Мой босс - злой Мороз! - Кира Лафф

вскрикиваю, когда босс проводит языком между складок к клитору и прикусывает, широким мазком зализывает, и снова погружается в меня. Он подтягивает за бедра, и я по постели съезжаю ниже, хватаюсь за его растрепанные мягкие волосы и запускаю в них пальцы.

Тишину спальни наполняют влажные звуки его поцелуев. Они с каждой секундой все настойчивее становятся, и внизу живота скапливается жар. Густой, тягучий и сладкий, как растопленный шоколад. Эти ощущения все тело захватывают, и внутри я натягиваюсь, будто струна.

Захлебываюсь стонами и вслепую хватаюсь за босса, за его волосы, впиваюсь ногтями в широкие плечи, ловлю пальцами воздух.

- Еще, еще, еще! - кричу, невыносимо больше терпеть эту пытку.

Он надавливает пальцами на клитор. Пара шлепков - и меня захлестывает горячей волной. Поджимаю пальцы на ногах и охаю, меня переворачивает на постели, а под закрытыми веками танцуют звезды.

- Дьявол, - в тишине всхлипываю. - Это...

- Это еще не все, - хмыкает босс. Кровать продавливается под его весом, когда Дмитрий меняет позу. Его ладонь до сих пор в промежности, поглаживает складки и ловит дрожь моего стихающего оргазма. Хриплый голос Дмитрия забирается в уши: - Ты опоздала на работу, Лена. Я должен тебя оштрафовать.

Его руки сдавливают меня за бедра и резко переворачивают на живот. Он шлепает по попке и приподнимает меня, заставляя встать на колени. В мокрые, истекающие смазкой складки упирается член.

По телу прокатывает предательская дрожь нетерпения. Внутри сводит от желания…

Что же со мной? Я совсем с ума сошла!

Потому что безумно хочу, чтобы меня оштрафовали. По всей строгости. Хочу этого так сильно, что темнеет в глазах!

Один неглубокий толчок - и головка медленно раздвигает складки, плавно проникает в меня.

Лоно пронзают миллионы электрических импульсов. Я несдержанно стону, прогибаюсь в пояснице. Всё моё естество подаётся навстречу ему.

Кайфу.

Удовольствию.

Тому, что я познала, лишь раз в жизни!

Яркая вспышка перед глазами.

Уединённый домик в лесу. Сумасшествие, после которого я потеряла не только девственность, но и саму себя!

Господи, нет, нельзя!

- Нет, - выговариваю заплетающимся языком и до боли стискиваю зубы. Хватаюсь за спинку кровати и отползаю.

Член выскальзывает из меня, оставив пустоту и разочарование такой силы, что кричать хочется, но я знаю - все делаю правильно.

- Как это нет? - в голосе босса безграничное удивление.

- Вот так, - спрыгиваю с кровати и сдергиваю одеяло, торопливо заматываюсь в него. - Вы хотели извиниться - вы это сделали. Но извинения я не принимаю. И работать у вас не собираюсь, об этом я вам сказала еще вчера!

Лицо Дмитрия на глазах вытягивается, взгляд из удивленного становится рассеянным, зрачки расширяются и заполняют синюю радужку чернотой.

- Это что, мать твою, за облом, Белова? - рычит он и рывком спрыгивает с постели.

- Вы меня слышали, - выдыхаю твердо и разворачиваюсь. Сердце в груди скачет, как бешеное, мне так страшно за мой наглый напор, что я мысленно умоляю себя не бежать.

- А ну стой! – раздаётся из-за спины, но я не сбавляю оборотов.

Глава 44

Лена

Деревянным шагом скрываюсь в коридоре. Взглядом натыкаюсь на свое платье, что черным мятым комком валяется на безликом комоде. Сбрасываю на пол одеяло. И пока влезаю в одежду, слушаю тяжелые шаги за спиной.

Шаги стихают.

Затылком чувствую сверлящий мое тело взгляд босса и трясусь, как заяц. Но слова уже сказаны, я не имею права сдаваться, растекаться перед ним розовой лужей. И пусть не думает, что… за неотразимую внешность ему прощается гадкий характер.

- Какого черта ты делаешь? Объясниться не хочешь? - звучит за спиной его раздраженный вопрос.

- Вызовите мне такси, пожалуйста, - упрямо стою на своем. Оправляю платье и выхожу в коридор. Коленки дрожат, как у двоечницы, которую к доске вызвали, но я изо всех сил стараюсь не подавать вида. - Деньги за поездку приплюсуйте к моему долгу. Кстати, какая сумма лежала в том конверте? - спрашиваю с замиранием сердца.

- А ты не знаешь?

Осторожно кошусь на Дмитрия.

Босс стоит у зеркала, привалившись к нему плечом. На нем лишь белые трусы, из которых выпирает внушительный бугор.

Узкие бедра, стройные ноги - как он красив. Широкую раскачанную грудь обвивают затейливые татуировки. Бугристые руки, золотистая кожа, по которой так хочется провести языком.

Отвожу взгляд и громко сглатываю.

Нельзя смотреть.

- Ладно, - бормочу и наклоняюсь, чтобы обуть сапожки. - Что там на счет такси?

- Прекрати себя так вести, Лена, - его ладонь сжимает мой локоть.

- Как? – стараюсь не дрожать от его прикосновений.

- По-детски. Глупо. Несдержанно.

- Несдержанно вы вели себя вчера, - стискиваю зубы, и киваю на угол в прихожей, где он принудил меня к минету. – Или уже забыли?

Мороз выдерживает мой взгляд. Даже не моргает. Ему не стыдно. Ни капельки не стыдно!

- Пустите, или закричу!

Внутри всё клокочет. Слёзы так и душат.

Злюсь на него. И на себя тоже. За то, что такая непроходимая дура. За то, что где-то глубоко внутри мне хочется, чтобы не отпускал. Чтобы упал передо мной на колени, целовал руки, просил прощения и обещал всё исправить.

Исправить себя.

Починить меня…

Но ничего такого он не делает.

Отпускает руку.

Вздрагиваю, когда он под нос себе чертыхается и уходит в спальню. Обувшись, неловко топчусь на месте и кусаю губы.

Идиотка. Хочу к нему в спальню, обратно в его постель.

- Такси у входа, дверь захлопнешь! - долетает до меня мрачное.

Жду, что он выйдет проводить, надеюсь еще раз взглянуть на него, но в квартире тишина. Вздыхаю и плетусь в подъезд.

Все в порядке. Все правильно. Я радоваться должна, что устояла! Я не очередная игрушка, у нас с ним сразу не было будущего, я это понимала прекрасно.

Все началось так быстро, так ярко.

И закончилось моментально.

Но я должна жить дальше. Устроюсь на работу и буду потихоньку отдавать ему деньги...

Почему же так грустно?

В лифте морщусь на свое отражение в зеркале и пытаюсь пригладить волосы. Слёзы текут по щекам, но я проглатываю горечь и утираюсь ладонью.

Внизу смущенно проскакиваю по мраморному холлу мимо дядечки-консьержа и выхожу на холод, пронизывающий ветер, мороз. Нескольких секунд, что я бегу до машины хватает, чтобы до нутра промерзнуть и в теплом