Папа для непосед - Ника Лето

Сначала не понимаю, что вижу. Картинка смазанная, какая-то выцепка из камер наблюдения или снято скрытно на телефон. Потом до меня доходит. И внутри всё сжимается до болезненности. Сдавливает лёгкие так, что я не могу вдохнуть.

На изображении – Лена и её бывший. Этот урод Коля. Они сидят в кафе. На заднем фоне видны знакомые витрины. Я узнаю это место. Торговый центр. Тот самый, где мы впервые встретились. Где Анюта пыталась избить Влада сосулькой. Где эта женщина впервые ткнула в меня пальцем и назвала хамом, а я понял, что пропал.

Коля держит Лену за руку.

Держит. Мою. Девушку. За. Руку.

Видео короткое, буквально пять-семь секунд. Нихрена не слышно, лица почти не разобрать, но ясно одно: она сидит с ним, смотрит в его сторону. И не отбирает свою руку.

В груди поднимается что-то тёмное, липкое. Злость. Ревность. Обида. Грёбаное желание уничтожить кого-то сию же секунду. Я сжимаю телефон так, что пальцы белеют.

– Не может быть, – бормочу я вслух.

Следующее сообщение:«Ваша няня не так проста. Кажется, ей не хватает просто денег и… вас».

Анонимно, конечно. А когда я пробую набрать – абонент уже недоступен. Не удивлюсь, если это одноразовая симка, купленная где-то в переходе без паспорта. Профессиональный подход.

Я откидываюсь в кресле, прокручиваю видео снова. И снова. Всматриваюсь в её лицо. Платье новое, которое я сам ей купил. Она обычно отнекивается, смущается, говорит «дорого», но потом с удовольствием носит. Значит, это точно случилось недавно. Уже после того, как мы стали встречаться.

Лена не могла меня предать, у нас же с ней всё зашибись, как здорово. Но видео… Правда выражение лица Лены там особо не разобрать. Может, она пыталась вырваться? Может, это случайный кадр? А вдруг нет?

Звоню Олегу. Тот отвечает быстро, как и всегда.

– Олег, ты возил Лену в центр? На шоппинг, может?

– Да, Артём Викторович. В четверг на той неделе. Она сказала, за ингредиентом для торта. Я ждал на парковке, минут тридцать.

– Она заходила куда-то, кроме магазина?

– Увы, не знаю. Я не видел, я ждал у машины. Лена сказала, что ей не нужна моя помощь.

– Ясно. Спасибо, – бросаю я и отключаюсь.

Отлично. То есть она не просто по магазинам прошвырнулась, но и с бывшим успела полюбезничать. И промолчала. Зачем? Испугалась? Решила, что я буду ревновать? Или… есть что скрывать?

Пока я рефлексирую, перемалывая в голове все возможные варианты – от невинной случайности до самого паршивого, – дверь в мой кабинет открывается без стука.

Анфиса. Входит с папкой в руках, улыбается, что-то щебечет про отчёты, про подписанные документы. Я едва соображаю, о чём речь. Она обходит стол, приближается ко мне, наклоняется так, что грудь почти вываливается из глубокого декольте.

– Вот здесь нужно подписать, Артём Викторович, – елейно тянет она, раздражая меня тем, что врывается в моё личное пространство.

Да ещё и ведёт себя так, будто специально пытается спровоцировать. А ведь она замужем. И что это значит? Флирт? То есть это нормально в женской картине мира, своими полушариями сверкать перед чужими мужиками?

А Лена… просто мило любезничала с бывшим, и это ничего не значит?

Но я помню её у садика. Помню её испуганное лицо. Нихрена она не была рада тому, что этот Коля там нарисовался. Бред. Какой же бред. Она не могла…

– Вы в порядке, Артём Викторович? – нежно тянет Анфиса, выпрямляясь.

Её рука ложится мне на плечо.

– В полном, – отрезаю я, сбрасывая её ладонь с пиджака. – Оставьте документы, я посмотрю позже.

Анфиса отчего-то медлит. Всё так же стоит рядом, смотрит на меня, а потом её взгляд переносится на мой телефон. Там до сих пор открыто сообщение с этого неизвестного номера.

Долбанное видео.

– Ой, простите, я не хотела… но это та самая няня? – она кивает на экран. – Ваша няня?

– Я сказал – оставьте документы и можете быть свободны, Анфиса, – мой голос становится холоднее на пару градусов.

– Конечно, – она отступает на шаг назад, увеличивая между нами расстояние. – Просто… я бы на вашем месте задумалась. Такие девушки… они часто ищут выгоду…

– Анфиса, – я поднимаю на неё взгляд, и она замолкает. – Выйдите. Сейчас же.

Она застывает на секунду, потом кивает и быстро выходит, прикрыв за собой дверь.

Я остаюсь один. Смотрю на видео. Снова и снова. Увеличиваю, уменьшаю, снова увеличиваю. Её лицо только боком видно. Его рука. Она сидела в кафе с ним. И не сказала мне. Ни слова.

В голове шум. Я откидываюсь в кресле, закрываю глаза, пытаюсь унять эту дурацкую пульсацию в висках.

Не может быть. Она не такая. Она не стала бы…

А что, если это запланированная акция? Что, если кто-то хочет разрушить мои отношения? Дестабилизировать меня? Вывести из равновесия? Мы выбились вперёд за счёт своего «Факела», но конкуренты не дремлют. Знают, что я сейчас уязвим – новый проект, опека над Аней, личная жизнь, наконец. Идеальный момент, чтобы ударить.

Но запись сделана до мероприятия. Кто-то следил за Леной. Знал, где она будет, когда она будет одна. Слишком точно, слишком вовремя. Это не случайность. Кто-то нанял человека, чтобы тот снял компрометирующий материал.

Кто постарался? Николай? Он мог бы, если бы ему заплатили. У него ни гроша за душой, он на всё согласится за пару тысяч. Но за ним же явно кто-то стоит.

И, кстати, Анфиса повела себя сейчас очень странно. Она была слишком заинтересована, слишком навязчива. И этот её взгляд, когда она смотрела на экран – не сочувствие, не случайное любопытство. Удовлетворение. Будто она ждала, когда я это увижу.

Хочет забраться ко мне в постель? Слишком изощрённый способ. Сколько ей пришлось бы ждать, чтобы поймать Лену на чём-то? Это не спонтанная акция. Это подготовленная операция.

И Коля в ней – пешка.

Я вспоминаю всё, что было в последние недели. Анфиса появилась в офисе незадолго до конкурса. Идеальное резюме, идеальные рекомендации, слишком быстро вписалась в коллектив. Она всегда рядом, всегда готова помочь, всегда улыбается. С такими данными – и на такую бесперспективную должность? Я ведь ещё на собеседовании подумал, что здесь что-то нечисто. Но у нас бедлам в бумагах, нужны были любые руки, я закрыл глаза.

Я открываю глаза, смотрю в потолок. Внутри всё кипит. Злость на неизвестного врага,