Либежгора - Рустам Разуванов

– А то уж очень мне интересно было про всяких молящихся на дыры в болотах слушать. И ребята вот не верят.

– Мда, ну ты это, не болтай сильно-то, да и вы лишнего не подумайте.

– Нет-нет, я знаю, о чем вы…

– И не скажи никому, а то видишь, как председатель дело повернул.

– Ну да, наш дедушка – он всегда такой.

– Он четко обозначил позицию.

– Вот и я о том, я уж по-соседски тебе, ты парень взрослый теперь, сам понимаешь.

– Конечно, я понимаю, о чем вы.

– Вот-вот. А то худо будет и мне за такое, и тебе уже.

– Да вы не беспокойтесь, мы же ничего не скажем ему… – забубнила тут же Маша.

– Ну, мы же с вами, так сказать, с чисто научной точки зрения интересуемся.

– Хех, ну да. С научной, это ты верно подметил, Данька.

– Ведь все это может иметь историческую ценность, вот вы рассказывали, тут историки какие-то уже были.

– Да, они, помнится, все жальники в основном смотрели да копали.

– Это которые как кладбища?

– Ну, с виду-то нет. Сопочка, бывает, с камнями какими-нибудь, или и вовсе глухо, просто место лесное. А как они определяли, что это жальник, никто не знает.

– Ну, на то они и ученые.

– Тоже верно.

– Если бы так каждый мог сразу все сказать, то в ученых и смысла бы не было.

– Да.

– И что с теми жальниками?

– Что?

– Ну, изучали их, говорите, копали…

– Ну да, копали.

– И что же?

– Ничего.

– Как ничего? Выкопали ведь что-нибудь?

– Да кто ж его знает, мы ведь у них за плечом не стояли.

– И ничего не слышали?

– Нет. Кто говорит, что народ какой-то нашли там, который совсем-совсем в древности жил здесь…

– А что за народ?

– Ой, я ведь и не вспомню теперь уже, что ты.

– Ясно.

Разговор явно не клеился. Либо дедушка Коля был совсем не настроен на беседу и просто не знал, как от меня избавиться, либо на него произвел такое впечатление разговор на сельсовете, после которого я еще и при внуках нашего председателя выдал наш с ним разговор в лесу. Ну вот, с друзьями что-то ссорюсь, теперь и соседа выставил не в лучшем свете. Да и настроение ни к черту. Хандра какая-то. Так или иначе, одно оставалось явным: деда Коля не хотел разговаривать на эту тему. И раскручивать его мне было попросту неловко. Теперь я сам стоял и не знал, как закончить этот диалог, от которого всем было неуютно. Но пожилой сосед не спешил уходить. Последние пару минут он как-то задумчиво поглядывал в лес. Может, он просто думал о чем-то своем сейчас, и поэтому наш диалог был таким вялым?

– Вот, взгляни-ка, ребята, у вас-то зрение получше моего будет.

– Куда?

– Вот за полем, у леса, это кто такая будет?

– В белом?

– Да, она.

– Не знаю, вроде бабушка какая-то.

– Вот и мне так кажется, а что за бабушка – не видишь?

– Нет, вижу, что в белом и с палкой.

– Люся вроде дома сидит.

– Смотрите: стоит и делает что-то.

– А что делает?

– Не знаю, деда Коль… Может, комаров отгоняет?

– Дак ведь нет уже никаких комаров давно.

– Тоже верно.

– Смотри, дальше пошла, а ну, к какой избе-то пойдет?

– Кажется, дальше идет, за клуб даже.

– Нет, смотри-ка, разворачивается.

– Что-то она странно себя ведет.

– Кто ж такая-то, никак понять не могу.

– Смотрите, опять что-то машет и вертится.

– Хм…

– Может, ей плохо стало, сбегать до нее, спросить?

– А ну стой! Нет.

– А что?

– Плохо было бы – людей бы позвала.

– А вдруг не может она?

– Э нет, не надо никуда ходить.

– О, смотрите, кажется, она все-таки домой пошла.

– Куда пошла? Гляди!

– К Кургановым, кажется.

– Кажется, или к Кургановым?

– Не уверен, но… Да нет, к ним же.

– И что же это за бабушка у них там?

– Не знаю.

– Вот и я не знаю.

– Может, тетя Неля через них проходит к себе?

– Нет, они внизу забор ставили, да и не ходит она с палочкой, не такая уж старая еще.

– Ну, может, кто-то другой через их огород пошел просто?

– Может быть, только кто?

– Я не знаю…

Глава 21. Вера

Пока я носил наколотые дрова во двор, дядя Коля исчез. Это лишь укрепило мои сомнения в том, что он не очень-то сильно ждет меня в гости. Ну и ладно, тогда не буду заходить, больно нужно было. Или зайти все-таки? Просто поболтать о чем-то и понаблюдать, насколько он разговорчив. Если так же неохотно будет разговаривать, то сослаться на какие-нибудь важные хозяйственные дела и уйти, допив чай. И больше никогда к нему не приставать с такими расспросами.

– Ну что?

– Не знаю, извини, может я и неправ, но я пока что ничего не хочу. Все это кажется мне каким-то бессмысленным и даже немного лицемерным.

– Как скажешь.

– Извини, правда, Маш, я не хотел, просто сам ничего не понимаю, бешусь от собственного бессилия. Я зайду за вами, если что.

– Давай.

Затаскивая дрова на двор через улицу, я вспомнил, что дома у меня сидит баба Нина, которая куда более разговорчива, чем дядя Коля и многие другие. Я поскорее затаскал остатки дров во двор, уложив их в поленнице, закрыл за собой дверь с улицы, ведущую во двор, и взяв приличную охапку дровишек, поднялся по лестнице в дом. Когда я зашел в избу, наша гостья сразу же взялась нахваливать меня, а тетя Таня помогла мне уложить все дрова возле печи.

– А ты, Танюш, не знаешь случаем, кто теперь в лес-то ходить станет?

– Куда?

– Дак на поиски?

– А, ну мне-то откуда знать.

– Ведь кто-то там назначался же на это дело.

– Ой, я ни о чем думать не могу кроме того, куда Вера запропастилась.

– Да не переживай!

– Легко говорить, а если и она пропадет, не дай бог?

– Да никуда не денется твоя Вера, они ж вместе с Любой пошли.

– Не знаю, нехорошее у меня на душе.

– Да и бог с ним, а сходят они – глядишь, и матушку свою найдете.

Тема их беседы так и не изменилась. Какое-то невезение прямо. Может, попробовать опять расспросить бабу Нину прямо? Хотя вряд ли тете Тане это понравится, она, скорее всего, переведет разговор в другое русло. Я чувствовал себя разочарованным. Все равно ничего никто не скажет, потому что они сами ничего не знают. И бабушку мы