100 великих разведчиков России - Владимир Сергеевич Антонов

Политическая атмосфера в Европе ухудшалась, Центр все чаще оценивал информацию «Марты» как «весьма важную и интересную». Было принято решение о переводе работы с ней на «советский флаг», чтобы ставить перед немкой информационные вопросы, непосредственно затрагивающие интересы СССР. К этой беседе Федор подготовился особенно тщательно, однако «Марта» совершенно спокойно реагировала на его признание о работе на советскую разведку.

Через некоторое время муж «Марты» получил назначение на должность посла в одну из европейских стран. Связь с источником осуществлялась в периоды ее приездов в Берлин или выездов в другие европейские столицы.

Напряженность в Европе и, в частности, в Германии возрастала. Европа стояла на пороге Второй мировой войны. Информация о намерениях гитлеровской Германии была необходима советскому руководству, однако добывать ее становилось все труднее. В результате массовых репрессий, развязанных в Москве, советская внешняя разведка была парализована. Был отозван в Москву и Парпаров. Позже по ложному обвинению в сотрудничестве с гестапо он был арестован и брошен в застенок, где подвергался пыткам и избиениям. Связь с «Мартой» была утрачена.

Для восстановления контакта с немкой в Берлин была направлена опытная разведчица – жена разведчика-нелегала Василия Зарубина Елизавета Зарубина. Она привезла с собой письмо от Парпарова, напечатанное им на машинке во внутренней тюрьме НКВД на Лубянке. Зарубина сумела убедить немку в безопасности встреч с ней. Поток важной информации от источника возобновился. Она исключительно высоко оценивалась в Москве.

С нападением гитлеровской Германии на Советский Союз связь с источником прервалась. Долгое время судьба «Марты» была неизвестна. Только после войны резидент внешней разведки в Германии Александр Коротков установил, что во время одной из бомбардировок Берлина британской авиацией ее надломленная психика не выдержала. «Марта» заболела, попала в психиатрическую больницу, откуда уже не вышла.

Что касается Парпарова, то после отзыва в Москву он в 1937 году выехал в командировку в Голландию, где установил контакт с бывшим разведчиком одной из западных стран и привлек его к работе на Советский Союз. От источника поступали весьма важные материалы, которые освещали, главным образом, вопросы строительства военных судов, аэродромов и посадочных площадок в Германии.

В начале 1938 года в связи с предательством Вальтера Кривицкого Парпаров вновь был отозван в Москву. 27 мая 1938 года он был арестован и больше года находился под следствием. Лишь в июне 1939 года разведчик был освобожден из заключения по указанию Берии. Как ни странно, этому способствовало и то, что «Марта» продолжала активно сотрудничать с советской разведкой.

В 1940 году Парпаров был восстановлен в НКВД с присвоением звания майора госбезопасности, что соответствовало званию армейского полковника. В конце 1940 года Парпаров выехал в Эстонию, где восстановил связь с работавшим там одним из ранее завербованных им агентов в германском министерстве иностранных дел.

С весны 1941 года Парпаров с «легальных» позиций выполнял ответственное задание Центра в Прибалтике. Война застала его вместе с семьей в Литве. Эвакуироваться пришлось под непрерывными бомбежками и под огнем немецких танков. В октябре 1941 года Парпаров был направлен нелегальным резидентом в Швейцарию. Однако в апреле 1943 года у разведчика возникли проблемы со швейцарской визой, и он вынужден был возвратиться в Москву.

Парпарова направили в распоряжение 4-го управления НКВД. Ему пришлось работать с генерал-фельдмаршалом Паулюсом, находившимся после разгрома его армии под Сталинградом, в плену в лагере под Суздалем. Как крупный специалист по Германии, после окончания войны Парпаров участвовал в подготовке Потсдамской конференции и Нюрнбергского процесса, на котором он представил фельдмаршала международным судьям, что вызвало сенсацию у присутствовавших на процессе журналистов. Затем участвовал в мероприятиях, связанных с организацией деятельности оккупационных властей в Германии.

