Малышка от отца жениха - Анна Лапина

— Нет, Олег. Я серьезно, — отвечаю ему и перевожу взгляд на дочь, мирно спящую в автомобильном кресле. — Матвей рассказал мне, почему бросил меня тогда. Я его понимаю. Я не хочу портить вам двоим жизнь. Ни тебе, ни ему. Поэтому просто хочу исчезнуть. Царев сказал, что Эле больше не обязательно находиться в больнице, и мы можем отправиться домой.

— Маш, не неси чушь! В каком смысле между нами все?

— Я серьезно, Олег! Между нами все кончено! Мы больше не вместе, — восклицаю и с трудом держу маску гадины, которая бросает его. В действительности хочется незамедлительно попросить прощения и все объяснить. Но нельзя.

— Маша!

— Олег, пока! — уже тянусь к кнопке, чтоб выключить звонок.

— Я же все равно в клинику зайду! — рычит он, угрожая. — Я сейчас поднимусь. Зайду к тебе. Обниму! И потребую извинений за эти фокусы! И поверь, одним “извини”, ты не обойдешься!

— Поднимайся, — бросаю ему и отключаюсь. — Поехали, — прошу Матвея, убрав телефон в сумочку.

— Ты уверена, что хочешь это сделать? — спрашивает он с сомнением. — Если ты сейчас уедешь, то вернуть Олега уже не сможешь.

— Не уверена я, — признаюсь ему. — Но… Просто поехали. Мама меня уже ждет дома.

— Это жестоко, — заводит он машину.

Перевожу взгляд в сторону выхода из больницы и вижу Олега. Волков вышел на улицу с телефоном в руке. Звонит кому-то, нервничает.

— Он не простит тебе этого, — явно читает он мои мысли.

— Так Олег быстрее примет решение выполнить твой план, — отвожу взгляд от Волкова. Иначе сейчас же разревусь. — Если расстаться мягко — он будет надеяться на что-то. И мы потеряем время.

— И все ради Антона?

— Вряд ли, — шепчу. — Просто поехали.

Думаю, все-таки дело не в Антоне. Просто у меня появилась веская причина бросить Олега. Да, я его люблю. Но как брата, как друга, как близкого человека.

А как мужчину я люблю того, кто за рулем сейчас сидит и везет нас с дочерью домой.

Я долго боролась. Долго пыталась поступить правильно. Правильный мужчина. Правильная жизнь. Правильный выбор.

Только…

Я без конца искала причину сделать другой выбор. Я нашла ее. Я зацепилась за то, что даст мне свободу.

Грязно. Эгоистично. Неправильно.

Ненавижу себя за это.

Но глубоко внутри я счастлива от того, что вновь свободна. Что могу сама себе признаться, что до сих пор люблю Воронцова.

Но будет ли мы с ним вместе? Нет… Этого я точно себе позволить не могу.

Глава 15

Матвей

— Она ушла к тебе, да? — сразу с места в карьер кидает Олег. Поджимает губы и взглядом меня испепеляет, пока проходит вглубь зала.

— Нет, — отвечаю и отодвигаю ноутбук подальше. — Я предложил ей переехать ко мне, но она выбрала свой дом, — честно ему рассказываю. Сейчас лишь эта модель общения приемлема для нас.

— Ты знал, — хмыкает и опускается на стул. Нервно проводит рукой по волосам и шее.

— Что знал?

— Что она решила меня бросить, — возвращает свой взгляд на меня.

— Прости…

— И почему ты мне не сказал? Почему не написал хотя бы сообщение, когда Маша сказала тебе, что собирается меня бросить? — нападает на меня с упрёками.

— Чтобы ты не решил, что я в этом виноват.

— А ты разве не виноват?

— Виноват.

— И тогда какого чёрта?! — не выдерживает и кричать начинает. — Какого чёрта ты сидишь здесь?! И так спокойно со мной говоришь?!

— Олег, я ждал тебя, — поднимаюсь на ноги и иду к лестнице, приглашая его следом. — Пойдём со мной. Я хочу тебя кое с кем познакомить.

— Ты завёл женщину? — хмыкает он. — Решил, что просто отбить у меня Машу будет мало? Надо ещё одну? Да?

— Нет, — мотаю головой и дожидаюсь, пока он встанет. — Пойдём, — поторапливаю его и, когда он подходит, начинаю разговор. — Но по пути я тебе кое-что расскажу. Ты ведь помнишь, что твоя мама долго лежала в больнице? На сохранении? — уточняю.

— Ну да, — бросает раздражённо. Его мысли сейчас явно не о том, что я говорю. Он злится. Он бесится. — Но в итоге не спасли ни её, ни ребёнка.

— Нет, Олег, — прерываю его. — Я долго боялся тебе сказал правду о ребёнке. Это ужасно и неправильно, но я думал, что он умрёт.

— Кто — он?

— Наш с твоей матерью сын, — боюсь даже посмотреть на него. Сколько тренировался и репетировал, что скажу. Но в итоге нескладный бред выходит. — Когда начались схватки, врачи понимали, что твою маму уже не спасти. Заражение было слишком сильным. Царёв взял на себя ответственность, и они провели кесарево. Достали недоношенного малыша, которого искусственно вырастили и подвели к этапу, когда он сможет сам себя обеспечивать кислородом и вообще жить. Такие дети не выживают обычно. Но Царёв попытался сделать хоть что-то.

— Стоп!

— Все говорили, что он умрёт, — не подчиняюсь его просьбе и продолжаю говорить. — Слабый был до ужаса. Но Саша его выходил и, можно сказать, вырвал с того света. И всё это время лечил, поддерживал его здоровье и придумывал всё для того, чтобы Антон жил!

— Подожди, — хватает за руку и заставляет остановиться. — То есть всё это время мальчик был жив? Ребёнок моей мамы все эти годы был жив? — повторяет и несколько раз растерянно хлопает ресницами.

— И жил в клиниках, где ему могли помочь, — добавляю, как бы отвечая на его вопрос.

— Одиннадцать лет?!

— Да.

— И ты мне говоришь об этом только сейчас?

— Да.

— Ты издеваешься, пап?! — вскрикивает и, ошарашенный, делает несколько шагов назад. — У меня одиннадцать лет был брат, а я даже об этом не знал?! Я одиннадцать лет ходил на кладбище и приносил цветы брату, который жив?! Я одиннадцать лет чтил память человека, который жив?! Ты… ты…

— Олег, Антон постоянно находится в таких состояниях, когда ему остаётся шаг до смерти, — прерываю его. — Я просто не хотел тебя травмировать ещё одной смертью!

— Это не оправдание, папа! — кричит и явно хочет мне врезать, но сдерживается. — У меня был брат! И я имел право знать об этом! Где он сейчас?!

— За этой дверью, — произношу и открываю её.

Внутри на удобной кровати лежит Антон. Сын смотрит мультики. Сиделка, которую я для него нанял, рядом что-то вяжет.

В этот раз я решил нанять не просто медработника, но и того, кому будет небезразличен мой сын.

Стефани сказала, что лучше всего с этим справится женщина. Вместе с Царёвой мы одобрили кандидатуру бывшей медсестры, которую полгода назад на пенсию отправили. К тому же она