Куда идёт герой и что ему мешает? (не) Учебник сценарного ремесла - Алексей А. Зюзин

– Всё из-за того, что выход слишком узкий!

– Нет, всё из-за чего-то другого… Возможно, Пух, ты влезал и вылезал разными способами. Или вход в нору немного осыпался.

Теперь это просто спор двух персонажей с разными точками зрения. А ведь пару абзацев назад это было так иронично и остроумно.

– Мне нужна твоя одежда и твой мотоцикл.

Разве это смешно? Это же вполне понятная просьба человека. Может, не самая типичная. Но это не шутка точно. Человеку, произносящему эту фразу, наверное, холодно. Ему, видимо, надо куда-то ехать. Но если воссоздать в памяти ситуацию, предшествующую этой реплике, и вспомнить, что на улице стоит голый робот с телом мистера Олимпия-1970 и что он обращается к группе выпивших байкеров, то становится очень смешно. Но мы смеёмся не от фразы. Юмор – это ситуация.

В своих размышлениях о кино я прихожу к однозначной уверенности, что юмор – это парадоксальная ситуация. Исключительно так. Это ситуация, в которой случилось что-то, что выходит за рамки привычной нам морали, этики или, порой, физики. Если герои просто идут по улице и «сыплют» репризами – это, поверьте, не порадует нашего милого пухлого зрителя, ёрзающего на продавленном кресле. Почему? Объяснять долго, но этот феномен мы все не раз ощущали на себе. Вспомните как вам в память врезается шутка близкого человека, сослуживца или товарища, выскочившая в контексте. Позже мы пробуем её пересказать и не можем. Но как же нам было смешно тогда! И при этом же нас абсолютно не веселит анекдот, который нам навязывают. Когда в компании нас просят послушать, несмотря на то, что мы не хотели. Дело в том, что в кино мы погружаемся в сюжет и, как крысы за дудочкой Нильса, ритмично идем по нему. Поэтому контекстная шутка и вызывает парадоксальную эмоцию. Нас вели куда-то и потом удивили. А когда нас никуда не вели, то и реакции у нас не случается. Просто не на что реагировать.

А теперь самое время коротко поговорить о парадоксе в кино. Упрощённое определение парадокса – это утверждение, которое буквально противоречит себе. Но, как мы не раз говорили, кино – это искусство аудиовизуальное. То есть парадокс в кино – это сцена, в которой есть противоречие. И, основываясь на собственном опыте и регулярных размышлениях, я прихожу к выводу, что это самое противоречие в сцене достигается столкновением «нормы» и «не нормы». Дорогой отличник в вязанной жилетке, я даю тебе время записать это предложение в твой блокнот. А тем, кто не делал этого раньше, я рекомендую как минимум сделать на этой странице отметку. Юмор в сцене – это столкновение нормального персонажа с ненормальным по одному и тому же вопросу.

Кролик – нормальный, воспитанный юноша, который угостил медвежонка и тактично намекнул, что пора идти домой. А Винни ненормальный, потому что не контролирует свой аппетит. К тому же ещё и винит в своем недостатке других. Байкеры в фильме «Терминатор» (1984) нормальны. Они, как и многие из нас, отдыхают компанией и никого не трогают. Да, могут употребить алкоголь, и мы их за это осуждаем, но они типичны. Они нормальны. А вот свалившийся из будущего голый робот с лицом австрийского бодибилдера – ненормален в этом мире. И я могу продолжать список смешных сцен бесконечно… Киса Воробьянинов, который начинает скандалить на аукционе из-за сбора («Двенадцать стульев» 1971 или 1976) – ненормален, и этому предшествует его пьяный загул с чужой женой. А все остальные, даже включая пройдоху Остапа Бендера, нормальны. И от того нам смешно…

«А кто нормальный или ненормальный в сериале “Друзья”? – полушепотом уточняет стеснительная девушка в очках. – Ведь там мы смеемся над всеми…» Будь на её месте кто-то другой, я наверняка бы огрызнулся. Но этой трогательной особе я с удовольствием объясню. И, в целом, это будет интересно для всех.

Очень важно осознать, что прямо сейчас я делюсь размышлениями о построении сцен. От сцены к сцене статус «нормы» и «не нормы» может меняться. Важно понять, что я вовсе не говорю об образах персонажей во всем произведении. Это весьма принципиальное различие. Думаю, об этом стоит размышлять и позже писать отдельную книгу… Самым ярким примером образов будет жанр комедии дель Арте (вид итальянского уличного театра, построенного на масках, в которых актер живёт от начала произведения до конца). Там существуют глобальные характеры, которые присваиваются артистам изначально и в этих образах они существуют и импровизируют вплоть до поклона. Кто-то – глупый слуга Арлекин. Кто-то – старик псевдоучёный Дотторе, кто-то – Лелио, юный влюблённый… И так далее. В сериале «Друзья» (1994–2004) у каждого героя тоже есть свой образ. Но в каждой отдельной сцене кто-то из них «нормален», а кто-то «не нормален». И это вовсе не разрушает их глобальные маски. Даже заведомый идиот может быть «нормой» в одной сцене, а идеальный супермен может быть смешным «ненормальным».

Практически рандомно берём… 6 серию 1 сезона серила «Друзья». В одной из сцен герои возвращаются в дом, где Рейчел попыталась навести порядок. По неведению она сдвинула любимый пуфик Моники. Моника устраивает весьма яркую и саркастичную сцену из-за передвинутого пуфика. Все герои её даже боятся. Говорят, что хорошо ещё – не тронули её журналы! Она в своем гневе и излишней педантичности «ненормальна» для всех. Она психует из-за сдвинутого пуфика для ног! Но уже в следующей сцене Джо говорит, что получил роль дублёра ягодиц Аль Пачино и теперь он «ненормален». А Моника присоединилась к отряду «нормальных».

Каждая сцена – это столкновение «нормы» и «не нормы», возможно, с точки зрения морали, возможно, – этики, возможно – физики. Именно поэтому мы смеёмся над Стариком Хоттабычем, наколдовавшим десятки футбольных мячей во время игры между прославленными командами «Зубило» и «Шайба». Он «ненормален» по отношению ко всем игрокам и зрителям («Старик Хоттабыч» 1956), изменив физические свойства ворот и устроив дождь из кожаных сфер.

Стоит ли объяснять, что если в придуманной вами сцене будет столкновение двух и более «ненормальных» героев – это будет не комедия, а фарс, который развеселит весьма узкий круг зрителей. Такие наверняка найдутся. Но поверьте, это странное зрелище, когда один герой говорит о том, что он будет ягодицами Аль Пачино, а второй в этот же момент скандалит из-за сдвинутого пуфика. Зритель, что сидит с макаронами у экрана, скорее всего, переключит на другой фильм.

Юмор является очень важным инструментом для создания качественного кино. И овладение им – искусство особенное. Именно поэтому какие-то эпизоды мы цитируем десятилетиями, а какие-то –