Закон охоты - Андрей Александрович Васильев

— Свет, что такое курумник? — спросила Марина, когда мы потопали следом за Глуздом, который ждал нас за порогом грота. — Просто ты про него сказала, а что это — не объяснила. Интересно же. А спрашивать не стала, неохота снова в лоб получить. Мне и одного раза хватило, до сих пор в ушах шумит.

— Именно это тебя сейчас волнует больше всего? — изумилась Марго. — Ничего, что мы так-то в полной заднице, похоже?

— Это ваша головная боль, — без малейшего смущения объяснила ей девушка. — Для меня все происходящее дичь полная, причем настолько, что я иногда до сих пор ловлю себя на мысли, что вот-вот проснусь и вся эта чехарда окажется лишь ночным кошмаром. А в остальном — как я в ваших раскладах не разбиралась, так и не разбираюсь, потому, что скажете, то делать и стану. Надо идти — пойду, надо бежать — побегу.

— А если убивать скажут? — поддел ее Аркаша.

— Убивать… Тут не знаю, но если надо будет, то, наверное, попробую. Выбора-то все равно нет. В угол точно забиваться, прикрываясь рюкзаком, не стану. А что до курумника — вот про него узнать охота, больно слово красивое.

— Каменная россыпь так называется, — ответила Светлана. — На Москале она не сильно большая, ровно столько, сколько для пущей красоты нужно, а так они ого-го какие бывают. Видела я как-то раз каменную реку — очень впечатляет.

Что приятно — пока нас не было, кто-то из слуг Хозяйки о нас позаботился, накрыв стол, стоящий посередине пещеры. До того подобного не случалось, нам просто дважды в день выдавали котелок с кашей и ковригу серого хлеба. А тут прямо расщедрились — и мясо жареное присутствует на столе, и огурцы соленые, и даже кваса бочонок.

— Ну, хоть какой-то плюс, — заявила Метельская, плюхаясь на лавку. — Хоть поедим по-людски.

— В смысле — напоследок? — уточнила Марго.

— В принципе. И не надо искать в моих словах второе дно, его там нет. Я как наша нанимательница стала — что думаю, то и говорю. Хуже, чем есть, все равно не станет, верно?

Ничего ей на это вурдалачка не ответила, вместо этого она залезла в свой заветный короб и достала очередной пакет с кровью. Вот, кстати, тоже проблема. Запасы, конечно, еще не иссякли, но к тому все идет. Добро, если мы уложимся в запланированные сроки, а если нет? Шутки шутками, но фиг Марго станет летучих мышей или кротов есть: чтобы ее насытить, этой живности сильно много надо, тут столько нет. А вурдалачья жажда притом штука страшная, сводящая с ума, куда там хваленой наркоманской ломке, одно с другим рядом не лежало.

Не хватало еще вместо союзника лютого обезумевшего врага получить.

— Вопрос можно? — осведомилась у меня Марина после того, как смолотила изрядный кусок жаркого, залив его здоровенной кружкой ледяного кваса. — По лбу не стукнете?

— Смотря что спросишь, — отозвалась Метельская. — Если дурь какую, то могу.

— Ведьмы, — уставилась отчего-то на меня девушка, — они сильно опасные? Что они могут сделать? Молнией шваркнуть, в лед человека превратить или там в осла?

— Ну, первые два пункта сразу можно опускать, это все байки из сказок и книжек. — Я отодвинул от себя опустевшее блюдо. — Такое не то что им, но и вообще мало кому под силу. Планетник вроде молнии может вместе с тучей вызвать, но сам такого не видал. Что до превращения в осла или какую другую живность — раньше такое вроде случалось, но сейчас такие штуки на ходу, между прочим, вряд ли кто сможет провернуть. Тут ритуал нужен, долгий и затратный в плане компонентов. Да и не приветствуется в наше время подобное в принципе. Если им надо кого убить, то есть способы попроще и подешевле.

— А чего вы тогда такие напряженные? — склонила голову к плечу Белозерова. — Если они не такие страшные, но при этом, по сути, такие же люди, как мы с вами? Ведь они же люди?

— Ты имеешь в виду, что у них тоже идет кровь и при попадании пули в голову жизнь заканчивается? — уточнил я.

— Именно. Если все так, то не так страшно же? То есть, конечно, все равно страшно, но не как с теми, на острове. Они-то вовсе не люди были.

— Начнем с того, Марина, что численный перевес изначально не в нашу пользу, — вздохнул я. — Не знаю, что за ковен облюбовал эту гору, но уверен, что в нем не меньше трех десятков ведьм. А то и больше. Да, на нашей стороне, если повезет и мы не спалимся раньше нужного, окажется внезапность, но это копеечный перевес. Ну уберем мы двух-трех старших, так остальным подобное лишь в радость — вакансии в верхушке ковена появились. А у них как? Кто за убитую старшую отомстил, тот, считай, уже повысил свои ставки в иерархии. Если же ведьма матерая, опытная, то и вовсе на место в самой основе сможет претендовать. Так что нас порвать на куски за счастье посчитает любая из них. А делать они это умеют очень здорово, причем без всякой магии. Там такие когти — что ты! Плюс кое-какие полезные умения, которые магией не являются, но в драке очень важны. Могут, например, глаза отвести, и станешь ты драться с фантомом, который выглядит как настоящий ровно до той поры, пока тебе горло не вскроют. Или ноги заплести, да так, что ни встать, ни сесть. Ну да, на несколько секунд, но в бою каждая из них на вес золота.

— Слепоту навести могут, — добавила Светка и потерла глаза. — Как-то раз мне от одной бесовки перепал этот ужас в качестве прощального подарка. Два часа ничего не видела, столько всего передумала — не расскажешь. Как проморгалась, так сначала хотела рапорт на увольнение писать. Решила, что ну ее на фиг, эту службу, рассудок дороже. Просто еще раз я такое точно не перенесу, потому что очень страшно.

— Плюс десятки других разных приятных способов из серии «Как извести противника», — подытожил