Pax Britannica: Кровь и пламя - Сим Симович

Заклинание абсолютного уничтожения вырвалось из рук архидруида ослепительным лучом. Хель проследила его путь, видя, как чистая энергия небытия устремляется к Криду.

И растворяется, не причинив ему ни малейшего вреда.

— Как я и предвидела, — вздохнула богиня.

Мерлин рухнул, его жизненные силы иссякли от контакта с запредельной магией. Хель поднялась с трона — время пришло.

— Оставайтесь здесь, — приказала она слугам. — Мне нужно забрать душу.

Хель ступила в портал, который открылся прямо в воздухе. Переход между мирами занял мгновение — она материализовалась на равнине Стоунхенджа в тот момент, когда последний вздох покидал лёгкие архидруида.

Крид стоял над телом Мерлина, его лицо выражало привычное равнодушие. Он заметил появление богини, но не показал ни удивления, ни тревоги.

— Хель, — сказал он без всякого почтения. — Пришла за добычей?

— Пришла за тем, что принадлежит мне по праву, — ответила богиня, приближаясь к телу Мерлина.

Она склонилась над архидруидом, и её рука — наполовину живая, наполовину костлявая — коснулась его лба. Душа мага начала отделяться от мёртвой плоти, принимая очертания призрачной фигуры.

— Мерлин Амброзиус, — произнесла Хель торжественно. — Архидруид Британии, хранитель древней мудрости, последний из великих магов. Я призываю тебя в мои владения.

Призрак Мерлина открыл глаза. Они были полны печали, но не сожаления.

— Госпожа Хель, — произнёс он, склоняя голову. — Я готов следовать за тобой.

— Полагаю, у тебя есть вопросы, — сказала богиня, помогая духу подняться.

— Только один, — ответил Мерлин. — Проиграли ли мы окончательно?

Хель посмотрела на Крида, который молча наблюдал за их разговором.

— Партия проиграна, — сказала она. — Но сыграна неплохо. Ты продержался дольше, чем многие боги.

— Это... утешает, — слабо улыбнулся призрак архидруида.

— Должно, — кивнула Хель. — Не каждый смертный может сказать, что бросил вызов проклятию Всеотца и остался при этом в здравом уме.

Она повернулась к Криду.

— А ты, мой упрямый друг, всё ещё ищешь смерти?

— Всё ещё, — подтвердил Крид. — И всё ещё не нашёл.

— Не найдёшь, — сказала Хель. — По крайней мере, здесь. Проклятие Одина защищает тебя от любых сил этого мира.

— Тогда поищу в других мирах.

— И там тебя ждёт разочарование, — предупредила богиня. — Проклятие распространяется на все сферы бытия.

Крид пожал плечами.

— Тогда буду искать в небытии.

— Упрямец, — покачала головой Хель. — Ты готов разрушить всё сущее ради призрачной надежды на покой?

— Готов, — без колебаний ответил Крид.

Хель обернулась к призраку Мерлина.

— Видишь? Я предупреждала тебя. Его нельзя остановить, потому что он не хочет жить. А того, кто не дорожит жизнью, невозможно запугать смертью.

— Я понял это слишком поздно, — признал дух архидруида. — Думал, что смогу сломить его волю, показав масштаб разрушений. Но для него разрушения — не препятствие, а цель.

— Именно, — согласилась богиня. — Крид не завоеватель в обычном смысле. Он — сила энтропии, стремящаяся к окончательному хаосу.

Она снова посмотрела на бессмертного воина.

— Что дальше, Виктор? Европа? Азия? Может быть, отправишься за океан, к неизвестным землям?

— Пока не знаю, — ответил Крид. — Сначала нужно подумать.

— Подумай получше, — посоветовала Хель. — Каждый мир, который ты разрушишь, будет на твоей совести. А совесть — единственное, что у тебя осталось от человечности.

— Совесть — роскошь, которую я не могу себе позволить, — сказал Крид. — У меня есть цель, и я её достигну.

— Даже если на это уйдёт вечность?

— Даже так.

Хель вздохнула — звук получился странным, наполовину живым, наполовину мёртвым.

— Тогда прощай, Виктор Крид. До встречи в конце времён.

Она взяла призрака Мерлина под руку.

— Идём, мудрец. В моих владениях ты найдёшь покой, которого был лишён в жизни.

— А что будет с миром? — спросил дух архидруида, оглядываясь на руины Стоунхенджа.

— Мир выживет, — ответила Хель. — Как выживал всегда. Люди забудут эту катастрофу, придумают новые легенды, найдут новых героев. Жизнь упряма — она найдёт способ продолжиться.

— А Крид?

— Крид будет искать дальше. И, возможно, когда-нибудь найдёт то, что ищет. Или не найдёт — тогда его поиски станут вечными, как он сам.

Богиня открыла новый портал, ведущий в Хельхейм.

— Последний вопрос, — сказала она, обращаясь к Криду. — Тот мальчик, которого ты взял с собой. Зачем он тебе?

Крид посмотрел в сторону, где дожидался Артур Пендрагон.

— Развлечение, — ответил он. — Мне нужно что-то, что напоминало бы о человечности.

— Осторожнее, — предупредила Хель. — Человечность — обоюдоострое оружие. Она может как спасти, так и погубить.

— Посмотрим.

Богиня кивнула и ступила в портал, увлекая за собой призрака Мерлина. Последними словами архидруида, прозвучавшими в мире живых, были:

— Артур... береги Артура...

Портал захлопнулся. Хель и дух мага исчезли, оставив Крида в одиночестве среди руин и трупов.

Бессмертный воин постоял ещё немного, глядя на место, где только что была богиня смерти. Затем повернулся и направился к Артуру.

— Идём, мальчик, — сказал он. — Нам пора.

— Куда? — спросил юноша.

— Туда, где нас ещё не знают, — ответил Крид. — На континент. Там я найду тебе настоящих учителей.

Они покинули равнину Стоунхенджа, оставив её мёртвой и безмолвной. Ветер развеял пепел от костров, дождь смыл кровь с камней. Природа начала своё медленное возвращение.

А в Хельхейме Хель сидела на троне, размышляя о только что завершившейся драме. Рядом стоял призрак Мерлина, уже начинавший обретать покой.

— Думаешь, он найдёт то, что ищет? — спросил дух архидруида.

— Не знаю, — честно ответила богиня. — Проклятие Одина — загадка даже для меня. Возможно, есть способ его сломить. А возможно, Крид обречён на вечные поиски.

— А мальчик? Артур?

— Мальчик... мальчик может стать ключом, — задумчиво произнесла