О жизни, любви, грусти и людях - Дмитрий Юрьевич Омельченко

Закон: к себе ведут клиента. В том свободы! Комфорт, удобство скорость. Комильфо.

Но, bingo: цель ясна! Расти же в жизни стоит. Непременно.

Нюансам дела обучить готов. Схем, тонкостям, а там

Большому кораблю и плавание большое. Что ж, смена

Достойная, юных умов, клондайка, будет, то судам

Семи, компании своей, введу аукцион».

В улыбке до ушей, везунчик, фаворит Фортуны, красный, словно помидор:

«Будьте добры! Когда прикажете зайти, барон?»

«Отваге вашей отдаю дань уважения, билет она ваш, монсеньор!»

Немногим позже, выкупил свой первый сухогруз. Портовым пестрым роем,

Лет через пять — компанию шести морских судов. Невероятнейший фортель! Мастист,

Великий финансист, умножил капитал он на вдове женитьбой, вдвое.

Флот супертанкеров создал, крупнейший в мире. Имя ему Аристотель Онассис!

2022

Голос эпохи

На кого то случайного, нечаянного —

Впрок — найдется чегой то необычайного.

Бравад без бижутерий, стен граффити, панихид,

Высоцкий — уникум, наречен и дитём навскид.

Театра кафедрой, надежд — поэзии балетом —

Квинтессэнции, в рокочущем набате жизни песни авторской, либретто,

Арфой Аполлона Мусагета

Воспетое искусство, величаво увенчал чредою незабвенных лет.

«Alea iacta est[10]». Обратно нету хода.

«Ей — ей же, в воду не стреми, не вызнав броду», —

Языки твердят. «Не миновать бед, grand pardon,

Креститеся», — добравшимся до горизонта.

«Там места нет ни бою, ни слезе, ни блажи, ни молитве:

Свод мраморов един, вех перекрестия в забытьё ведут, к могиле».

В одном молва же умолчала. В на сей век — последней, битве,

Нет смерти места в велием пути, в Dreamline килем ускоряя мили.

Творил, что неволям, нави вопреки.

Волн неумолимой лавою реки

Звёзд слёз, дивные каскады, —

Зрелых лет пеоны, — водопадовы,

В прах, неспеты, смыты, Уичито[11].

Что же, нет людей, как боги?

В любом есть, возвеличить, вычесть, что.

За вящий же сих труд слогов —

Немоготу врагов —

Пусть и слов много, ни

Брани вхлам –

Жури, злам

Назло, друг по чести.

Свет несшая словесность в жизнь, — искусном тонком дефиле[12] в том, —

Ввек с рифм пульсом вместе,

Огнем полыхал, себя ты не жалея, с любви заветом.

Орла полётом — песнею. Дышу — люблю, — ты, право дело, лоцман мечты, — жив навек

Дара наследьем — светом, мудрости чертогу в океан ссыпучестию правд рифм — рек.

Непотопляем. Щедрый к людям. Искренне, идя навстречу, —

Ожив — слыша, — самоё себя целя. Не локтем, но к плечу

Плечом. Вхруст вражеским, наветов, хулы, кляуз, ков, стихиям,

Бард, несокрушимый бесовскими смесями, —

Плаща и шпаги рыцарь истый. Жив чем? Крылья — стихи, ими.

Жернова Фортуны, оны не сдробят и днесь.

Титан — враг предрассудкам, —

Ни шалость что, ни шутка, —

Лютый. Ни, во лжи, барски — помещичьи,

Во невод жизни в бой луки — мечи чем,

Почтивши ворога обнять, пав ниц,

От эйфории пустой сам не свой,

Ростовщичья блеф внявши блица,

Несмело падок перед пагубой

Поживы скорой, мании, — марионетка и посмешище.

Ни заправилами — во жизней воровстве, ведомый, в виршах тщет

Идущий вспять — текучим жижей чрез

Агонию глав, по трупам. Ни бес —

Зверь, недалёкий — с долларом в глазу, инфант презренный, — в безумью — дани,

Аж до слёз, —

Вне духа доброты жизнь — синтез зла: любви без, сопереживания.

Виртуоз, —

«Жираф большой, ему видней[13]». Нет взлёта вознесения без падения, —

«Ставь Фортуны колесо поперёк[14],» — и выгоды нет, без возмещения:

Мастер буффонады, неревзойдённейший артист,

Причудливых рифм, игр светотеней. Эквилибрист

Жизнепретворений высоты, — от энергетики зашкалит и вольтметр.

Раскрывшийся талантом, — отшлифовав алмаз бриллиантом, — путеводный.

Вера хриплая, Отечества. Легенда. Эпохи возрожденья, maître.

Любил в каждом вздохе, — глас поколенья, — до последней секунды народный.

2022

О жизни

Книга неудач

Ничто. Бесплотность. Эфемерность — мрак, и Синева, тьме ворог. Место явлений и

Вещей во многообразии — гипероним дали. Её соистечений

Совокупность — вещество[15]. Что есть время? — Мысль об оном. Спасшемуся — начало,

Днесь зрячему — глубокий, тщет вольному — высокий, да лжи, кругу пагуб — жало, —

Индиго выси, жизни свет, — «умом — далёким» — вдохновения предмет:

Цвет знаний, мудрости. Вокруг — в преясных небе, водах вешних, тет-а-тет

Озона кристалью, дождя совыдохе с бесстрастностью лазури — самонадеянно, зрачку пристанище, а книга — претворение.

С предлетоисчесленья мысли, в ней опыт поколений, где искони писалось, у кого не получалось что, — слёз камнепреткновенья

Сказ. Рецепта нет — да то не ново. В ней

Летопись без торжества вех, свершений, —

Оваций, лавров да пиров, — то «Неудач Книга». «Пусть на мгновение — бессмертно, музееведа

Глаза краем — во мгле найдя, её узрить,» — сквозь иллюзорность дрёмы, грёза, затем что — Клондайк Побед!

2022

Островок

Анекдот: «Пришла девушка в магазин прокладки купить, а ей молодой человек продал яхту за три миллиона долларов!»

Знал парня: скромен, смел, добряк.

Ум острый, пылок ясный взор!

Он, капитаном кораблю, моряк,

Своей мечты, — наперекор

Превратностям, неверью вопреки, —

Вёл паруса в каскады Зурбагана,

Бденно храня Цвет жизни тот, Реки,

Влеком, стремглав, потоком бурным, станом

Не согбен пред чередою бед.

В том Островке, её посредь. Дыханьем

Материнским, ею дарен, свет!

Себя вкруг, сея, радужным сияньем.

Лис, в тон нашёптывая: «Браво! Бис!»

Улыбкой ободряя хитрой,

Брат названный, игривый, мудрый, близ,

Вещал: «Играешь без пюпитра!»

Хвостом с чела сгоняя грусть юнцу.

Знал парня. Слагать о том балладу впору, — в грозу и непогоду,

В свой первый шторм Фортуны, звёзд, гонцу,

Штурвал из рук срывало. Падал, но держал! Мужая год от года.

В час трудный, сын Свободы, добрый Лис,

Соперника легко предвидя шаг,

Любви наитием, из за кулис,

Триумф момента, виртуозый маг,

Рассудка доводом, лукаво,

В миг Победы обратил! Охотник бравый,

В том Лису внемля, мысля здраво,

Вдруг спасся. Твердь обрёл, средь вулкана, лавы!

«Где здесь прокладки?» — девица в лавке, в колье бриллиантовом, намедни.

«Внемли мне!» — Лис, тихо, новобранцу.

В тон, ей же: «Будьте добры, миледи!» Сияя, пуще