Притворяясь нормальной. История девушки, живущей с шизофренией - Эсме Вэйцзюнь Ван

с ночевкой у Морган. Я утверждаю, что быть ребенком «отстойно» даже без жупелов травли и насилия. Ты никак не контролируешь свою жизнь; часто действия взрослых не поддаются расшифровке. Интернет – один из способов получить доступ к некоему типу свободы. Поскольку мой отец был компьютерным инженером, я пользовалась интернетом еще до того, как Всемирная паутина стала доступна широкой публике. Я научилась «заводить друзей» на досках объявлений Prodigy, когда никто из моих сверстников понятия не имел о таких вещах – о драме, флирте, дорогостоящих дистанционных разговорах с «интернет-знакомыми». Меня завораживает роль интернета, в частности, в жизни Аниссы. История браузера ее iPad раскрыла целый вихрь поисковых запросов, включая «тест на здравый рассудок», «тест на психопатию» и «тест на социопатию». Еще она смотрела видео, в котором змея ест мышь. Вот что говорит ее мать: «Она любила подолгу сидеть в одиночестве в своей комнате… Я невероятно сожалею [о том, что разрешала ей пользоваться] iPad». И, конечно же, именно из интернета Анисса узнала о Слендермене.

Многие онлайн-документы свидетельствуют о существовании Слендермена. Один из них – так называемый полицейский отчет 1993 года, забрызганный «кровью». Поверх отпечатанного текста детским почерком нацарапано: «СЛЕНДЕРМЕН УБЕЙ НАС УЖЕ УБЕЙ НАС УБЕЙ УБЕЙ УБЕЙ». Другой документ – скверно отфотошопленная газетная вырезка с заголовком «Исчезновение местного мальчика». «Школьная администрация утверждает, что в последние недели перед исчезновением мальчик был раздражителен в школе и дома, после того как жаловался на высокого, очень худого мужчину, одетого во все черное. Полиция в настоящее время комментариев не дает». Внизу слова: «**Тревога**Тревога**Запрос на командировку**Противослендерменское подразделение направить в – Уичито – Канзас». Эти «исходные документы», как бы плохо они ни были состряпаны, выдаются за подлинные и точные артефакты; это файлы PDF и фотографии, созданные людьми, страстно желающими вызвать историю Слендермена в жизнь, и чем реалистичнее – тем лучше.

– Я рассказывала [Морган] о [Слендермене], – свидетельствовала в показаниях Анисса.

– Анисса говорила мне, что мы должны [сделать], – говорила Морган. – [Анисса] сказала, что он убьет наших родителей.

Может быть, именно Анисса и «открыла» Слендермена первой из девочек, но существует множество страшных рисунков с его изображением, сделанных Морган. Она утверждает, что увидела Слендермена, когда ей было пять лет, задолго до того, как ей представилась возможность ознакомиться с любыми интернет-артефактами, касающимися этого монстра. Но аудитория таких артефактов состоит из людей – или детей, подобных Аниссе Вайер и Морган Гейзер, чья двойственная одержимость Слендерменом привела к сговору с целью убийства общей подруги, Пейтон Лейтнер. Три девочки поехали в Skateland праздновать день рождения Морган, после чего вернулись на ночевку в дом Морган. Изначально план состоял в том, чтобы убить Пейтон и спрятать под одеялами. Это убийство превратило бы Аниссу и Морган в доверенных лиц Слендермена, и они навеки поселились бы со Слендерменом в его особняке.

Пейтон Лейтнер после ранений не умерла, хотя, похоже, все думают, что она была убита. Когда я говорила, что работаю над этим эссе, друзья и знакомые припоминали именно убийство, хотя на самом деле случилось следующее: 31 мая 2014 года в Уокешо, штат Висконсин, 12-летние Анисса Вайер и Морган Гейзер сговорились убить Пейтон (Беллу) Лейтнер, которая на тот момент считалась лучшей подругой Морган. Утром после ночевки в честь дня рождения Морган девочки пошли на спортивную площадку, а затем в общественный туалет, где убийство не случилось. Затем они отправились в расположенный неподалеку лес, где Анисса велела Морган убить Пейтон принесенным с собой ножом, сказав ей: «Приди в ярость». Морган нанесла Пейтон 19 ножевых ранений. («Мне не нравятся крики», – впоследствии сказала Анисса.) Прохожий обнаружил Пейтон, выползавшую из леса, и позвонил в службу 911. В итоге полиция перехватила Аниссу и Морган, которые шли вдоль шоссе.

В моем случае место истории о Слендермене занял популярный фильм 1984 года «Бесконечная история». Я училась во втором классе, когда он вышел на экраны. Дорогостоящая западногерманская постановка, полная фантастических созданий, рассказывает историю Бастиана, мальчика-книголюба, поглощенного альтернативной вселенной под названием Фантазия. О Фантазии он узнал из таинственной книги, украденной в пыльной книжной лавке. В Фантазии заболела Императрица, и юный герой Атрейю отправляется в поход с целью найти лекарство. Тем временем ужасная сила Ничто разрушает их мир. Если Императрица выживет, выживет и Фантазия. К концу фильма миры Бастиана и Атрейю пересекаются. Бастиан может спасти Фантазию, дав Императрице новое имя, что и делает, выкрикнув его из окна во время неистовой бури.

Миф о Слендермене настолько живуч, что некоторые пытаются убедить окружающих в его реальности и фабрикуют документы, якобы подтверждающие существование монстра. А других этот образ толкает на реальные преступления.

Я перенесла сюжет о Фантазии и Ничто в нашу жизнь, соблазненная мыслью о том, что мы можем быть частью какой-то большей истории, сами того не зная. Я сказала своей лучшей подруге, Джессике, что мы живем в какой-то книге и эта книга пишется, когда мы совершаем поступки. У Джессики были непослушные волосы, и еще она была плаксой – меня это утомляло.

Мы заманили в эту игру, которая становилась все сложнее, нашу третью подругу, Кейти. Если мы произносили слово «Ничто» или выходили на солнечный свет из тени, то становились «загипнотизированными» и вели себя как зомби. Мы часто говорили о большем мире, в котором кто-то читал книгу о нас и о том, что мы делали; тыкали пальцами в небо, указывая тем самым, что мы – лишь вымышленные герои чьей-то чужой истории. Это продолжалось до тех пор, пока Кейти не надоела игра. Она перестала верить в ее реальность. Нет, возражали мы с Джессикой, мы не играем. Все это реально. Мы отстаивали свою сказку, пока Кейти не заплакала и не убежала от нас. В этот момент нас с Джессикой объединяло безмолвное понимание, что Ничто составляет важную часть нашей жизни и мы не готовы отбросить его в сторону просто так. На следующий день Кейти подошла к нам и сказала, что разговаривала о нас и нашей игре со своими родителями. Ее родители, сказала она, уверили ее, что мы с Джессикой действительно просто играем.

Но это нас не остановило. Мы с Джессикой продолжали «отключаться», выходя на свет. И всячески старались не произносить название «Ничто».

Эта игра продолжалась до тех пор, пока между мной и Джессикой не случилась решающая ссора – вскоре после утверждения Кейти, что мы врем, и последующего ухода ее из нашей компании. Осторожно, заговорщически Джессика обратилась ко мне.