Первая любовь - Дарья Запольская

Я не была готова к этому вопросу, потому что сама ещё ничего для себя не выбрала и не решила, чем именно хочу заниматься. То, что я должна управлять компанией за меня решил отец, просто включив в завещание, но чем я действительно хотела заниматься по жизни, меня никто не спросил. Но говорить об этом мужчине, я посчитала не обязательным.

— Думаю. Не могу выбрать между Управлением бизнесом и Коммерцией.

— Что ж, времени остается не так много. Пора бы уже документы в ВУЗ подавать, а ты все думаешь, — упрек с его стороны вмиг рушит мой окончательный настрой.

Нужно срочно как-то выкручиваться из сложившейся ситуации.

— Лёш, я все равно без тебя не справлюсь в управлении компании. Поэтому в любом случае, тебе придется ждать пока я окончу универ, а потом еще пару лет, пока войду в курс дела.

— Я так и знал, что придется тянуть детище Андрея Миронова до самой смерти, — он улыбается.

А я не понимаю, что именно он имеет виду под детищем — компанию, либо меня. Но я не успеваю спросить об этом, поскольку мы уже прибыли к месту назначения.

Современное здание полностью из стекла подсказывает мне, что обследования в этой клинике стоят целое состояние.

Я иду чуть позади Алексея, наблюдая за его спиной, обтянутой в белоснежную футболку. Я знаю, что на его плечах остались следы от моих ногтей и стоит только мне вспомнить что было ночью, тут же ощущаю жар между ног. Не вовремя.

Коридоры клиники наполнены светом и воздухом, персонал улыбается нам, и я замечаю, как женщины бросают на Алексея заинтересованные взгляды.

На стойке регистрации, миловидная девушка принимает документы и заполняя карточку, не стесняясь строит глазки моему мужчине. Моему, потому что пришел он со мной. Но её фраза объясняет неприкрытый флирт.

— Что ж вы с дочерью на прием пришли. Уже не девочка, восемнадцать есть.

Я чуть челюсть не потеряла, уронив её. А вот Алексея, кажется, нисколько не удивила и не задела эта фраза.

— Это моя супруга, — его рука по-хозяйски легла на мою талию. — Планируем беременность, поэтому пришли.

Такого вранья от Краснова я не ожидала. Я знаю мужчину, как эталон честности, который не переносит вранья.

Пребывая, мягко говоря в шоке, как и девушка за стойкой регистрации, уставилась на названного супруга.

— Не нервничай, малыш, тебе вредно, — озорные огоньки в его глазах танцевали на моих нервах.

Отдавая документы и бланки для врача, девушка оценивающим взглядом прошлась по моему телу. А я пожалела, что не накрасилась и не оделась поприличнее.

Видимо все было написано на моем лице, потому что мужчина, стоило нам завернуть за угол, впечатал меня в стену, закрывая собой словно щитом. Пространство сузилось до предела наших тел, как будто все вокруг перестало существовать.

Его губы жадно целовали, вновь распаляя внутри меня огонь, как будто я была колодезной водой, а он никак не мог напиться.

— Лика, я прошу тебя, не мучай. Будь моей.

— Я и так твоя, — я отстранилась, пытаясь восстановить дыхание.

— Мне мало. Я хочу, чтобы ты всегда была рядом. Понимаешь? Хватит гордость показывать, переезжай ко мне.

— Лёш…, - я не успела договорить, поскольку открылась дверь кабинета и я услышала свою фамилию. Мужчине пришлось отступить.

Не успела я устроиться на кресле, как в кабинет бесцеремонно вошел Краснов, устраиваясь на диванчике.

— Что ж, — врач взяла медицинские приспособления, но остановилась, едва взглянув на следы бурной ночи.

Анна Петровна, женщина примерно сорока пяти-сорока семи лет, была грузной, но лицо у нее было приятным, она определенно располагала к себе. И мысленно я дала себе оплеуху, что могла приревновать Лёшу к ней. Но глядя на то, как Анна Петровна взглянула на Краснова, стало понятно, что знакомы они действительно давно.

— Ты совсем рехнулся? — она с силой бросила перчатки в урну, обращая все свое внимание на мужчину. — Ты её насиловал что ли?

— Нет, все не так, — начала я лепетать в защиту мужчины, но меня остановила поднятая ладонь Анны Петровны.

Краснов молчал. И я была удивлена. Я думала, что он скажет что-то в свою защиту, придумает как оправдаться, но он молчал.

Женщина устроилась за письменным столом, размашистым подчерком заполняя карточку.

— Можешь одеваться, — получила я указания.

— А ты, — она перевела взгляд на Краснова. — Не трогай её пару дней. Не знаю, что у вас за отношения и, если честно знать не хочу. Я выпишу противозачаточные. Лучше начинать пить с начала цикла, но боюсь, кое-кто не сможет ждать так долго, поэтому начнешь пить с сегодняшнего дня.

Женщина протянула мне листок с названием препарата.

— Спасибо.

— Не надо мне благодарности, — она строго взглянула на Краснова.

Купив необходимые таблетки в соседнем здании, направились на парковку. Алексей выглядел немного подавленным, но тем не менее крепко держал меня за руку.

— Почему ты ничего не сказал ей?

— Потому что она была права, — он взглянул на меня, но выражение лица я не смога понять. — Я ведь, правда, изнасиловал тебя.

Я как корова хлопала ресницами не в силах понять, где были насильственные действия со стороны мужчины. Все же было по обоюдному согласию.

— Но это не так. Я хотела тебя не меньше, чем ты меня. В чем проблема?

— Я должен был быть нежнее, или хотя бы оставить тебя в покое после первого раза.

— Лёша, — я дотронулась ладонью до его щеки, искренне улыбаясь ему. — Это была лучшая ночь в моей жизни. Я бы не стала ничего менять.

Это была правда. Несмотря на дискомфорт между ног и запрет на близость пару дней, Краснов подарил мне невероятные ощущения. И не один раз. Но мужчину, кажется, это не убедило.

Глава 28

Вот уже пару дней я навожу порядок в родительской квартире. Собрала два мешка ненужного хлама, которому место на помойке. И приступила к самому ответственному этапу — разобрать документы.

Лёша пропадает на работе, что-то случилось в баре, поэтому он разрывается на части. Но меня это немного радует, поскольку я могу побыть одна и подумать о том, что между нами происходит и куда это может привести. Он звонит по вечерам и в конце нашего диалога уговаривает переехать к нему, чтобы мы были как можно больше времени вместе. Когда говорю ему очередное «нет», чувствую себя законченной эгоисткой. Но каждый раз успокаиваю себя тем, что так будет лучше для нас обоих. Я всё ещё