Детский сад. Книга 9 - Ульяна Каршева

— Почему не на нашем кладбище?

Перед завтраком Ивар подошёл к Селене и сказал:

— Я останусь у вас ещё на несколько дней.

Глава одиннадцатая

Перед тем как отправить “ясельников” на детские площадки в саду, Селена привычно посидела с ними в детском уголке гостиной. Сегодня она была даже благодарна ЧП в школе, потому что Анитра обещала помочь Вильме с малышнёй, а хозяйку Тёплой Норы, соответственно, освободить от обязанностей по дому… Дверь тамбура то и дело хлопала: довольные, что у них впереди ещё два свободных дня, школьники деловито разбегались по интересам. Кто — в учебку, кто — в ангары (день выдался по-осеннему холодный, но ясный, с высоким голубым небом), а кто — и вовсе просто погулять, например, на пруд порыбачить, к радости Веткина и Тиграши, а также Пирата, которого взяли с собой: в одиночку пёс не любил ходить далеко от Тёплой Норы.

Дверь в очередной раз открылась, но не хлопнула, придержанная. Селена оглянулась и увидела Джарри. Тот коротко улыбнулся ей и вышел.

Кого — кого, а семейного она понимала как с полуслова, так и с улыбки. Улучив минутку, встала с кресла. Уже у порога осмотрела детский уголок, чтобы убедиться: за время разговора с Джарри здесь ничего экстремального не произойдёт. Точней — отыскала главную головную боль на сегодня. Ивара. Удивилась, одновременно чувствуя горечь: он сидел прямо внутри одного из манежей и вместе со Стеном играл в автомобильчики. Играл азартно, только что не гудел, изображая звук мотора, как гудел её младший сынишка. Опомнилась: и что? Что в её мире, что в этом — везде есть дети, лишённые привычных другим игр…

И она тихонько вышла из гостиной, размышляя уже об ином: Аманда, семейная чёрного дракона, всё удивлялась, что Селена растит Стена как одного из воспитанников Тёплой Норы. Но как можно выделять сынишку в толпе детей, лишённых родителей? Поэтому у Стена оставалась только одна привилегия: ночью он спал в комнате родителей.

Быстро прошла веранду в бывший кабинет — уже с другой мыслью: почему её вызвал Джарри? По некоторому напряжению в его лице она всегда знала, что семейный придумал нечто, в чём сомневался. И тогда он нуждался в понимающем собеседнике — или даже просто слушателе: Джарри был из тех, кто, высказав мысль вслух, сам начинал понимать её достоинства и недостатки.

В “личном убежище” Селена обнаружила не только Джарри, но и старшего сына.

— До прихода Аманды с Люцией, насколько помню, у нас есть минут пятнадцать-двадцать, — сразу начал Джарри, хлопая ладонью по дивану, между собой и Коннором и таким образом приглашая Селену сесть рядышком. — Я немного прикинул факты, которые у нас есть. Мы знаем, что Ивар в начале войны жил в приюте. Примерно в таком, в каком жили Колин и Ирма. Наш Коннор в день начала войны вместе с родителями ехал тоже по пригороду. Хотя (он посмотрел на старшего сына) ваш дом, то есть квартира, находился в другом районе города, ближе к Старому городу. По моим расчётам получается, что в тот день твои родители, Коннор, ехали забирать Ивара из приюта.

Коннор, ссутулившийся, оперевшись локтями в колени, посидел немного в этой же позе, а потом выпрямился и прислонился к диванной спинке.

— Ты говоришь, что послал ветер искать Ивара, предварительно сбросив в него капли своей крови. И ветер быстро привёл вас к нему. Значит, мы можем не сомневаться, что Ивар — твой родственник.

— О чём вы говорите? — уцепилась за слова Джарри встревоженная Селена. — О каком ветре?

— Подробней расскажу позже, — пообещал Джарри. — А сейчас только нужное: мальчишки сегодняшней ночью проследили за Иваром. Так, Коннор. Я остановился на том, что твоя кровь подтвердила ваше родство.

— Есть ещё кое-что… — медленно, не решаясь сказать сразу, потому что сомневалась, проговорила Селена и тут же смущённо предупредила: — Я не могу поручиться, что видела во сне именно что-то из прошлого. Возможно, откликнулись мои тревоги и страхи. А может, это было то же самое, что со вчерашним сном о гибели твоих родителей, Коннор.

— Не тяни, — нетерпеливо попросил старший сын.

— Ближе к утру, перед подъёмом, я видела сон, — медленно, вспоминая, проговорила Селена. — Ивар сидит на лестнице какого-то здания. Он держится за ременные ручки туго набитой сумки и смотрит на дорогу. Будто кого-то ждёт.

— Магические свойства крови изучаются дотошно, — задумчиво сказал Джарри, глядя на семейную, — но так и не изучены досконально. Но ты очень сильный маг, хотя и не успеваешь совершенствоваться…

— Мама Селена, — перебил отца Коннор, — а как ты поняла, что это Ивар? Тогда он был совсем маленьким — девять лет ему было! И голова у него наверняка была не бритой, а значит — лицо плохо узнаваемо!

— А я его и не видела. Это я сидела на ступеньках лестницы с сумкой вещей и ждала кого-то. — Она пожала плечами. — Там ещё что-то было. Помню — я встала и что-то увидела, но не то, чего ожидала… То есть всё происходило, как в том твоём магическом воспоминании! Я тогда была тобой. А сегодня утром я была Иваром.

— Сходится, — медленно сказал Джарри. — Родная кровь. Коннор, твоя кровь знает об Иваре. Но сознание поставило блок на прошлом. Итак, твои родители, захватив тебя, приехали в пригород за Иваром. И мальчик знал об этом. Он приготовился к отъезду и сидел на лестнице в ожидании. А это значит, что и документы на него были уже готовы. И, если бы не война… Поэтому я и предлагаю следующее. Селена, ты собирала сведения о наших детях. Где хранятся копии документов на них?

— В муниципалитете, в помещении архивов! — Селена чуть не задохнулась от сильного чувства: как легко узнать, кто же такой Ивар!

— И вы оба, — снова взглянул на Коннора Джарри, — с сильным даром некромагии и некромантии. Едем в город?

— Но мы не знаем его имени, — чуть не испуганно напомнил Коннор.

— Мы будем искать приют, когда-то расположенный в пригороде, причём примерное представление о том, где он тогда находился, у нас тоже есть. Это раз. Два — будем искать имена всех воспитанников, которых должны были забрать в день начала войны. И тогда… — Джарри глубоко вздохнул и ободряюще улыбнулся. — Тогда мы легко найдём Ивара.

— И всё-таки я не понимаю, почему он сам не хочет назвать своё имя