Наследнички 3 - Алексей Игоревич Ильин

— Да не прижимайся ты так ко мне, — прошипел Ванька. — Что наши отцы подумают?

Их отцы в это время на детей не смотрели. Они наблюдали за Виталием Керном, спускавшим Кодекс и устанавливающим его на специальную подставку.

— Ну что же, — голос председателя Совета заставил Ваню и Ксюшу вздрогнуть и повернуться в его сторону. — Кто из вас задаст Кодексу, интересующий не только вас, давайте говорить откровенно, вопрос?

— Если этот вопрос интересует не только нас, то, может быть, кто-то из вас его задаст? — быстро спросил Ванька.

— Молодец, — Виталий хохотнул. — Долго думал, пока эту замечательную мысль рожал?

— А почему сразу нет-то? — Подоров-младший насупился.

— Потому, Ваня, что Константин дал задание именно вам отыскать ответ на вопрос о природе источников силы. И Кодекс такие нюансы очень хорошо чувствует. — Терпеливо пояснил сыну Матвей. Его уже пару дней терзали странные предчувствия. Он даже написал рапорт на имя Кости о предоставлении ему недельного отпуска, просто так, на всякий случай. — Иди уже, открывай Кодекс. — Сказал он сыну, встал со скамьи и подошёл к Ушакову, встав рядом с ним.

Ванька на негнущихся ногах пошёл к подставке, на которой лежал огромный фолиант. Ксения всё ещё цеплялась за него, поэтому на автомате пошла за ним. Встав перед Кодексом, Ванька протянул слегка подрагивающую руку и положил её на тёплую обложку. Мысленно сформулировав вопрос, он призвал силу.

Сначала ничего не происходило, а затем раздался хлопок, и Ваньку отшвырнуло от Кодекса. Парень упал на задницу, после чего завалился на спину, а на него сверху приземлилась Ксения, вышибив дух.

— Что это с ним? — Трое мужчин, стоявших неподалёку, одновременно сделали шаг в сторону неадекватной книги. Виталий недоумённо посмотрел на лежавших молодых людей. — Такое чувство, что ты его чем-то разозлил, — добавил он распластавшемуся на полу Ивану.

— Да что я такого сделал? — простонал парень. — Ему что, вопрос не понравился?

И тут из Кодекса полилось свечение, и в сторону замерших людей полетел свёрнутый в свиток лист бумаги, перевязанный кокетливой ленточкой.

— Что это? — Егор ловко перехватил летевший прямо в него лист, нахмурившись, стянул ленточку и развернул послание Кодекса. Вместе с ним над свитком склонились Матвей и Керн. — Что это такое? — Ушаков опустил руку и уставился на дочь. — Ксения! — девушка вздрогнула и уставилась на отца. Она впервые видела его в такой ярости, в то время как эта ярость была направлена на неё саму. — Ты вообще собиралась нам с матерью сообщать?

— Сообщать, что? — пискнула Ксюша.

— То, что, воспользовавшись оказией, выскочила замуж за этого молодого раздолбая! — Егор посмотрел на свою руку и увидел, что Матвей пытается забрать у него свидетельство о браке, так любезно предоставленное им Кодексом.

— Мы подумали, что это шутка, — пробормотал Ванька. — Я уничтожил свидетельство и не думал, что всё это законно. Да нас даже на церемонии не было!

— Господи, как так получилось, что я произвёл на свет придурка? — простонал Матвей, падая на скамью и закрывая лицо злополучным свидетельством. — Ведь ничего же не предвещало. Рассказывай! — Рявкнул он, глядя на поднимающегося с пола сына.

Ваня переглянулся с Ксенией, и они начали наперебой рассказывать о своих злоключениях. Керн в это время убирал Кодекс, в то время как Матвей и Егор слушали своих детей, скрестив руки на груди.

— И мы не знаем, что сейчас делать, — убитым голосом произнесла Ксения.

— У меня есть очень большое желание оставить всё как есть, — процедил Егор. — Лично меня этот брак вполне устраивает.

— Вы подтвердили его? — хмуро спросил Матвей.

— Что? — У Ваньки от всего произошедшего разболелась голова, и он плохо соображал.

— Вы спали вместе после того, как попытались уничтожить свидетельство? — расшифровал вопрос Матвея Керн, подходя ближе.

— Что? Нет! Я вообще никогда не спал с Ксюхой, — зачем-то добавил Ванька, а Ксения при этих словах так яростно на него посмотрела, что это не ускользнуло от её отца.

— Кодекс, кроме всего прочего, заботится о сохранении кланов. Но теперь понятно, почему он так на вас разозлился. Молодой мужчина, женившийся на прекрасной девушке, осмелился подойти к нему с дурацким вопросом, в то время как сам игнорирует свой долг мужа. — Протянул Виталий Павлович. — М-да, заварили вы кашу. И это ещё хорошо, что подробности выявились именно сейчас. А если бы позже? Например, когда кто-то из вас собрался бы сочетаться браком с кем-то другим? Вы вообще подумали, насколько бледный вид имели бы ваши отцы?

— Я тоже за то, чтобы оставить всё как есть, — внезапно ответил Матвей. — Как представлю, насколько счастлива будет моя мать… Да и Костя ничего не говорил мне насчёт планов клана на тебя. В любом случае недовольным он от такого расклада точно не будет. — Матвей немного успокоился, начал мыслить рационально и теперь насмешливо посмотрел на сына.

— Но, разве совсем ничего нельзя сделать? — Прошептала Ксения. Сама она поймала себя на мысли, что не чувствует отторжения от мысли о Ваньке, как о своём муже. Уж лучше он, чем Вовка Вольф, промелькнула у неё в голове. Вот только она не хотела ему навязываться.

— Ну что, Егор, съездим с ними в тот отель и попытаемся выяснить подробности? — вздохнув, спросил Матвей у Ушакова. — Возможно, есть вариант быстро и безболезненно расторгнуть брак? Всё-таки он проводился не на территории Российской империи, и любого скандала можно будет избежать. Тем более что они так против и брак не подтверждён.

— Ладно, давай попробуем. На тебе самолёт и Лейманов, а я позвоню Косте и объясню ему ситуацию. — Немного подумав, ответил Ушаков, а затем повернулся к притихшим Ваньке и Ксении. — Но вы морально себя на всякий случай подготовьте, что ничего нам изменить тихо-мирно не удастся, и всё останется как есть.

* * *

Белоснежная кошка, удобно устроившаяся на большой ветке растущего неподалёку от могильника дерева, вздрогнула во сне и подняла голову. Первое время она даже не поняла, что