Попова М.Ф. Страшная сказка - Вадим Михайлович Мархасин

Марта с удовольствие съела завтрак, потом прибрала в комнате, вытерла пыль, готовую поглотить все вокруг, ополоснула чашки, а в саду выполола сорняки и побелила дорожки.

Все это время сказочник сидел в своем любимом кресле, придвинутом к маленькому столу. Он что-то быстро писал: задумываясь лишь на мгновение, макал перо в чернильницу и, спеша, выводил что-то на желтоватой бумаге. Когда Марта окончила уборку в доме и в саду, он еще писал. Марта вернулась в комнату.

— Вто теперь мне пора.

— Да-да, — согласился сказочник, не отрываясь от занятия. — У дверей корзинка с фруктами, не забудь прихватить ее с собой, — он говорил, не поворачивая головы, пока девочка шла к выходу.

Уже взявшись за дверную ручку, она спросила:

— А что вы пишете?

— Конец твоей истории, — ответил сказочник.

Марта удовлетворенно кивнула и вышла. Она шла по дорожке, не оборачиваясь. А сказочник сотрел на нее из окна и улыбался чему-то, пока девочка с корзинкой, ступавшая так уверенно и легко не скрылась за калиткой.

Глава 26

Глава XXVI.

Пришло время рассказать, что случилось с Мэйми и почему Марта так и не сумела отыскать ее.

Никто не может знать всех тайн, которые хранит мир. Девочки и не догадывались, сколько расщелин, провалов встретится им на спуске. Коварные горы прятали опасности под снегом, в камнях. Мэйми тоже не повезло: первая расщелина попалась на пути именно ей. Каково же было изумление Мэйми, когда она упала не на острые камни, а во что-то мягкое, душистое. Во время полета она крепко зажмурила глаза от страха и теперь, лежа на спине, не спешила открывать. "А вдруг я умерла и теперь в раю? — с ужасом предположила Мэйми. — Бедная моя, мамочка, бедный мой папочка, бедная моя бабулечка…" Но ничего ужасного не происходило, и Мэйми решила открыть глаза, чтобы проверить, все ли у нее на месте, не слишком ли она пострадала… От изумления перехватило дыхание:после сурового горного пейзажа увидеть такое! — Да легче поверить в существование рая и присутствие собственной бессмертной души в нем.

— Куда-же я попала? — удивленно спросила Мэйми, оглядываясь вокруг.

В ответ — тишина. Похоже здесь никого не было, кроме самой Мэйми, хотя это казалось странным: мир,в который девочка попала совершенно случайно, был настолько прекрасен, что невозможно было и поверить в отсутствие здесь кого-нибудь живого, кто мог бы любоваться этим чудом, созданным чьей-то волей, а может, и волшебством.

Мэйми очутилась на лугу, заросшее густой нежной травой и множеством самых разных цветов: ромашками, колокольчиками, васильками, лютиками, нарциссами, тюльпанами и еще какими-то совсем незнакомыми. Мэйми не помнила их названий, но ей показалось невероятным, что все эти цветы распустились в одно время. Об этом она подумала, увидев под ногами подснежник.

— Странное место, — проговорила Мэйми, но ей снова никто не ответил.

— Соберу-ка я букет и пойду дальше, — сказала Мэйми, но на этот раз уже самой себе, увидев, что за лугом раскинулись густые заросли — то ли лес, то ли роща, то ли сад.

Мэйми, конечно же, хотелось познакомиться поближе с удивительным и загадочным миром. Но только она протянула руку к цветку, цветок отклонился в сторону, словно намеренно отпрянул, испугавшись чего-то. Мэйми протянула руку к другому цветку — тот тоже напряженно вытянулся, стараясь избежать опасных прикосновений человеческих рук. Тогда девочка приглядела еще один цветок и, не обращая внимание на его движение, крепко обхватила пальцами стебель и слегка потянула, будто собираясь сорвать. "Ой" — послышалось тотчас.

— Цветы разговаривают, — сделала вывод Мэйми. Я верю в чудеса, и этот мир сразу показался странным. Пусть так, зато теперь мне есть с кем поговорить.

Эйми решила, что, раз она оказалась одна в таком необычном месте, следует найти общий язык с его обитателями, и они, возможно могут найти выход.

— Уважаемые цветы! — торжественно произнесла Мэйми. (сначала она хотела обратиться к ним "Дорогие цветы", но подумала, не будет ли это слишком бестактным).

— Вам нечего бояться. Я не стану выдергивать вас из земли. Букеты из говорящих цветов я еще никогда не собирала и считаю, что это очень даже жестоко. Я рада, что вы говорящие. Не так одиноко здесь без Марты (это моя лучшая подруга). Я не знаю, где она сейчас, и очень прошу вас помочь найти ее.

Вот такую замечательную речь произнесла Мэйми, ожидая, что дружеская беседа все- таки завяжется. Но цветы молчали. Пауза затягивалась.

— Наверно, мне померещилось, — решила Марта. — Долгая дорога, холод, голод, разлука с Мартой сделали свое черное дело: теперь мне чудятся говорящие цветы. Как жаль, что только чудятся. Может, в лесу за лугом мне встретится что-нибудь более интересное и менее молчаливое.

Произнеся последние слова явно для цветов, Мэйми пошла через луг. Она без сожаления покидала цветы, не желающие поддерживать беседу с гостьей.

Лес встретил девочку приятной прохладой, а в тени деревьев жизнерадостно заливались птицы. Но уже через несколько шагов Мэйми почувствовала, что за ней следят, и ей стало не по себе. В лес и без того всегда входишь с опаской, если ты один. А тут и лес-то сказочный, и цветы говорящие… Мэйми все сильнее ощущала тревогу сердцем, а спиной — чей-то взгляд. Как распознать — враждебный он или дружелюбный. Обдумывая переделку в которую попала, Мэйми неосторожно уходила все глубже в чащу, сама не зная зачем. Взгляд следовал за ней. Мэйми побежала — взгляд за ней. Девочка наивно полагала, что лес представляет собой узкую полосу, а за ним что-то иное, и в этом была ее ошибка. Лес не кончался. И она в отчаянии металась между деревьев в надежде найти выход, но только больше запутывала собственные следы и вконец заблудилась. Чтобы не поддаваться страху и немного прийти в себя, Мэйи уселась на теплую землю под развесистой ивой и заговорила сама с собой.

Ну и что? Больше-то говорить ей было не с кем.

— Бывало, конечно, и пострашней в моей жизни. Лес выглядит добрым, но кто его знает… Лес — это всегда тайна. Здесь могут притаиться и неприятности. Почему бы и нет?