Станислав Ростоцкий. Счастье – это когда тебя понимают - Марианна Альбертовна Ростоцкая

А дома тепло, хорошо, уютно.

Понедельник, 10 апреля

Утром поехал в протезный. Жидкость, которую привез из Австрии, оказалось, не годится. Снова люди со страшными изъянами. В особенности парень, который болел полиомиелитом. С какой завистью смотрел он на меня. Я, конечно, козырял, а ходить было больно. Но ногу взял и поехал домой.

Потом поехали встречать французов. Приехали Мари Хозе Надь, Кло-дин Оже, Лино Вентура, Жак Деми и т. д. Самое смешное, конечно, что один из французов просто назвался «приятелем Бриали». Сам Бриали приехал в сюртуке на 12 пуговицах и на высоких каблуках. Они потребовали общий номер. Очень волновались, что ему не дадут. Вообще же все было чрезвычайно жалко. По 3 гвоздички на рыло. Мини-жюп были шикарные, до пупа.

Между прочим, с Мариной виделся. Не узнал. Старуха и как бы с остановившимися представлениями старых времен.

Вторник, 11 апреля

Утром французов принимали в Союзе. Собрались Юткевич, Калатозов, Донской, Каплер, Кулиджанов и т. д. Лариса Шепитько очень смешно сказала: вот что только может объединить этих людей… французы. Попили коньяк. Потом французы ушли, и мы сели сами за столик. Никита Богословский очень смешно назвал мини-жюп Клодин Оже «рукой подать». Это факт. Потом он очень смешно сказал насчет того, как теперь называется утка по-пекински, – «цитата табака».

Поехал к Светке и по дороге нарвался на милиционера. Старательно дышал в другую сторону и отделался 50 коп. Потом пошли на открытие недели в Россию. Баскаков на всех кидался. Оказывается, вчера все французы поперлись в Арагви, а их не пустили. После просмотра ужинали в Национале. Колени у Оже, уже, уже.

Среда, 12 апреля

С утра пришлось заниматься польским симпозиумом. Очень смешно нам читали лекции, как детям. Самое смешное – полное непонимание задач искусства, с которыми все чаще и чаще сталкиваешься. Ор рассуждала о «Рублеве». Да какое она имеет право это делать. Картины, которые смотрели, – один из них понравился «Тощий и другие»[46], очень интересно и похоже.

Да, утром был у Белова. С картиной опять плохо. Ничего снова не сделали. Будут выпускать в сентябре, но отношение хорошее. А вечером пошли смотреть «Фантомаса», очень интересно. Такая смешная картина с массой выдумки и очень интересным Жаном Маре в разных ролях. А потом посидели в ресторане с Надькой и Витькой. Кстати, Харрис-то развелся с женой. Вот уж не ожидал. Вот тебе и дом на Гавайях и разные самолеты[47].

Четверг, 13 апреля

С утра поехали в Загорск. Я, Лино Вентура, его жена, режиссер Энрико и переводчик. По дороге останавливали, и мне приходилось оправдываться, а французы удивленно следили за происходящим.

Загорск великолепен, особенно иконы. Позолотили Троицкий собор. И галки живут в своих гнездах около древних церквей. Французы удивлялись, щелкали губами, говорили свои «формидабль» и «манифик». По дороге выясняли, кто сколько получает и кто как живет.

По приезде в Москву пошли в «Арагви». Тут восторг был полон. Оказывается, что Вентура настоящий гастроном и прекрасно разбирается в еде. Закончилось все часов в 9. Да, материально они живут лучше нас, и все же мы выше их. Они действительно не верят в пословицу «не в деньгах счастье». А мы верим.

Пятница, 14 апреля

Всякие дела по поездке в Чехословакию. Добился я все-таки, чтобы поехали Слава и Света[48]. В 5 часов прием. Нина поехать не смогла. Прием был пустынный и начальственный. Все милы и отзывчивы. Баскаков очень упрашивал, чтобы я привел Вентуру пить чай. А то они думают, что их окружают агенты КГБ.

Представлял Вентуру в «Ударнике» и смотрел картину «Второе дыхание». Гангстерский фильм, в котором он играет благородного гангстера. Сидели смотрели весь фильм. А потом я повез Вентуру пить чай. Представлял себе, что со мной сделает Нинка. Но я все же приехал. Они были очень довольны. А я просто обучал Вентуру пить водку по-русски. Он все-таки не смог. А я выпил огромный стакан. Зачем? Глупость и молодечество, а потом загнешься в одночасье. Но друг вроде бы есть.

Надо обязательно записать разговор с Андреем, навеянный Вентурой.

Суббота, 15 апреля

С утра поехал провожать французов. На прощание жена Вентуры показала мне их дом в Париже. 3 этажа. Я даже не стал рассматривать.

Поругался с Нинкой. Неправа она все-таки. Все время мне выговаривает. Ну что плохого, что я привел французов домой. Все было прекрасно. Они очень довольны, и уж не так много труда. А она меня обложила. Вот уж точно – чем лучше относишься, тем больше невнимания к тебе. От польского симпозиума удалось отмотаться.

Ездил на телевидение, готовят журнал о Чехословакии. Когда отъезжал от телевидения, задумался и врезался в липу. Хорошо, не очень сильно, погнул заднее крыло. Это уж всегда, когда плохое настроение, что-нибудь еще должно случиться.

Вечером смотрел «Мушетт»[49]. Очень страшный и очень правдивый фильм. Безнадежный совершенно.

Воскресенье, 16 апреля

Нинка уехала с Андреем к маме. Полная ссора. Пришел ко мне Саша Орлов. Уезжает в Монреаль. Как всегда интересно трепался, в частности, сказал, что есть люди, которые свою любовь к Родине и партии сделали профессией. Вот уж воистину так.

Да, надо же написать разговор с Андреем. Я спросил его, кто такой Гитлер. Кто-то главный у немцев. Кто Муссолини – поэт не то художник. Кто Сталин. Это дядя, который был хороший, а потом стал плохой, хуже Гитлера, он своих в тюрьму сажал. Кто Хрущев? Это хороший дядечка, при нем было много кукурузы, а теперь нет.

Вечером выпили итальянского коньяку и был большой разговор с Ниной о внимании, о правде и т. д. Ну и, конечно, помирились. А как могло быть?

Понедельник, 17 апреля

Столько концов, сколько я сделал сегодня, – даже страшно. Был в «Экспортфильме», Комитете, 2 раза на студии, 2 раза у Светланы, в магазинах, а потом поздно вечером еще ездил за рыбой, посланной Колькой[50], к черту на куличики, а потом к Болеславу[51] и т. д.

Больше всех получила Светка. До 9 часов вечера я так и не знал, поедет она или нет. Наконец в 9 часов звонок. Прилетела из Душанбе.

Конечно, как всегда, ждали по позднего