Украденные сны - Алекс Рудин

— Я тоже подумал об этом, — согласился Зотов. — И дал задание своим агентам. У меня их достаточно. Вот только результата пока нет. Если такой человек и существует, то он тщательно скрывает свой дар.

— Вера Павловна говорила, что в столице был еще один мастер снов, — вспомнил я. — Но он умер.

— Да, — подтвердил Никита Михайлович. — Некто Тимофей Градов. Он умер три года назад, его сын это подтвердил.

— А вы узнавали, что стало с его пациентами? — спросил я.

— Нет, — удивленно ответил Зотов. — Да и как прикажете это сделать? Записи Градов не вел, его сын не знает имена пациентов. А самого Градова теперь спросить затруднительно.

— Жаль, — вздохнул я.

— А почему вы им заинтересовались? — насторожился Зотов.

— Куликов жаловался мне, что плохо спал сегодня ночью. Мой дом тоже это почувствовал и вовремя его разбудил. Выходит, во сне Куликову грозила опасность.

— Это мы уже знаем, — нетерпеливо сказал Зотов.

— Во сне Куликов был на кладбище и видел там какого-то старика в черном плаще с капюшоном. Лица он не разглядел. Этот старик пытался куда-то его увести, обещал устроить встречу с отцом. Вы знаете, что отец Куликова несколько лет назад не вернулся из плавания?

— Да, вы говорили об этом.

— Я подумал, что встреча не случайно могла быть на кладбище. Вдруг это что-то значит?

— Продолжайте, — коротко сказал Зотов.

— Я заставил Куликова припомнить подробности. Было непросто, но кое-что он вспомнил. На кладбище он видел мраморную плиту с надписью и запомнил фамилию. Обер-прокурор Рябушинский.

— Это может быть случайностью, — засомневался Зотов. — Бывал Куликов на кладбище и случайно запомнил плиту. А сегодня она ему приснилась.

— Это наша единственная зацепка, — терпеливо сказал я. — Скажите, вы случайно не слышали эту фамилию — Рябушинский? Был вообще такой обер-прокурор?

— Не только слышал, — усмехнулся Зотов. — Но и отлично его знал. Много крови он у меня попил в свое время. Старик от лица Императорского совета надзирал за работой полиции и судов и лично проверял основания каждого ареста. Да и в дела Тайной службы периодически пытался влезть. Сколько мы с ним воевали — не рассказать!

— Вы можете узнать, на каком кладбище его похоронили? — спросил я.

— А что там узнавать? Старик лежит на Смоленском кладбище, я сам был на церемонии. Даже место помню.

— Отлично, — обрадовался я. — Скажите, а рядом с его могилой не было склепа в виде китайской пагоды?

— Припоминаю что-то подобное, — с сомнением сказал Зотов. — Какой-то купец, разбогатевший на торговле с Китаем, решил оставить о себе пышную память.

— Видите, — уцепился я за его слова. — Значит, Куликов видел во сне именно Смоленское кладбище. Что, если это не случайно?

— Неубедительно, — проворчал Зотов. — Ну, бывал он на этом кладбище, и что?

Кажется, сегодня у меня был день удивительных догадок. Или артефакт усиления дара, который сделал для меня мастер Гораздов, отлично действовал.

— Нужно узнать, где похоронили мастера снов Тимофея Градова, — сказал я. — Не удивлюсь, если его могила находится именно на Смоленском кладбище, неподалеку от могилы обер-прокурора Рябушинского.

— Допустим, — задумчиво сказал Никита Михайлович. — Говорите, это наша единственная зацепка?

— Другой у меня нет, — признался я.

— Что ж, я все выясню, а потом приеду к вам. До моего приезда Куликова никуда не отпускайте. Я очень хочу поговорить с ним.

— При условии, что моему дому удастся его разбудить, — напомнил я.

На подъездной дорожке послышался пронзительный сигнал медицинского мобиля. Я выглянул в окно — санитары выносили из мобиля носилки, на которых лежал укрытый одеялом Савелий Куликов. Возле калитки стояли целитель Макаров и Иван Горчаков.

— Впусти их, — сказал я дому. — Я сейчас спущусь.

— Какая помощь нужна, ваше сиятельство? — спросил Игнат.

— Пока не знаю, — честно ответил я. — Просто будь наготове.

Я сбежал по лестнице и встретил гостей на крыльце. Бронзовые колокольчики на ограде звенели тихо и тревожно.

— Быстрее, Александр Васильевич, — крикнул Макаров. — Ему плохо. Начались судороги, мы еле его довезли.

Я подбежал к носилкам. Волчок бежал впереди меня. Первым делом он обнюхал руку Куликова, вцепившуюся в одеяло, и выразительно оглянулся на меня.

Санитар опасливо посторонился, но умный волк сразу отошел в сторону, чтобы не пугать незнакомцев.

— Кажется, больному легче, — удивленно нахмурился Антон Григорьевич.

Лицо спящего Куликова и в самом деле расслабилось. Руки отпустили одеяло, дыхание стало ровным.

— Кажется, магия дома действует, — сказал я.

— Куда его нести, ваша милость? — спросил один из санитаров.

— Идите за мной, — ответил я.

И показал санитарам ту саму гостевую комнату, которую дом приготовил для Куликова.

— Сюда.

Пока санитары перекладывали Савелия на кровать, я спросил Макарова:

— Его мать знает, что с ним случилось?

Макаров покачал головой:

— Нет. Я сказал, что ее сын торопился на службу. И, на всякий случай, поместил ее в палату, которая экранирует магию. Объяснил это медицинской необходимостью.

— Чтобы она не могла послать сыну зов? — догадался я. — Это вы хорошо придумали.

— Опыт, — озабоченно кивнул Макаров. — Так как вы собираетесь его разбудить?

И вопросительно взглянул на меня.

— Нужно подождать, — сказал я. — Будить его буду не я, а мой дом.

— Дом? — удивился Макаров.

— Это не просто дом, — объяснил я. — Это живое и разумное существо со своим магическим даром. Сегодня ночью он уже сумел разбудить Савелия. Надеюсь, и на этот раз у него получится.

— Подождите возле мобиля, — сказал Макаров санитарам.

Когда они вышли, он посмотрел на меня.

— Речь идет о здоровье пациента, Александр Васильевич. Поэтому я очень прошу вас дать мне подробные объяснения.

— Подождите, — остановил я его.

И нахмурился, пытаясь распознать сигнал, который прислал мне дом.

Странное ощущение.

Как будто дом одновременно хотел и успокоить меня и к чему-то подтолкнуть.

— Ты можешь говорить словами? — мысленно спросил я. — Ничего не понимаю.

Мимолетное сожаление.

— Не можешь, — догадался я. — Ну, что ж, попробуем так разобраться. Повтори первый знак.

Снова облегчение и легкий толчок в спину. Чувства тревоги не было, это я понял ясно.

— У тебя не получается разбудить Куликова, — сообразил я. — Но пока он здесь — он в безопасности. Так?

На этот раз я четко почувствовал, как дом подтвердил мою догадку.

— Уже кое-что, — с облегчением выдохнул я.

И опять легкий толчок в спину. Да еще и мой магический дар вмешался, ощутимо ударив меня в ребра.

— Понял, — ничуть не обиделся я. — Ты будешь охранять Куликова. А я должен найти способ его разбудить. Правильно?

После этих слов мне на плечи будто набросили теплое и мягкое одеяло. Так дом выражал свою радость от того, что я его понял.

— Что-то подобное я и