Невидимый палач. Кто на самом деле руководил Гражданской войной в России - Леонид Петрович Масловский

Последние десятилетия сложены совершенно неверные понятия о том времени. Ведь Советская власть как при Ленине, так и при Сталине приглашала служить родине представителей всех сословий бывшей Российской империи. Отличившихся военнослужащих, инженеров, ученых и других руководителей, специалистов и служащих представляли к наградам и ни в чем не ущемляли по сравнению с другими гражданами Советской России.

Преследовался тот, кто выступал против Советского государства. Именно благодаря привлечению всех сословий к строительству новой жизни Советская власть победила, построила могучую державу и вырастила самый образованный с высочайшим уровнем культуры народ. Военные специалисты старой армии помогали организовать войска Красной армии в соответствии с самыми высокими требованиями военной науки того времени.

Что же привлекло к Советской власти половину генералитета и офицерства вопреки эгоистическим чувствам классовой борьбы? Именно ощущение, что здесь – спасение России как державы и как цивилизации. То, что речь идет в большинстве случаев именно об ощущении, которое даже противоречило видимости (лозунгам, декларациям и многим делам большевиков), только углубляет проблему. Ощущаемая сущность советского проекта касалась действительно вопросов бытия, а не политической и идеологической конъюнктуры – вот что важно, вот чего не видят многие наши патриоты, уткнувшись в цитаты Троцкого или Каменева.

Генерал Бонч-Бруевич писал: «Скорее инстинктом, чем разумом, я тянулся к большевикам, видя в них единственную силу, способную спасти Россию от развала и полного уничтожения» [37, с. 48].

Большинство граждан страны понимало, что Россия сохранится только в случае победы большевиков. И подавляющее большинство царских офицеров служило в Красной армии не за страх, а за совесть. Например, видный военачальник, ранее убежденный монархист Н. Н. Петин в начале июля 1920 года так ответил своему бывшему сослуживцу, генералу П. С. Махрову, из штаба армии Врангеля: «…я принимаю за личное для себя оскорбление ваше предположение, что я могу служить на высоком ответственном посту в Красной армии не по совести, а по каким-либо другим соображениям. Поверьте, что если бы я не прозрел, то находился бы либо в тюрьме, или в концентрационном лагере.

С того самого момента, когда вы с генералом Стоговым выехали из Бердичева перед вступлением туда призванных Украинской Радой немцев и австрийцев, я решил, что ничто не может оторвать меня от народа, и отправился с оставшимися сотрудниками в страшную для нас в то время, но вместе с сим родимую Советскую Россию.

Может быть, вы по-прежнему думаете, что в России все военспецы работают по принуждению, под страхом расстрела, но такое заблуждение допустимо лишь рядовому офицерству, которое, насколько мне известно, вы держите в полной слепоте.

Для вас же, занимающего столь ответственную должность, как должность начштаба армии, и пользующегося всеми средствами разведки как агентурной, так и при посредстве иностранной прессы, должна была давно открыться картина настоящего положения страны.

И я только удивлялся, как вы, более других возмущавшийся в дни первой революции (Февральской. – Л. М.) бесправием рабочего класса, до сего времени стоите в рядах злейших врагов народа». [13].

Некоторые из «бывших» были награждены орденами, включая высшую награду: «Боевое оружие со знаком ордена Красного Знамени». Надо отметить, что тысячи генералов и офицеров перешли на сторону большевиков сразу после Октябрьской революции. Наиболее известным из них является М. Д. Бонч-Бруевич – брат В. Д. Бонч-Бруевича, который управлял делами ленинского совнаркома. Они, как и всякий разумный человек, понимали, что большевики спасали Россию от развала и уничтожения.

17 августа 1918 года при Высшем Совете народного хозяйства (ВСНХ) образовали Комиссию по производству военного снаряжения под председательством Л. Б. Красина, которая 2 ноября была реорганизована в Чрезвычайную комиссию по снабжению Красной армии. Несмотря на огромные трудности, на военных заводах увеличили производство некоторых видов вооружений. Особенное внимание было уделено производству нужных фронту боеприпасов. Например, в августе было произведено 5 млн штук ружейных патронов, а в декабре уже произвели 19 млн штук.

Для снабжения армии и населения городов продовольствием увеличили численность продовольственнореквизиционной армии (Продармии), численность которой в ноябре составляла 36 тыс. бойцов. Продовольствие распределялось по установленным нормам всем гражданам городов, что исключало массовый смертельный голод в городах страны. Военное положение было введено на железных дорогах, обеспечивавших основное количество перевозок для армии и тыла. Продолжалась национализация предприятий. Все силы государства были мобилизованы на защиту от наседавших со всех сторон врагов. Советская Россия становилась осажденной крепостью.

30 ноября 1918 года ВЦИК образовал Совет рабочей и крестьянской обороны (с апреля 1920 года – Совет труда и обороны) РСФСР под председательством В. И. Ленина. Заместителем В. И. Ленина назначили И. В. Сталина. Совет обороны стал возглавлять все советские, хозяйственные и военные организации, включая стоявший во главе Вооруженных сил Реввоенсовет республики, который подчинялся Л. Д. Троцкому.

С этого момента вся власть по руководству Вооруженными силами и народным хозяйством страны переходила в одни руки. Сосредоточение в одном органе руководства фронтом и тылом в значительной степени способствовало улучшению подготовки военных операций и обеспечения армии. В. И. Ленин и И. В. Сталин вместе со своим персоналом работали круглые сутки, урывая время для непродолжительного сна. Сначала навели порядок в контроле и учете всех запасов старой армии, а затем Советское правительство приступило к развертыванию производства вооружения и снаряжения.

Как это похоже на создание государственного комитета обороны, который возглавил И. В. Сталин в 1941 году! ГКО перешла вся полнота власти в стране, и за время Великой Отечественной войны 1941–1945 годов СССР выпустил военной техники и других видов вооружений в 2 раза больше, чем Германия вместе со всей работавшей на нее остальной Европой.

В Красную армию пришли лучшие представители офицерского корпуса царской России. Большинство из них не только верно служили родине, но иногда, попадая в плен, погибали от рук белых, отказываясь с ними сотрудничать, как, например, генерал-майор А. В. Станкевич, генералы А. П. Николаев и А. В. Соболев.

О Станкевиче писали: «Тов. Станкевич не был коммунистом, когда вошел в ряды Красной армии. Он не вошел в нашу партию и позже. Но он сумел стать верным защитником революции и дела трудового народа. Он сумел стать нашим товарищем по борьбе. Он сумел понять благородство и величие пролетарской революции» [46, с. 167]. Нам представляют революцию как хаос, жестокость и бессмысленно пролитую кровь и страдания людей. А газета пишет о благородстве и величии пролетарской революции.

Видимо, с тех пор настолько много написали неправды о советской власти, что мы не можем понять величия пролетарской революции. Нам, потомкам, живущим