Жених моей сестры - Анастасия Градцева

Еще, еще, еще…

Мы не жалеем друг друга.

Спинка кровати колотится в стенку номера, и я кончаю с именем Яра на губах. Слышу его жаркое «Моя девочка… моя Нюта…». Из груди рвется безумное «люблю», но я захлебываюсь этим словом и давлю его в себе. Потому что сразу за ним я бы выдохнула «ненавижу».

Ненавижу тебя за то, что ты не мой.

Глава 17. Графитовый серый

Яр

Я быстро шагаю по офисному коридору, но тут неожиданно из переговорки выходит отец. Мгновенно оценивает сумку на плече и хмурит брови.

– Не рано собрался? Только обеденный перерыв кончился. Ты вообще-то здесь работаешь, Ярослав, а не хуи пинаешь. Причем за зарплату, если ты забыл.

Забавно, что когда нужно работать сверхурочно или в выходные, отец тут же затягивает другую песню и сообщает, что у владельца бизнеса нет выходных и что если я хочу чтобы это было моим, надо трудиться, не обращая внимания на график, по которому работают наемные сотрудники.

– Леля сегодня прилетает, – сухо отвечаю я.

– А, ну невесту надо встретить, да. – тут же меняет тон отец. – А я-то думаю, чего ты такой нарядный сегодня.

Графитово-серый шелковый шарф на шее смотрится вычурно, согласен. Но светить засосом, который мне так красиво нарисовала моя горячая художница, я сейчас не готов. Не то чтобы отец как-то отстаивал верность в браке, но лишние вопросы мне ни к чему.

– Вечером еще ужин у Левинских, – бросаю я. – Так что в офис сегодня не вернусь.

– Не вернешься так не вернешься, – пожимает плечами отец и весело мне подмигивает. – Должны же быть у будущего владельца компании какие-то привилегии, верно?

– Верно, – подтверждаю я.

Как я и думал, напоминание о будущей свадьбе резко подняло настроение моему отцу. Интересно, а нельзя так сделать, чтобы он сам женился вместо меня, а я бы…

А я бы просто вошел в совет директоров, ага. Так мне отец и отдал часть компании на блюдечке! За это надо заплатить. Браком. Но кто бы знал, что эта цена окажется для меня такой непомерно высокой.

Я выхожу из офиса и иду к машине, по пути сдирая дурацкий шарф и запихивая его в сумку. Да, у Лели сегодня самолет. Но до него еще достаточно времени.

«Ты где?»

Я пишу сообщение, и у меня подрагивают пальцы. Мы не виделись со вчерашнего дня, а меня уже так невыносимо ломает, что крыша едет. Кажется, что сдохну, если не посмотрю в серые с зелеными прожилками глаза, похожие на мрамор, если не коснусь теплой узкой руки с пятнышком краски у основания большого пальца, если не услышу негромкий мелодичный смех и не вдохну ее свежий прохладный запах.

Не отвечает.

Не отвечает.

Не отвечает.

Не выдерживаю и звоню, но она тотчас сбрасывает. Я не успеваю задохнуться от ядовитой ревности только потому, что она почти сразу пишет.

«Я в кафе с подругами»

«Долго еще там будете?»

«Нет, уже счет попросили»

«Скинь адрес, я приеду и заберу тебя»

«Не надо»

«Нюта!»

Я гипнотизирую взглядом строчку «печатает» и жду ответа. Наконец выскакивает сообщение, в котором нет ничего, кроме адреса, и я облегченно выдыхаю.

Не очень далеко. Успею.

На середине дороге звонит Нюта.

– Да, моя хорошая?

– Ты уже приехал?

– Нет, но скоро буду. Выходи.

– Хорошо, – послушно соглашается она, а у меня в груди растекается сладкое собственническое чувство. Моя. Моя… Как же хорошо, что урвал это время, чтобы все же забрать Нюту и еще немного побыть с ней.

Жму на газ, мчусь на пределе разрешенной скорости, а уже на подъезде к этой кафешке замечаю на светофоре приметную белую тачку со знакомыми блатными номерами. Ухмыляюсь, рву с места и краем глаза отслеживаю в боковом окне этой тачки рожу Захара Громова. Его просто грех не подрезать.

На парковку около кафе я в итоге влетаю первым, а он за мной. Тормозит, выпрыгивает из машины, я тоже выхожу, не скрывая победоносной улыбки, а он рявкает на меня:

– Еще раз меня так подрежешь, без яиц останешься! Оторву к хуям.

– Это ты после того, как в наследство вступил, такой борзый? – интересуюсь я лениво.

Захар – сын бизнес-партнера отца. Мы с ним в детстве даже дружили, а потом интересы разошлись. Громов нихера не делал, скандалил, бухал, даже гребаный колледж никак закончить не мог, оставался там то ли на третий, то ли на четвертый год, а я в это время пахал как проклятый. И ведь логично, что ему должно достаться большое красивое нихуя, а меня жизнь должна вознаградить за усердие, правда?

Но нет.

Вопреки всем своим обещаниям лишить блудного сына наследства, Громов-старший недавно официально назначил его своим преемником. А я по-прежнему никто. Просто один из менеджеров на зарплате.

– А ты такой отчаявшийся, – зло ухмыляется Захар, – потому что папочка так и не включил тебя в совет директоров? Плохо жопу ему лизал?

Удар попадает в цель, я сжимаю зубы и делаю шаг вперед, готовый двинуть ему по зубам так, чтобы он их, блядь, в жизни не собрал, но вдруг нас прерывают.

– Зак! – звонко кричит чей-то девичий голосок.

– Яр, – вслед за этим раздаётся негромкий голос Нюты, на который я автоматически разворачиваюсь.

И сначала вижу ее – до боли красивую в этом светлом, почти летнем платье, с рассыпавшимися по плечам волосами, а только потом понимаю, что рядом с ней стоит блондиночка, которую я уже видел. С Громовым на одном из приемов. Кажется, девушка Громова – подруга моей Нюты. Охренеть совпадение.

– Яр, не ссорьтесь, – тихо просит Нюта, когда я подхожу ближе. А потом добавляет нежно: – Пожалуйста.

И… все. И я слушаюсь. Тем более что и наезжать уже не на кого: Громов забыл про меня напрочь, он обнимает эту блондинку так,