Станислав Ростоцкий. Счастье – это когда тебя понимают - Марианна Альбертовна Ростоцкая

Пятница, 17 марта

С утра в протезный, в Донской переулок. Протез действительно поразительный. Но, к сожалению, он сразу не пришелся. А раз стали выгибать, уже плохо. Парень 35 лет, здорово ходит, танцует твист и т. д. Ногу оторвало в 1957 году. Показывает пенсионное удостоверение. На нем штамп. Пользуется льготами инвалида Отечественной войны. Оторвало на флоте. Но потом пришел блондин в веснушках с простым деревенским лицом. Без двух ног. Он шел пешком от Калужской до Донского. А работает в Мангышлаке. Причем его туда послали. Когда он снял протезы, то стало и горестно и гордо.

– Дай попить, – сказал.

– Тебе похолоднее?

– Да, давай, у нас ведь только из опреснителя.

– А еда?

– Одни банки.

Этот простой парень дает вам в зубы. Он живет, работает. Его послали.

Суббота, 18 марта

Где я только ни был за этот день. Но главное, что был хоккей. Очень интересно играли с Финляндией. Смотрел по телевизору. Со странным ощущением, что завтра буду сидеть в Вене и смотреть там. А вечером пришла Аня и Г. Н. Сидели. Немножко попили, и Анна очень хорошо рассказывала о себе. Знаешь, ведь я уже 20 лет работаю. Сейчас переводят в старшие сестры. Переходит ли? Знаешь, здесь трудно, в операционной, но интересно. Самые разные случаи бывают каждый день. То гвоздь кто-либо проглотит, то иголку в сердце воткнет, то ножами… Но иголка-то за уголок зацепилась. Мы и вытащили. А сколько платят? 85 руб., а будут 120.

Воскресенье, 19 марта

Так повезло: помыл машину на станции. Потом пришел домой и стал смотреть хоккей СССР – США. Это был очень интересный хоккей. Сначала начали давить американцы, а потом наши их задавили. К вечеру пришли Коля[35], Алла[36] и Славка[37]. Коля довольно крупно был набравшись, а Славка тоскливым взглядом смотрел на нас, так как мы собирались завтра уезжать. Все время приходит мысль о том, что как странно: вот мы сидим в Москве у телевизора и смотрим Вену, а буквально через несколько часов будем сидеть в Вене и смотреть то, что будут передавать в Москву. И все, что сейчас видим черно-белым, станет цветным. Прособирался до часу ночи, поставил будильник на 5 утра и буду теперь ждать, когда он зазвонит.

Понедельник, 20 марта

Ну вот, наконец, мы летим. Обычные утренние сборы. Такси. Аэродром. Самолет как самолет, долетели совершенно незаметно. Но в голове первое время все же сидело то, что произошло вчера и что наложило, конечно, отпечаток на все воскресенье: статья Ираклия Андроникова в «Правде» под названием «Занявшись Кавказом». Даже пожалел, что еду, так хотелось ответить. Но тем не менее самолет благополучно сел в Вене. Летел с нами Бобров[38], который потерял пояс, и мы с Колькой[39] пытались его разыграть, но ничего не вышло. Сразу поели и на стадион. Стадион производит странное впечатление отсутствием народа. Места отличные, и это самое главное. Конечно, встретил Иржину Богдилову. Она болеет за чехов. Гида зовут Рихард Вагнер, и у него во рту полно гороха. Ну вот, о чем мечталось в Москве, произошло.

Вторник, 21 марта

Началось ежедневное бдение. По 4 матча в день. В общем, без привычки это тяжело. В свободное от работы время угнетает народ окружающий. Это черт-те что. А Колька – пьющий мальчишка с наивными идеями и отнюдь не наивной бестактностью, оскорбляющей беспредельно. Ну до чего же интересно, как открываются люди за границей. Из матчей очень интересен был матч Канада – ФРГ. Немцы стояли насмерть. Но канадцы накидали им, а накидав, стали драться. Потом играли ЧССР – Америка. Это тоже было интересно. Чехи играли хорошо. Очень смешны окружающие прогнозы. Все специалисты, каждый все знает, и все ошибаются. Один Бобров тактичен, скромен и умен. Говорит обычно только тогда, когда уверен, и просто и ясно. Петросян[40] и… и в шахматах тоже интриги. Вот ведь смех!

Среда, 22 марта

С утра поехали в Маутхаузен. Ехали по автобану. Как всегда в Европе, прилизанная Европа, прилизанный пейзаж. И разговоры в автобусе, от которых можно сойти с ума. И снова фразы Боброва. Очень смешно сказал про кабанов, которые ходят на свободе.

Маутхаузен. История. Лагерь производит странное впечатление. Он очень маленький. Каменные стены, проволока. Но австрийцы и здесь умудрились все прилизать и вымыть. Один турист даже спросил: а как здесь было? Гид ответил: а так и было. И тот сказал: ничего, еще чистенько. И было в этой интонации: жить можно. Вечером приехал Коля Афанасьев, и поехали по городу. Выехали на гору, с которой видна Вена, Пратер, Ринг. Проехали по району, где пьют молодое вино. Потом заехали домой. Очень смешно рассказала про туфли дочки нашего президента.

Четверг, 23 марта

С утра бродили по улицам, магазинам. Забыл записать, что вчера появился Тихонов. Я даже не удивился. Потому и забыл записать. А в это утро происходила сенсация чемпионата. Играли чехи и финны. Чехи проиграли. Этого никто не ожидал, и даже тренеры не были на игре. В обед все считали, что это розыгрыш, но оказалось, что это правда. Чехи плакали с горя. Финны плакали от радости. Вечером мы смотрели ФРГ – СССР. Был жуткий разгром. Но игра не шла. Борис Майоров получил 5 минут, а немцев уже было жалко. Потом Канада – Америка. Все ждали драки. Но драки не было. Судили русские судьи. Американцы все время вели 1:0. Но потом одно удаление Росса – и все. Счет 3:1. После матча, презрев приглашение капитана Дуная, прорвались со Славкой в пресс-центр. Смотрели по телевизору матч Клей[41] – Фолли. Спектакль с точно разыгранными ролями.

Пятница, 24 марта

В своих блужданиях по городу забрели в маленький кабачок, где нас напоили кофеем, а потом водкой бесплатно. Сегодня заехали туда, отдарились и поехали с одним рыбаком в магазин. Он, наверное, думал, что мы купим у его знакомых полмагазина, а мы купили по леске.

Вечером поехали в отель «Интерконтиненталь» к хоккеистам. Как мы и боялись, Коля взял пакет для медалей. Это было бестактно. А еще задал вопрос о шайбах, кто больше забил. Я тоже вспомнил о том, что моя команда проигрывает. Ребята сидели тихо и очень внимательно слушали. Славка Старшинов так смешно разевал рот. Но вид у них хороший. Борис М. сказал: за что я имею 5 минут (он вчера имел их), это только я