Записки президента - Павел Охотин

с Вами отныне тоже друг друга не знаем и в следующий раз увидимся, и официально познакомимся только через какое-то время после Вашей инаугурации, он будет связующим звеном между нами. Когда-то давно его учили сменять династии на тронах и устраивать народные революции. И, насколько мне известно, пару раз ему даже удалось попрактиковаться. Я вверяю Вас в его тёплые руки.

– Нянька или надзиратель?

– Мы с Вами вспоминали восточные сказки. Так вот, поначалу – Ваш личный джинн из лампы, а после выборов – руководитель Вашей администрации. Мы решили, что в этом возрасте Егорычу уже пора переходить на легальное положение. Первое, что Вы сделаете завтра утром – повысите своего помощника от прораба до… нет, не министра, – он усмехнулся своим мыслям, – до уровня директора предприятия, Сергей вам достаточно предан и заслужил повышение. А то в самое ближайшее время у Вашей фирмы появится несколько очень крупных заказов, а времени на то, чтобы, как обычно, заниматься всем лично, у Вас уже не будет. А деньги где-то брать Вам будет нужно.

– Мне с каждой Вашей фразой всё страшнее жить.

– Чтобы Вас окончательно успокоить, я скажу, что Вашу первую любовь звали, – он глянул на свои листки, – Лена Иретина. Это было в детском саду и ни во что не переросло. А вы с тех пор не виделись. У неё, кстати, всё в порядке. Трое уже совсем взрослых детей-погодков, две девочки и мальчик. И на редкость счастливый брак. А нам нужно прощаться. Сейчас мои парни отвезут вас домой, а сюда привезут ещё нескольких «кандидатов в президенты», в том числе – того, кого я буду официально поддерживать на этих выборах. И, да, мне импонирует Ваш дар не удивляться. Надеюсь, у Вас получится сделать из всего вот этого такую страну, в которой хочется жить.

Когда дверь бусика снова открылась, он стоял перед моим подъездом, а парни выходили из него, держа в руках по две упаковки чешского пива. Стоило ли удивляться, что это был мой любимый сорт.

4.

Утро началось со звонка в дверь. За ней стоял Егорыч. Теперь он был одет в джинсы и свободного покроя рубаху. В руках у него была папка и какой-то пакет.

– Поздравляю с началом первого дня Вашей новой жизни. Когда умоетесь, и позавтракаете, – он помахал пакетом, – нужно будет подписать вот эти бумаги, а я пока приготовлю кофе.

– А-а-аммм…

– В душ.

После завтрака, приготовленного явно не в фаст-фуде и аккуратно разложенного по маленьким тарелочкам, он протянул мне папку.

– Здесь всё, что нужно переоформить по Вашей фирме, чтобы Ваши люди могли и дальше работать, а Вы – получать официальный доход. Кстати, позвоните бухгалтеру, сегодня к ней подъедет милая девушка, зовут Наташа, она поможет ей слегка подправить отчётность.

Я открыл папку. Моё решение о назначении Серёги директором, приказ о расширении штатного расписания, несколько договоров на крупные суммы, где подписантом с нашей стороны указан уже Сергей. Форма договора была той самой, которую я сам составил много лет назад. Там же был договор о сотрудничестве с юридической конторой, условия которого меня также устроили.

– Назначьте, пожалуйста, Сергею встречу, чтобы сообщить ему о витке карьеры и передать все эти бумаги, после этого нас будут ждать интересные люди. Машину Вашу пока менять не будем, но после встречи с Сергеем отдадим ключи одному товарищу и пару-тройку дней поездим на такси. У Вас подстукивает шаровая и неплохо бы отрегулировать клапана.

По дороге к Серёге я узнал, что через пару недель мне нужно будет переехать в небольшой домик с высоким забором в частном секторе, где никто не будет знать, что из машины выхожу именно я, а мои родители пока поживут на Кипре:

– Они же у Вас иностранными языками не сильно владеют?

– Да.

– Ну вот, а там – на четверть наш народ, то есть особых сложностей не будет. Вы только объясните им необходимость такого переезда и лёгкого изменения паспортных данных. Другими словами, из подъезда выйдут Мария и Евгений Швец, а в самолёт сядут Марина и Евгениу Шевцовы. Не хотелось бы, знаете, выслушивать по телефону чьи-то требования. Домик для них там уже подобран, охрана и кое-какая прислуга уже на месте.

Шаровая действительно подстукивала.

Вопрос с Серёгой решился быстро, челюсть у него, конечно, отвисла, но мысль о резком улучшении материального положения перевесила беспокойство по поводу усиления ответственности.

Следующая встреча была в помещении без окон и с темными стенами. Несколько светильников в виде прожекторов освещали трёх женщин «за тридцать».

– Знакомьтесь, Максим Евгеньевич. Это – Жанна, политтехнолог. Я когда-нибудь расскажу Вам, чьи кампании она организовывала.

Ухоженная блондинка с очень приятной внешностью протянула мне руку.

– Очень приятно. А это – мои девочки – Матильда и Лариса, её помощница. Матильда – имиджмейкер и PR-менеджер в одном флаконе. Давайте начнём с неё.

Матильда с копной ярко-рыжих волос и с безупречным лицом, одетая в офисный комплект из белого верха и чёрного низа, на высоких каблуках резко контрастировала с русоволосой Ларисой в рваных джинсиках и футболке. Пока Лариса выкатывала откуда-то из темноты огромное зеркало на колёсиках, Матильда, не выпуская из рук вместительную кожаную сумку, усадила меня в парикмахерское кресло под одним из прожекторов. У неё оказался довольно низкий, слегка хрипловатый голос.

– Жанночка, он у нас хозяйственник или спасатель?

– Думаю, спасатель.

– Волосы негустые и вот – намечающаяся лысина. За пять лет она обязательно увеличится. То есть у нас будет лысеющий на глазах президент. Плюс седина. Предлагаю принять превентивные меры. Лариса, бильярдный шар!

Лариса тут же набросила на меня какую-то накидку и я почувствовал вибрацию машинки.

– Но я…

– Действия этих женщин не обсуждаются, Максим Евгеньевич, – сообщил из-за плеча Матильды Глинский.

Минут через пять кресло развернули к зеркалу, из которого на меня смотрел абсолютно лысый мужик.

Рядом появилось отражение Матильды.

– Лариса, как думаешь, второй или третий?

– Скорее – второй.

– Мне тоже так кажется, – она достала из своей сумки какой-то тюбик и начала втирать в мою лысину его содержимое.

– Что это?

– Просто тональный крем. Вы уже успели где-то слегка загореть и цвет щёк заметно темнее, – она опять запустила руку в сумку, – вот визитка, – её сразу же выхватил Егорыч, – это студия загара, Вам придется пару недель походить в