Шепот Хаоса - Владимир Михайлович Мясоедов

одну чрезвычайно простую и понятную мысль: «Убью!!!». Радостно хохоча от осознания того, что пытавшейся сожрать меня гадине от полученных ран действительно больно и плохо, я поспешил спрятаться в недрах судна, на ходу пытаясь втолкнуть в свое оружие еще один заполненный магазин взамен опустошенного. Почти успешно. Разряженная коробка для патронов была случайно выронена, когда все судно содрогнулось от удара, и под скрежет сминаемых перекрытий внутрь корабля через слишком узкий для него проход полез доведенный до белого каления ящер. Но ведь в конечном итоге перезарядить оружие таки получилось! Впрочем, разворачиваться, дабы попытаться вышибить замедлившемуся преследователю глаза или там свинцом его прожорливую пасть накормить, я не стал, вместо этого спеша углубиться как можно дальше в недра судна. Пусть лучше другие обитатели сего корабля дадут ему повод выпустить пар, а заодно и пламя…А уж победителя мне потом добить полегче будет.

Попавшийся на пути вниз гоблин был застрелен и перепрыгнут, еще один успел заскочить за поворот коридора, буквально на пару сантиметров разминувшись с пулями, и бодро помчался куда-то вдаль, крича от ужаса. И, кажется, напугал его не столько я, сколько дракон, который со злобным рыком продолжал свое преследование, умудряясь впихиваться в столь узкое пространство, куда впихнуться уж точно не должен был!Преследуя своего невольного провожатого я забежал в довольно просторное помещение, раньше судя по диско-шару под потолком представлявшему из себя танцевальный зал, а сейчас превращенному в аналог гоблинского лазарета. Тут по углам почти не гадили, зато имелось множество брошенных там и сям матрасов, шуб, подушек и одеял, примерно на половине из которых лежали гоблины, судя по наличию окровавленных бинтов или отсутствию некоторых конечностей очень близко познакомившиеся с новейшими достопримечательностями Солнечного. И зачастую лежали они в своих импровизированных постелях дохлые, причем не тихо помершие от ран, а с перерезанными глотками. Компанию им составляла парочка моих марионеток, убивали которых долго и старательно, судя состоянию тел, разорванных едва ли не на клочки. Сцена же, расположенная в дальней части помещения, оказалась занята дергающимися и стонущими в агонии не сильно одетыми тетками, каждая из которых весила килограмм эдак сто и по всей видимости была близка к идеалам гоблинской красоты. А хоровые звуки боли они издавали по той причине, что десяток зеленушек старательно и умело полосовал их ножами, явно стараясь вызвать побольше боли и пролить побольше крови, поскольку последняя за компанию с жидкостью из убитых зеленокожих стягивалась в одно место и формировала нечто вроде вращающейся вокруг своей оси толстой линзы, которая то и дело рябила, открывая вид то на какое-то болото, то на серую выжженную пусто, то вроде бы вообще в бездну космоса…Руководил всем седой и сгорбленный старый хрыч в головном уборе из перьев и бисера, очень сильно смахивающий на образ того заслуженного говнюка, которого мои живые бомбы должны были попытаться подставить перед братьями-вождями. Только теперь ему не хватало носа, левого глаза и правой руки, а роскошная некогда ало-золотая мантия, снятая с какого-то сильного мага, превратилась по большей части в отдельные обугленные лоскутки.

— «Догнал!» — Ткнулась мне в голову злобно-радостная мысль вместе с новой порцией раздавшихся сзади хрустов сминаемых переборок, на противостояние осатаневшим кастрированным драконам явно не рассчитанных. Да сколько ж дурной мощи в этой твари, раз она железо гнет как нагретый пластилин⁈ — « Сожру! Нет…Сожгу! Потом сожру!»

Что-то большое начало позади меня втягивать воздух в свои легкие, и я рванул вперед к единственному возможному способу спастись, заставляя свое тело буквально рваться от перенапряжения, но выжимая все его возможности на триста процентов, да еще и пытаясь подталкивать себя телекинезом. Шаманы гоблинов были заняты настройкой портала, который они очевидно пытались создать дабы смыться в родные края, но несколько зеленокожих коротышек из числа наименее травмированных обитателей лазарета и явной охраны колдунов все же попытались заступить мне путь. Стреляя на ходу я прорвался сквозь них как грузовик сквозь полицейское заграждение, пусть даже это стоило трех широких рваных ран от копий, попавшей в плечо стрелы и криожога от хлестнувшей по ногам струи жидкого азота или скорее его магического аналога. Портал, сотканный из крови, дергался, рябил и барахлил, но тем не менее я в прыжке нырнул в него рыбкой, напоследок почувствовав, как ступни ног обжигает заполнившее помещение драконье пламя.

Глава 11

Захватывающее путешествие

Глава 11. Захватывающее путешествие.

Пока жареный петух не клюнет — мужик не перекрестится!

Народная примета.

Огромной силой убежденья владеет жареный петух…

Студент-роботехник, фарширующий

жаркое сервоприводами.

— Хорошо лежу, однако…И даже наколдованное тем зеленым укурком веселье вроде бы отпустило… — Задумчиво пробормотал я, валяясь среди стеблей высокой пшеницы, находящейся буквально в двух шагах от готовности к уборке. Полученные в ходе прорыва к порталу раны потихоньку очищались, стягивались, сшивались микровоздействиями псионики, буквально склеивающей друг с другом порванную кожу и мышцы. Крутились перед лицом какие-то мелкие мошки, промчался над головой на бреющем крупный кузнечик, где-то рядом время от времени чирикали птички, видимо подъедающие на лету снующих вокруг насекомых. Ровные ряды растений, находящихся на абсолютно одинаковом расстоянии друг от друга и высаженных с математической точностью, намекали на то, что выросло тут все это не само по себе, и даже не было рассыпано какими-то крестьянами из лукошка, на лицо работа качественной сеялки, работавшей квадратно-гнездовым методом. Значит я не у гоблинов…Или по крайней мере не у тех застрявших в грязи и дикости гоблинов-людоедов, которым так основательно подгадил. Интересно вот даже, кто победит в противостоянии порядком поредевшей орды зеленых коротышек и ну очень злого дракона, подвергнутого огнестрельной кастрации…Хорошо бы они прикончили друг дружку, но вряд ли ещё живым обитателям Солнечного так повезет. — Жаль только небо чертовым серым туманом затянуто…И пальчик баааалит!

Огненный выдох крылатого динозавра до меня все-таки дотянулся. Краешком. Так, что почти и не считается, но только почти. Коснувшееся левой стороны левой же ноги пламя наполовину превратило ботинок в сплошные угли. И хотя злосчастную обувь я, вылетев из закрывающегося портала, тут же содрал, но от серьезнейших ожогов ступни это не спасло. Мизинчик, которому досталось сильнее всего, кажется, так и вовсе превратился в шашлык на паленой косточке, который проще отрезать, чем привести в порядок…Не велика потеря, в принципе, да и регенерировать рано или поздно научусь, ведь прямо сейчас поверхностные раны свои латаю не хуже опытного хирурга с набором хирургических же инструментов…Но взять ножик и провести операцию в полевых, во всех