Традиции & авангард. Выпуск № 2 - Коллектив авторов

Он ложится рядом, близко – так, чтобы вдыхать её дыхание. Осторожно касается волос.

– Ева, – шепчет он. – Ева, иди ко мне, Евочка. Я хочу ещё.

Елена Пестерева

Елена Пестерева родилась в 1980 году во Львове, живет в Москве. Окончила юридический факультет МГУ и аспирантуру Литературного института им. А. М. Горького. Литературный критик, поэт. Публиковалась в периодической печати, альманахах и коллективных сборниках. Автор книг стихов «Осока» (2007), «В мелких подробностях» (2018). Лауреат премии журнала «Октябрь» (2013).

Терапевт

1

Они приходят теперь,

Приносят с собой своих жен, детей, друзей,

свою боль, любовь, пустоту,

поклонников и покойников.

Я говорю: это что?

Они говорят: моя жизнь.

Я говорю: что мне делать с ней?

Они говорят: любить.

Я говорю: вы, простите, руку и сердце мне предлагаете?

Они говорят: нет.

Я кричу: что, черт подери, происходит?!

Первым встает хор мужских голосов и поет мне прекрасную лекцию о Слове, Деле и Поправке на Божественный Ветер. Говорит, я вообще не понял, а к чему тогда столько пафоса.

Вторым встает женский хор, говорит: Леночка, очень больно?

Я говорю: очень.

Говорю, у меня болит голова, радикулит и синдром застежки. Говорю, мне тяжело и мне непосильно.

Говорю, я их видеть уже не могу, закрываю глаза, засыпаю.

Говорю, и я тоже не знаю, к чему было столько пафоса.

Терапевт говорит: да ну ты чего. Столько уже приняла – и тут вдруг непосильно. Гомофобов приняла и путинцев, борцов с Украиной приняла и ортодоксов, насильников приняла и педофилов, несовершеннолетних убийц приняла и фашистов, жестоких сыновей приняла и жестоких матерей. Да ну, маленькая моя, ну не может быть, чтобы ты сломалась на чужих неверных мужьях.

Говорю, я любить их не могу, у меня все болит. Я изгнать их не могу, у меня все болит. Ничего больше не могу, твою мать, да когда оно заживет?

Терапевт говорит: сострадай сколько сможешь, а как кончатся силы – не сострадай. Если что, ты ведь помнишь, да, что я рядом?

Бог редактирует текст.

Говорит: я рядом.

2

К несчастью, мой сын все еще считает, что несет ответственность за эмоциональный фон своей матери. Я опровергаю его тысячи раз, но у него есть глаза, и он видит, что мне плохо. Поэтому он говорит: давай я не пойду в школу и мы сходим в аквапарк.

Это не фон, а фронт. Я не то что в аквапарк, я толком встать не могу. Но я вижу, что он извелся. И я говорю: давай.

Первым делом вхожу к кружевным тортилам в гидромассажную их кастрюлю. И течение меня сносит. Но я жду, пока вся растворюсь и растаю.

Часа через два я ложусь на камни хамама. Приходит мой сын. Сидит. Встает. Говорит: я пошел.

Говорю: лягушонок, уверен, что тебе тепло?

Он говорит: да, я пошел.

Рядом маленькая девочка с огромным бородатым папой, в тумане их почти не видно, она кричит: папа, папа, ну у меня горячая попа, горячие ноги, горячие руки, – взлет рук, – горячее сердце – ну можно я уже пойду!!! Борода говорит: посиди.

Точно так я разговариваю с богом.

Он говорит: посиди.

Потому что девочки просят благословения.

А мальчики говорят: ладно, я пошел.

Мне смешно, я смеюсь, борода тоже смеется, девчонка пугается. Романтическая половина хамама неодобрительно на нас глядит.

там где не мячик где она не плачет

качается на выгоревшем круге

где мамина высокая подача

и папина подача – прямо в руки

3

Через тысячу лет я говорю

Расскажи мне пожалуйста

Что в прошлый раз пошло не так

Я за тысячу лет не поняла

Я не верю что это и был лучший вариант

Я все время ищу ошибку и я не вижу

И он говорит если сможешь

то просто не бойся

Он говорит раньше я знал как надо

теперь не знаю

но если не прешь как танк

то движешься более адекватно

Я говорю был кромешный ужас

Он говорит было столько счастья словами не описать

Я говорю я была уверена что не выживу

реки крови говорю горы трупов до сих пор жутко

Он говорит не вводи меня в подробности наговорю

ерунды

Больше всего я хотела чтоб кто-то вынул меня

достал меня оттуда и спас

Больше всего я хотела вообще перестать быть

это решило бы сразу же все проблемы

Больше всего я хотела позволить страху перенести

меня в безопасное место

где ты их только берешь говорит терапевт

этих хлыщей я не знаю кричит терапевт

я говорю папа а можно ты спустишь всех с лестницы

потому что дадададада мне огромно и страшно

он говорит ну конечно мой ангел хоть сотнями

можешь потом передумать еще десять раз

4

Ты слишком сильно хочешь говорит

И слишком страстно просишь говорит

Уймись не обольщайся говорит

Самой же в ослеплении твоём

Поди и страшно

Но я же слышу что земля гудит

И купол переполненный гудит

И воздух зачарованный гудит

И звоном заполняются тела

Конечно страшно

А ты сама

поди и погляди

Или глаза

закрой и не гляди

Когда волна казалась высока

Не прыгали ложились под нее

Она легко катилась через нас

Почти не тронув

Ну разве оцарапает о дно

О гущу водорослей и медуз

И новая волна не навредит

Но точно так же спутает сметет

Выталкивает к берегу и вновь

С собой потащит

Он говорит глаза не закрывай

И говорит как следует держи

И говорит дыши дыши дыши

По всяким я не знаю пустякам

Вот так и ладно

5

Он говорит хорошо ну