Платиновое сердце - Асти Брамс

Аккуратно открыв прозрачную дверь, я неуверенно зашагала мимо крутых тренажеров. Почти сразу поймала взглядом Женю и чуть не залипла, наблюдая как он отжимается на поручнях в белой боксерке, облегающей все его мышцы, и спортивных штанах. Меня он не замечал до последнего. Или специально или просто был сосредоточен на счете.

В какой-то момент я сама привлекла к себе внимание, прочистив горло. Сделав еще пару отжимания, Молотов спрыгнул с турника и взял белоснежное полотенце, которым протер шею. Его хмурый взгляд остановился на куртке, которую я бережно удерживала в руках.

Ноги прямо одеревенели. Я приблизилась к мажору на пару шагов и протянула одежду.

– Спасибо, – сдержанно поблагодарила, опуская глаза. – Там ничего не было, но я все равно застирала.

– В смысле застирала? – тут же уточнил он недоверчиво. – Ты хоть знаешь, как стирать такие вещи?

– Я руками… Я почитала как!

Женя снова посмотрел на куртку, выхватил ее из моих рук и повесил на турник. Я уловила, как он поджал губы, прежде чем направился к стойке с гантелями.

– Если хочешь я куплю новую! – выпалила всерьез, продолжая стоять на месте.

Молотов оглянулся, и на его губах прошла усмешка.

– Тебе не один банк не одобрит такой кредит, Воронцова, – бесстрастно заключил он. – Все норм, иди.

Но я не уходила. Никак не могла сойти с места, понимая, что остаюсь в долгу у Жени. Причем заслуженно.

– Иди уже! – надавил он, вновь посмотрев на меня. – Я не настолько брезгливый и не стану ее выбрасывать или в химчистку сдавать.

Я растерянно опустила глаза и, наконец, начала отступать.

– Еще раз спасибо…

36

Выходя из тренажерного зала, я хмуро буравила взглядом пространство, ощущая внутри скребучий, назойливый осадок. Ты посмотри, какой снисходительный! Тоже мне герой… Да и я хороша – стою мямлю перед ним, как лохушка на задних лапках. Как будто вдруг забыла обо всех его гадствах!

Блин… Каждое общение с Молотовым словно забирало у меня часть энергии. Но как избежать этого общения, если я работаю в его доме? При всем желании держаться друг от друга подальше, мы все равно как-то умудрялись сталкиваться!

Из зала я сразу зашагала в столовую, хотя, честно говоря, не особо-то и хотела есть. Но не тратить же свое законное свободное время на уборку? Тем более Маргарита начинала волноваться, если я не приходила обедать.

Вот только на кухне, откуда доносился шум воды, ее не оказалось. Вместо кухарки я обнаружила Ксюшу. Одетая в потертые джинсы и бежевую водолазку, она стояла возле раковины и была на чем-то так сосредоточена, что даже не услышала, как я зашла.

– Привет!

Резко оглянувшись, Ксюша неловко отозвалась:

– Привет…

– У тебя там все в порядке? – дружелюбно спросила я, подходя все ближе. Уже тогда уловила что-то неладное в ее поведении.

Она неоднозначно качнула головой и суетливо закрутила кран.

– Да… Стакан разбила случайно...

– Ох, черт! – ахнула я, увидев, что с ее руки капает кровь. – Ты порезалась?..

Взволнованно обхватив запястье Рыжика, я пригляделась к ране, рассекающей ее ладонь от большого пальца, из которой обильно сочилась кровь. На дне стальной раковины действительно валялись крупные осколки стекла.

– Так, постой! – Я дотянулась до полотенца и обмотала руку Ксюши, стараясь зажать порез. Затем потянула ее к ближайшему стулу. – Подержи пока… Не знаешь, где аптечка?

Она кивнула головой в сторону холодильника.

– Угловой шкафчик. Но может это необязательно? Кажется порез не сильно глубокий…

– Все равно нужно обработать, – настояла я, без промедления направившись за аптечкой.

В пластиковой коробке оказалось все необходимое. Вернувшись к Рыжику, я аккуратно размотала полотенце и уже лучше рассмотрела неосторожный порез. Бедняга…

– Как ты так умудрилась?

– Хотела скорее убрать и неудачно схватилась за осколок, – ответила она, беспокойно глядя как я достаю из аптечки всякие антибактериальные средства.

Вот же трусливый зайчик. Видя страх в глазах Ксюши, я возилась с ней как с ребенком – дула на порез, рассказывала о каждом действии и постоянно уверяла, что больно делать не буду. В конце разве что осталось дать ей конфетку за храбрость. Какая же она все-таки неженка… И у кого только совести хватило обидеть эту няшу?!

– Спасибо большое, – смущенно поблагодарила Ксюша, прижимая к себе перевязанную ладонь. – А ты, наверное, поесть пришла?.. Мама еще не скоро вернется, так что бери, что хочешь! На плите сырный суп и баклажаны с грибами. В холодильнике салат, брускетты с лососем…

– Ладно, я посмотрю, – мягко перебила я, улыбнувшись. – Составишь мне компанию? Или ты уже поела?

– Поела… Но я не против выпить чай.

Я с энтузиазмом кивнула и пошла, вернуть аптечку на место. Затем наложила себе в тарелку баклажаны с грибами, а для Ксюши заварила чайничек фруктового чая. Мы решили не уходить в столовую. Устроились на кухонном островке, и некоторое время между нами сохранялось неловкое молчание.

– Как у тебя дела на учебе? – первой начала я диалог.

Осторожно отпив из кружки, Рыжик лаконично ответила:

– Все нормально. Правда отстала немного в последнее время… Но это ерунда. А у тебя как? Успеваешь с работой?

– В основном да. Но приходится хорошенько постараться для этого…

– Представляю, – участливо обронила она. – Я как-то заикнулась о том, чтобы найти работу, которую смогу совместить с учебой. Так папа с мамой мне лекции три дня читали… И писали.

Я тихо засмеялась.

– И правильно. Сосредоточься лучше на учебе! Наработаться еще успеешь.

Ксюша кивнула и на кухне вновь воцарилась неуютная тишина. Я прямо чувствовала себя тягачом в нашем скудном диалоге. Хотя Ксюша ведь всегда была легка на общение. А у моего общения сейчас в том числе имелась цель.

– Знаешь… – вдруг вспомнила я. – Я слышала в центральную галерею приехала выставка инсталляций какого-то крутого французского художника. Говорят прикольно. Не хочешь как-нибудь сходить? Если конечно тебе интересно…

К моему облегчению Ксюша отозвалась с охотой:

– Хорошая идея. Я бы посмотрела!

– Отлично! Тогда запиши мой номер и позвони на днях. Договоримся о встрече.

В общем-то, это все, чего мне удалось добиться за этот разговор. Раскачиваться девчонка никак не желала: отвечала односложно, не проявляла интерес к темам, которые я затрагивала.