя тотчас же по получении известия об опасности, грозившей жизни их отца, и что они узнали о его смерти ночью в степи, где они встретили Паскевича, ехавшего к ним с этим известием.

Императрица говорила со мной также про предсказание, сделанное одним отшельником Михаилу Павловичу о смерти его дочери, о его собственной смерти и о смерти императора Николая. Великий князь Михаил никогда не хотел рассказать того, что было предсказано о детях императора Николая, говоря, что он откроет это только императрице, но он так и умер, не решившись ей этого сказать. По-видимому, это было что-то зловещее.

Сегодня император принимал Ермолова, призванного на службу после долгой немилости, и оказал ему очень милостивый приём. Императрица-мать также была чрезвычайно ласкова к нему и сказала ему, что покойный император к концу жизни совершенно отказался от предубеждений против него и часто в последнее время говаривал: «Мне бы очень нужны были теперь советы Кавказского мудреца». В городе ходит слух об отставке Бибикова, его заместителем называют Михаила Муравьева, который в последнее время был в оппозиции, но который, конечно, мог бы оказать большие услуги России, если бы сумели использовать его большие административные способности.

3 марта

Сегодня утром я была у обедни в крепости и вынесла оттуда ужасное впечатление.

Церковь была довольно пуста, так как на время обедни прекращается доступ публики, приходящей проститься с телом; этим временем пользуются для того, чтобы убрать церковь, в буквальном смысле устланную грязью, приносимой на ногах посетителей.

Выметают, чистят и поднимают облака пыли, и производят адский шум без всякого уважения к службе и, невзирая на покойника, который лежит тут же с короной на голове, накрашенный, нарумяненный, залитый тошнотворными ароматами, плохо скрывающими, однако, несмотря на все, запах разложения, исходящий из этого императорского гроба. В таком безмерном продлении похоронных церемоний я вижу скорее профанацию смерти, чем знак уважения к покойнику.

6 марта

Всё кончено. Свершилось.

Императора Николая сегодня похоронили, и от этой величавой фигуры, которая тридцать лет витала над судьбами Европы, не осталось ничего, кроме надгробной плиты среди многих других плит и исторического имени, над которым потомство произнесёт свой приговор…

Погода опять была чудесная. Император, великие князья и генеральный штаб отправились в крепость верхом, императрица, великие княжны и дамы свиты – в траурных каретах. Когда царская процессия достигла крепости, обедня уже кончилась, и немедленно началось отпевание.

На подмостках около гроба благоговейно стояла вдовствующая императрица, сосредоточенная и убитая горем. В минуту последнего прощания она наклонилась над телом мужа и долго-долго обнимала его, затем села у его изголовья и, по мере того как ее дети подходили и прощались с отцом, они склонялись перед ней, и она благословляла их. С особенно глубоким благоговением принял император материнское благословение. Нельзя было не растрогаться до глубины души при этом зрелище.

Затем наступил момент, когда императорская мантия была снята с гроба и унесена в алтарь, император и его братья подняли на своих плечах гроб и понесли его к могиле, в которую он был опущен под гром пушечных залпов. Императорская семья удалилась, остальные присутствующие каждый по очереди бросили горсть земли на гроб, и над великим и могущественным государем закрылась могила.

Я вернулась домой совершенно подавленная пережитыми волнениями…

7 марта

Сегодня утром была