В середине 1950-х годов Федор Карпович вышел в отставку. До кончины в 1959 году он возглавлял военную кафедру в МГУ.

Евгений Мицкевич

Видный советский разведчик-нелегал Евгений Петрович Мицкевич родился 5 января 1894 года в поселке Клевань Ровенского уезда Волынской губернии в бедной крестьянской украинской семье. С 1912 года учительствовал в сельских школах Волынской губернии.

Евгений Петрович Мицкевич

В 1915 году Мицкевич был призван в армию. Окончил Киевскую школу прапорщиков и был зачислен младшим офицером в 5-ю роту 205-го запасного полка, который был расквартирован в Речицком уезде Гомельской губернии.

После Февральской революции 1917 года он избирался членом полкового комитета и Речицкого Совета рабочих и солдатских депутатов. В августе 1917 года Мицкевич во главе батальона 257-го стрелкового полка участвовал в подавлении «корниловщины» – контрреволюционного мятежа под руководством верховного главнокомандующего вооруженными силами России генерала Корнилова с целью разгрома сил революции и установления в стране реакционной военной диктатуры. В сентябре того же года вступил в партию большевиков, активно участвовал в становлении советской власти в Белоруссии.

После Октябрьской революции 1917 года Мицкевич был избран комиссаром юстиции Речицкого Совета. В январе 1918 года командовал отрядом Красной гвардии в боях с 1-м Польским корпусом легионеров под командованием генерала Довбор-Мусницкого, руководившего антисоветским выступлением в Белоруссии с целью захвата западно-белорусских земель.

С июля 1918 года Мицкевич работал в Брянской ЧК. После полного восстановления советской власти в Белоруссии с декабря 1918 года он являлся председателем Речицкого уездного военно-революционного комитета, а затем, до польской оккупации, – председателем уездного исполкома.

Во время польско-советской войны 1920 года Мицкевич командовал 477-м стрелковым полком 47-й дивизии 12-й армии РККА. В марте того же года был тяжело ранен. После ранения являлся военкомом Речицкого уезда и одновременно начальником Лоевского боевого участка по борьбе с бандитизмом. За ликвидацию бандитских формирований на территории Белоруссии Мицкевич был награжден орденом Красного Знамени. В 1921 году он поступил на учебу в Военную академию РККА. Однако после первого курса демобилизовался из армии и перевелся на экономическое отделение Московского государственного университета.

После окончания МГУ в конце 1924 года Мицкевич был направлен на работу в Иностранный отдел органов государственной безопасности. С тех пор вся его дальнейшая работа в ОГПУ – КГБ была связана с внешней разведкой.

С 1925 года Мицкевич находился на нелегальной работе в Германии. Руководил созданием нелегальной агентурной сети в Гамбурге. В ноябре 1927 года выехал на работу в Италию в качестве руководителя римской нелегальной резидентуры. В стране находился до 1930 года. Возглавляемый им коллектив разведчиков-нелегалов успешно решал стоявшие перед резидентурой задачи.

В 1931 году, после кратковременной работы в центральном аппарате разведки, Мицкевич был направлен на нелегальную работу в Великобританию. Через год, после восстановления дипломатических отношений между СССР и Великобританией, он возглавил «легальную» резидентуру органов государственной безопасности в Лондоне.

Возглавляемой Мицкевичем резидентуре приходилось работать в очень сложных условиях. Несмотря на это, разведчикам удалось добиться значительных результатов в вербовочной работе и заложить основы для приобретения перспективной агентуры, от которой впоследствии поступала ценная информация, в том числе – документальная, по всем интересовавшим Центр политическим проблемам.

Умение активно работать с людьми пригодилось Мицкевичу и в дальнейшем, когда в 1934 году он был