Сопрано. Закулисная история легендарного сериала - Майкл Империоли

Стив: Так или иначе, ты попал на прослушивание к Дэвиду Чейзу. Как это было?

Майкл: Я очень много работал над сценами. Я снимался в эпизоде, где Кристофер убивает Эмиля «Email» Колара. Я читал сцену с Биг Пусси, в которой мы пытаемся выбросить тело в мусорный контейнер.

Ну, Дэвид сидел с непроницаемым лицом, прочитать его мысли было невозможно. По нему реально ничего не поймешь. Не видя никакой реакции, я решил, что ему скучно. Но он давал мне указания – я читал сцену, а он говорил: «Можешь сказать это немного злее?» или «А чуть тише?». Когда вы проходите прослушивание и вами командуют, вы редко мыслите как актер, потому что не уверены в себе, не понимаете, что делаете не так. И вот я думаю: «Как-то не очень все идет», но играю, жопу надрываю, стараюсь изо всех сил, потому что мне очень понравился персонаж. Наконец Дэвид сказал: «Большое спасибо», и на этом все. Я вышел из комнаты, убежденный, что все испортил, до слез ему надоел и не получу эту роль.

Стив: Я бы предпочел такое вот непроницаемое лицо, чем какого-нибудь режиссера, с которым нам всем доводилось сталкиваться: «Это было потрясающе! Фантастика! Боже мой!» Потом ты возвращаешься домой, звонит твой агент: «О, ты им понравился!» В ту же минуту, когда агент говорит, что ты им понравился, ты умираешь. Умираешь. «Ты им понравился! (Ты не получил работу)». В общем, дома ты получаешь звонок с извещением.

Майкл: И тут мне звонят и говорят, что хотят послать меня в Лос-Анджелес на прослушивание для телеканала, а это очень важно. Потому что тебя отправляют первым классом, размещают в хорошем отеле, потом ты идешь на пробы в помещение для просмотра и читаешь перед дюжиной руководителей HBO. Я был единственным, кто пробовался на роль Кристофера, или Дина, как его сперва звали. Там была Лоррейн – она претендовала на роль Мелфи.

Стив: Она номинантка на «Оскар», но они заставили ее читать?

Майкл: Да. Потом были три парня, которые пробовались на роль Тони Сопрано: Джеймс Гандольфини, Майкл Рисполи, который впоследствии сыграл Джеки Априле, и еще один актер, показавшийся мне знакомым, но я не смог вспомнить его лицо. Ко мне подошла Шейла Джаффе, директор по кастингу, и прошептала: «Это Стив Ван Зандт», – из группы E Street Band[8], на нем тогда был парик Сильвио, а не бандана.

Стив: Так что Майкл Рисполи, Джеймс Гандольфини, малыш Стиви Ван Зандт – каждый из них мог бы стать Тони Сопрано.

Майкл: Да, и – буду честен – я действительно ждал, что роль получит Майкл. Он великолепный актер, я был хорошо знаком с его работой и думал, что он вот-вот взлетит. Но, очевидно, все они были отличными артистами, очень талантливыми, и все попали в сериал.

Стив: В целом, как ты считаешь, ты хорошо проходишь пробы, или плохо, или как?

Майкл: По большей части мне доставляет удовольствие прослушиваться. Раньше мне это нравилось гораздо больше. Меня заводит соперничество и напряжение от него.

Стив: Итак, ты выиграл «Эмми» – номинировался пять раз, выиграл однажды. А на «Золотой глобус» тебя номинировали?

Майкл: Дважды, да. Я уступил «Золотой глобус» Уильяму Шетнеру и Дональду Сазерленду. Дональда Сазерленда я смог проглотить. Но Уильям Шетнер? Это слишком.

А что насчет тебя, Стив? Какова твоя история?

Стив: Я пришел на вторую серию второго сезона после прослушивания в июне 1999 года.

Майкл: Тебе понравился сериал? Ты часто его смотрел?

Стив: Я не слишком много его смотрел – был в Вегасе и не так часто включал телевизор. Я знал, что сериал популярен. Моему другу он очень нравился. Когда я сказал, что собираюсь на прослушивание, он был в восторге.

В июне 1999-го я приехал в Нью-Йорк на свадьбу и мало чем занимался. Но у меня была постоянная работа в качестве директора по развлечениям в отеле «Ривьера».

Майкл: Но к тому моменту ты уже немного снимался.

Стив: Да, у меня был агент, который мне помогал, и я кое-что сделал. Я снялся в «Короле Квинса»[9], в «Надежде Чикаго»[10]. У меня были небольшие роли, вроде швейцара в «Страхе и ненависти в Лас-Вегасе»[11]. Когда мы выгоняли Бенисио Дель Торо и Джонни Деппа из клуба, мы с Бенисио катались по полу и я сломал свои часы. Потом у меня была небольшая роль в «Казино»[12]. Если вы замедлите воспроизведение и увеличите громкость, то услышите, как я кричу: «Джоуи, берегись, берегись!» Это был мой путь к славе.

Так что, помимо проб в «Сопрано», я приехал в Нью-Йорк на свадьбу, как я уже говорил. Это была абсолютная случайность. Я прибыл в пятницу днем, а свадьба должна была состояться на следующий день. Мне по факсу прислали текст роли. Для тех, кто не в курсе: это те части сценария, которые вам предстоит читать. Вам просто дают нужные страницы.

Я пошел пробоваться на роль Скипа Липари, агента ФБР. Поднялся в офис – там была только Джорджанн Уокен. Я читаю текст Скипа Липари. Она говорит: «Не нервничай. Ты нервничаешь. Чего ты так переживаешь? Здесь только я и ты». Это меня успокоило. В смысле, я ж был тогда совсем еще зеленый.

Майкл: Когда ты только начинаешь, нервозность – это та штука, которую важно преодолеть, понимаешь?

Стив: Уж я-то понимаю как никто! И должен сказать, что я в неоплатном долгу перед Джорджанн за то, что она меня успокоила. Я прочитал текст роли, и она сказала: «Я не вижу тебя агентом ФБР. У нас есть другая роль и кое-кто, на нее претендующий, но прочти ее». Это был персонаж Бобби Бакала – сцена с Домиником в кабинете врача. Я прочитал. Она сказала: «Неплохо». Я вернулся в Лас-Вегас, они позвонили мне и заявили: «Мы хотим, чтобы тебя прослушал Дэвид». Я не собирался для него читать – не хотел тратить деньги: гостиница, авиабилеты, все такое. Но жена сказала: «Слушай, ты счастлив, только когда занимаешься кино». Так что я вернулся в Нью-Йорк, пошел на Silvercup Studios и читал Дэвиду Чейзу ту же сцену в кабинете врача. На прослушивании присутствовало пятнадцать человек. Единственные слова, которые Дэвид