Порочный продюсер - Сандра Бушар

— Ах, это? — он спокойно покрутил передо мной двумя гаджетами. — Так удобней разделять личные дела и рабочие.

Кровь с утроенной силой закружила по организму. Затуманенным взглядом глядя на заветный телефон, я могла думать лишь об одном: «Он мне нужен!»

Глава 29

К одиннадцати в кофейне всегда было мало людей и можно было спокойно затаиться в укромном месте, спокойно себе попивая кофе. Борис опоздал, пришел позже почти на целые тридцать минут. Когда он подходил к столику, я окинула мужчину скептическим взглядом и, пригубив свой напиток, прошептала:

— Ты, увы, трагически не погиб спасая котенка из пожара. А значит, уважительной причины у тебя нет.

Глаза его загорелись, а на губах заиграла косая ухмылка. Сердце мое предательски ускорило ритм.

— Я выбил для тебя годовой контракт. Ты будешь лицом известного парфюма. Это не смягчит твою злость?

— Нет. — без капли колебаний прошептала я, а потом вдруг с губ моих слетел вопрос, который я сама не ожидала. Он буквально сорвался на стадии зачатка и возвращать время вспять было поздно: — Почему ты не даришь мне цветы?

Борис удивленно замер, брови его поползи на лоб. Кажется, мне удалось застать его врасплох.

— Тебе ведь постоянно приносят цветы… — протянул тот, растерянно пожимая плечами.

— Бренды которые я рекламирую? Это простая вежливость. Им плевать, что это за букет и для кого он собран. — отставив стаканчик в сторону, я с интересом наблюдала, как в карих глазах происходит активное переосмысление. — Но ты… Это другое. Почему ТЫ их не даришь?

— Я думал, что цветы тебе надоели. И вообще, это не важно. — произнес он вполне серьезно. Странно, но мне почему-то стало обидно. Я вдруг вспомнила чертовку конфету, что дала мне незнакомка. Из рук в руки, просто желая порадовать. И эта конфета стала для меня такой ценной… Я хранила ее в шкатулке, каждый взгляд на нее вызывал улыбку.

— Я поняла, — досадный итог был ясен изначально, но все равно причинял боль, — тебе просто не важно сделать мне приятно. У нас не такие отношения.

В глазах противно защипала. Я резко вскочила с места и быстрым шагом направилась к стойке с десертами. Мне требовалось пару минут, чтобы прийти в себя и престать раскисать из-за такой ерунды.

Сделав глубокий вдох, натянув улыбку, я спокойно возвращалась за столик, когда увидела из-за плеча Беренштейна, как тот… заказывает цветы. Я только открыла рот чтобы сказать: «Нет ничего хуже, чем букет, который ты выпросил», как взгляд мой упал на стол. Там лежал телефон мужчины. Тот самый, к которому я взломала пароль. Тот самый, где не нашла ничего компрометирующего, словно он чертов ангел.

— Что это? — прошептала я, нависая над Борисом. — В твоих руках…

— Ах, это? — он спокойно покрутил передо мной двумя гаджетами. — Так удобней разделять личные дела и рабочие.

Кровь с утроенной силой закружила по организму. Затуманенным взглядом глядя на заветный телефон, я могла думать лишь об одном: «Он мне нужен!»

****

Уборная была тесной, но светлой. В воздухе так и витал аромат чистоты — бергамота, нероли, лимона, петитгрейна и белого мускуса. Широкая каменная столешница стойко выдерживала суровый напор двух взрослых тех в безумии. И даже не дрожала, когда Борис вколачивал меня в стойку, снова и снова…

— О, боже… — сорвалось с моих губ. Наши голые тела соприкасались, влажные и напряженные до предела. Этого было достаточно чтобы окончательно свести меня с ума. — Я… Я больше не могу…

Замерев на мгновение, Беренштейн бросил косой взгляд на дверь и напрягся, прислушался. Там по-прежнему было слишком шумно и не до нас.

— Тише ты… Иначе… — заткнув мне рот своей ладонь, тот предупреждающе посмотрел в глаза.

— Иначе «что»? — в предвкушении я поерзала на месте, коварно усмехаясь. Тело покрылось мурашками и бросило в дрожь.

— Иначе, — он опустил взгляд и мои соски мгновенно стали колом. Когда мужская ладонь властно проскользила по тело, я забыла, как дышать. С каждым днем продюсер действовал на меня особенно сильно. — Я тебя отшлепаю.

— Заманчив! — мечтательно прикусив губу, я услышала, как музыка за стеной затихла. А это значило, что все перешли к серьезным темам. С минуты на минуты они обнаружат нашу пропажу, свяжут все воедино и наши отношения раскроются. Но, не обращая на этого никакого внимания, я игриво прошептала ему прямо в губы: — Здесь нет ничего, чем бы ты мог это сделать.

С вызовом Беренштейн осмотрелся вокруг, сканируя каждый миллиметр пространства. Светлая, идеальная, особо ничем не выделяющаяся комната. Даже разыграться негде.

— Ты не совсем права. Кое-что у меня все же есть… — произнес он хрипло и так низко, что голос буквально состоял из чистого тестостерона. А затем вышел из меня, крутнул вокруг своей оси, заставляя упасть грудью на столешницу. Все это за считанные мгновение!

— БОЖЕ! — завопила я, когда он с бешенной силой врезался в меня своим каменным членом. Он не просто шлепал меня, нет… Он выбивал дух, заставлял забыть обо всем на свете… Слышать лишь свое сбившееся сердцебиение и глухие удары наших тех, эхом разлетающиеся по комнате. — Я… Я не могу… Я сейчас закричу!

— Не стоит. Нам с этими людьми еще сотрудничать. — усмехнулся продюсер самодовольно, а потом навис на меня сверху, рукой снова закрывая мне рот. Теперь, когда наши голые тела буквально были склеены, он только водил бедрами… Но и этого было достаточно. Так глубоко и так медленно… Это буквально сводило с ума. Я металась в своем собственном аду, на грани от финала.

«Молю!» — шептал мой взгляд через зеркало. Я буквально капитулировала с белым флагом.

«Ну, уж нет!» — коварства и порока в его глазах было так много, что я сказу поняла — мужчина испытывает определенное удовольствие, доводя меня до грани и обламывая.

И терпеть мне эти качели вечность, если бы кто-то настойчиво не постучал в дверь. Сцепив зубы, закатив глаза, Борис сдался. Его рука проскользнула между моих ног, нашла клитор и мягко промассировала. Секунда и меня разоварало на части, заставляя обмякнуть без сил на столешнице.

— Я выйду первым. Узнаю обстановку. Тебе лучше появится минут через пять, не меньше. — произнес он ровно, натягивая свой невероятно сексуальный фрак. Сложно вообще представить человека, которому он идет больше, чем Борису Беренштейну. Собственно, поэтому я и затащила его в комнатку на полчасика, «обсудить важные рабочие дела».

— Как скажешь, только… — все мысли выветрились из головы, я напрочь забыла что именно хотела сказать, когда