Ананасы в шампанском - Игорь Северянин

Там тишина невозмутима,

И только гордый орлий клич

Ласкает ухо пилигрима,

Способного его постичь…

Льву Никулину

Когда, воюя, мир лукавил

Позёрством социальных проб,

Несчастный император Павел

Свой покидал столетний гроб…

В крестах, отбрасывавших тени,

На склоне золотого дня,

Приял великий неврастеник

Поэта облик, трон кляня…

Приял для самооправданья,

Для выявленья существа

Своей души, в часы страданья

Струившей чары волшебства…

Что ж, вверьтесь странному капризу,

Поэт и царь, и, сев верхом,

Направьте шаг коня на мызу

«Ивановку», в свой бредный дом.

Въезжайте в ветхие ворота,

Где перед урной, над рекой,

Вас ждет скончавшаяся рота

И я, поклонник Ваш живой…

Стихи И. Эренбурга

В дни пред паденьем Петербурга, —

В дни пред всемирною войной, —

Случайно книжка Эренбурга

Купилась где-то как-то мной.

И культом ли католицизма,

Жеманным ли слегка стихом

С налетом хрупкого лиризма,

Изящным ли своим грехом, —

Но только книга та пленила

Меня на несколько недель:

Не шрифт, казалось, не чернила,

А – тонко-тонная пастэль.

Прошли лета. Кумиры ниже

Склонились, я – достиг вершин:

Мне автор книгу из Парижа

Прислал в обложке crêpe de chine.

Она была, должно быть, третьим

Его трудом, но в ней, увы,

Не удалось того мне встретить,

Что важно в небе – синевы.

И нет в ней сладостного ига,

Померкла росная краса…

Мне скажут: «Небеса не книга», —

Пусть так: но книга – небеса!..

Синее

Сегодня ветер, беспокоясь,

Взрывается, как динамит,

И море, как товарный поезд,

Идущий тяжело, шумит.

Такое синее, как небо

На юге юга, как сафир.

Синее цвета и не требуй:

Синей его не знает мир.

Такое синее, густое,

Как ночь при звездах в декабре.

Такое синее, такое,

Как глаз газели на заре.

«Синее нет», – так на осине

Щебечут чуткие листы:

«Как василек, ты, море, сине!

Как небеса, бездонно ты!»

Банальность

Когда твердят, что солнце – красно,

Что море – сине, что весна

Всегда зеленая, – мне ясно,

Что пошлая звучит струна…

Мне ясно, что назвавший солнце

Не и`наче, как красным, туп;

Что рифму истолчет: «оконце»,

Взяв пестик трафаретных ступ…

Мне ясно, что такие краски

Банальны, как стереотип,

И ясно мне, какой окраски

Употребляющий их «тип»…

И тем ясней, что солнце – сине,

Что море – красно, что весна —

Почти коричнева!.. – так ныне

Я убеждаюсь у окна…

Но тут же слышу голос бесий:

«Я вам скажу, как некий страж,

Что это ложный миг импрессий

И дальтонический мираж»…

Рыбная ловля

Вновь ловля рыбная в разгаре:

Вновь над рекою поплавки,

И в рыбном, у кустов, угаре

Азартящие рыбаки.

Форель всегда клюет с разбегу

На каменистой быстрине.

Лещ апатичный любит негу:

Клюет лениво в полусне.

И любящий ракитный локон,

Глубокий теневой затон,

Отчаянно рвет лёску окунь,

И всех сильнее бьется он.

Рыб всех глупей и слабовольней,

Пассивно держится плотва,

А стерлядь, наподобье молний

Скользнув, песком ползет едва.

У каждой рыбы свой характер,

Свои привычки и устав…

…Не оттого ли я о яхте

Мечтаю, от земли устав?..

В парке

А ночи с каждым днем белее

И с каждым днем всё ярче дни!

Идем мы парком по аллее.

Налево море. Мы – одни.

Зеленый полдень. В вешней неге,

Среди отвесных берегов,

Река святая, – Pühajõgi[26] —

Стремится, слыша моря зов.

На круче гор белеет вилла

В кольце из кедров и еле́й,

Где по ночам поет Сивилла,

Мечтая в бархате аллей.

Круглеет колющий кротекус,

И земляничны тополя,

Смотрящиеся прямо в реку,

Собою сосны веселя.

О принц Июнь, приди скорее,

В сирень коттэджи разодень!

Ночь ежедневно серебрее,

И еженочно звонче день!

Рассказ княгини

Св. кн. О. Ф. Им-ской

То было в Гатчине, лет десять

Тому назад, но до сих пор

Отрадно мне тем летом грезить

И вспоминать наш разговор.

И вот, я помню: мы, княгиня,

Сидим в столовой. Ночь близка.

Вы говорите мне о сыне,

И в Вашем голосе – тоска:

О, если юность возвратить бы!

И быть счастливою, как он!..

Его любовь… его женитьба…

И жизнь на озере – как сон…

Он в честь своей Прекрасной Дамы, —

Полу-поэт, полу-toqué[27], —

Под Витебском построил замок

На озеровом островке…

«Он создал царство в сердце леса!»

Восторженно твердите Вы.

Поддакивает Вам профессор

Наклоном лёгким головы.

Я пью вино и вижу: в тине

Озёрной – косы, много кос…

Устала старая княгиня

От юных, – невозможных, – грёз…

Бэбэ

Баронессе М. А. Д-н

Что было