Не верь глазам своим - Нинель Лав

Но случались и «неприятные инциденты»… Такой, как в первый визит Инессы Сергеевны к сыну.

Увидев на его груди подаренную иконку, она затряслась и не в силах справится со своим желанием завладеть родовым «сокровищем» Левицких, попыталась снять ее с груди спящего сына. Но поскольку сиделка, которой строго-настрого было запрещено оставлять больного без присмотра с «непроверенными людьми» (к коим относились все кроме Ирины и Ильи Степановича), находилась в палате и была предупреждена о ценности данной иконы (ей было поручено Ильей Степановичем оберегать в первую очередь иконку, а потом тело сына), попыталась пресечь попытку похищения иконы. Завязалась перебранка, потасовка, проснулся Глеб, понял в чем дело — оправдания матери «Я только хотела посмотреть поближе» не прокатили и выгнал мать из палаты.

После этого инцидента Илья Семенович забрал иконку и спрятал в сейф в кабинете, нашпиговав дом новейшими биометрическими охранными системами, информирующими его даже о приближении «неправильного» человека к охраняемому объекту (к дому, кабинету, сейфу), а Инесса Сергеевна была выселена в городскую квартиру, которая тоже по бумагам принадлежала Ирине, но пока об этом «бывшую хозяйку» не известили.

У Ирины тоже случались «неприятные истории», не связанные с работой… с Верой, например.

Ей все-таки удалось прорваться в кабинет к «хозяйке» и устроить скандал, поскольку в военный госпиталь к Глебу ее не пустили даже на территорию.

— Мне нужны обещанные деньги! — почти кричала Вера, отбиваясь от секретарши, пытающейся вытянуть за руку «непрошенную посетительницу» из кабинета.

— Ольга Владимировна, оставьте ее, — устало произнесла Ирина запыхавшейся секретарше. — Не забывайте, она беременна!

— Не забывайте, вы тоже! И волноваться вам не рекомендовано! Она один раз уже довела вас до больницы! И вы могли потерять вашего ребенка!

— Я помню это!

Секретарша недовольно удалилась, пообещав принести успокаивающий «чай на травках».

Ирина показала на кресло, но Вера не села, встала напротив, напоказ выпятив живот.

— Мне нужны обещанные деньги! — твердо заявила она, чувствуя себя обиженной и обманутой.

— Вам выплатили все положенное и даже больше, — Ирине было неприятно видеть эту женщину, вспоминать ее лживые, прямо в сердце ранящие слова и свою боль от ее лжи.

— Глеб обещал мне…

— Вряд ли Глеб захочет сдержать обещание, после того, что сделал ваш любовник — попытался убить Глеба и вы, давая ложные показания против него, поддерживая своего любовника.

— Я к этому не имею никакого отношения! — открестилась от покушения Вера. — А дать такие показания меня заставил Стас! Потом я во всем призналась.

— А я не имею никакого отношения к вам! — парировала Ирина. — Разговор окончен!

— Мне надо увидеть Глеба!

— Чтобы опять повиснуть у него на шее или подставить под его руку свой живот? Вы на что рассчитывали, затевая свои игры… что он разведется с беременной — от него женой, бросит своего ребенка и женится на вас, беременной от другого мужчины?!

— Зачем мне нищий мужик, когда можно получить мужика с деньгами.

— С вами все ясно! Когда вы забеременели, Глеб вас пожалел, и вы решили сыграть на его жалости… — неожиданно Ирина почувствовала такую непреодолимую усталость, что даже злость и обида на помощницу мужа растворилась в ней. — Вер, уводя мужа из семьи, вам не жалко было такого же нерожденного ребеночка, как ваш, и маленькую девочку — ведь вы отнимали у них отца?

— В первую очередь я заботилась о себе и своем ребенке! — честно ответила Вера, не думая о последствиях такого ответа.

— Понятно! Сердца у вас нет! Тогда и денег для вас у меня — нет!

— Но я хочу поговорить с Глебом?! На мои звонки он не отвечает!

— Ничем не могу вам помочь! Пусть вам выплачивает алименты отец вашего ребенка!

— Он сел! И надолго.

— Еще скажите — по вине Глеба! — Ирина и не думала, что может быть такой жесткой и принципиальной, и обратилась к вошедшей с чаем секретарше. — Ольга Владимировна, проводите… Разговор окончен!

Почти под тычки секретарши Вера недовольно вышла из кабинета.

30

Выпив успокаивающего чая и немножко поработав, Ирина поехала в госпиталь к мужу, прикупив очередной небольшой тортик — Глеб пристрастился к сладкому, хотя раньше сладкое не ел.

— Вера решила прорваться к тебе в палату, — улыбаясь, сообщила Ирина, глядя с каким аппетитом муж поедает ужин. — Денег я ей не дала.

— И правильно сделала! — с набитым ртом, пробубнил Глеб. — С неблагодарными людьми, которые не понимают хорошего отношения, не надо иметь никаких дел.

— Но ты ей обещал…

— Это было до того, как она вздумала разрушить мою семью, оболгала меня, довела тебя до сердечного приступа и подвергла опасности жизнь нашего ребенка! Слышать о ней не хочу!

— Не знаю, как ты поступишь, когда выйдешь на работу… — замялась Ирина, решив прояснить ситуацию с женой бывшего друга, — я приказала выплачивать Лене зарплату мужа… хотя бы пока… пока он числится на фирме.

Нахмурившись, Глеб перестал жевать и уставился на жену — она в своем уме? платить деньги жене заказчика его убийства! Но вспомнив, что Лена и ее дети были ко всему этому непричастны и тоже пострадали от действий мужа и отца, согласно кивнул.

— Пока пусть… Вернусь на фирму, разберусь.

— Спасибо, милый! Ты самый лучший! Такой благородный!

— Давай, давай, хвали меня! — хмыкнул Глеб и воззрился на жену — в глазах его плясали веселые чертики. — Я уже встаю, сегодня вечером мне снимут гипс с руки… так что все твои отговорки против нашего секса больше не действительны!

Застыв на несколько секунд, Ирина растерянно похлопала ресницами.

— Может, подождем еще недельку пока снимут гипс с ноги…

— Еще неделю ждать?! Ну, уж нет! Сколько там время? Не пора уже спать, дорогая… — и Глеб потянул жену на себя.

Но Ирина, поцеловала его, вывернулась и, погрозив пальцем «проказнику», побежала к лечащему врачу, узнать, когда же ее мужа выпишут из госпиталя! когда ему можно будет питаться мясом — куском! (до этого у него была «щадящая диета»), и когда же ему, наконец, разрешат заниматься сексом!

Врач схватился за голову — прошло чуть больше двух недель после таких сложных ранений! а тут — мясо и секс! но посмотрев на взволнованную молодую женщину и вспомнив о стареньком аппарате УЗИ в отделении, разрешил и то