Ван Ван из Чайны 2 - Павел Смолин

там не видел? Очередных криворуких любителей повыигрывать у традиционно слабых в теннисе азиатов? Пришлось сесть рядом и сделать вид, что внимательно смотрю и слушаю. Это было утром, перед вылетом из Шанхая, сразу после завтрака, состоящего из парочки вареных яиц и стаканчика сока. А сейчас, когда мы прибыли на корт, я голоден и провожаю жадным взглядом торговцев чаем и перекусам, сбежавшимся с округи окучить полнехонькие трибуны. Полнехонькие моими фанатами.

Подъезд к корту и трибуны охраняла полиция, что спасло меня от окружения радостной и просящей фотографии толпой. Над головой летал небольшой дрон — Ли приобрел себе дополнительный инструмент для съемок, пообещав, что не будет вторгаться этой штукой в пространство корта, подставляя меня под дисквалификацию. Пусть развлекается.

— Не мешайте спортсмену настраиваться на игру! — загородил меня от фанатов тренер Ло. — Уважаемый офицер, прошу вас помочь нам добраться до раздевалки, — привлек на помощь полицейского.

Шагая между тренером и полицейским, я всем видом сигнализировал фотографирующим и снимающим меня фанатам — на удивление много людей среднего возраста, хотя мои плюс-минус ровесники в несомненном большинстве — что охотно уделил бы им время, но приходится слушаться тренера.

В раздевалке я принялся облачаться в красную майку, красные шорты, красные носки с красными напульсниками — всё, кроме «пельменной» майки, с логотипом ANTA, как и кроссовки. Представитель компании, оказавшийся удивительно молодым — ему двадцать три — для «заместителя руководителя», упакованным в пиджак улыбчивым очкастым мужиком с настолько «корпоративной» аурой, что у меня чуть зубы не свело, вчера привез в отель пару огромных мешков всего подряд. Примерка и отбор «рекламируемой продукции» заняли остаток вечера, и тренер Ло конечно же счел нужным поучаствовать в процессе, тщательно прощупывая каждый предмет и заставляя меня во время примерки демонстрировать теннисные приемы и банально прыгать и немножко бегать. Как будто я сам не знаю, как и что выбирать!

Насчет молодости уважаемого Сун Да вопрос задал тоже тренер, и тот объяснил все очень просто:

— Отдел интернет-маркетинга относительно новый, и руководством компании было решено дать шанс проявить себя в нем молодым сотрудникам.

Логично. Так-то существует немалое количество людей среднего и пожилого возраста, которые хорошо знают Интернет и его законы, но здесь лучше и впрямь положиться на молодежь.

Пока я переодевался, тренер Ло не терял времени, занимаясь стандартной тренерской фигней в виде совершенно мне не нужного зудения:

— Погода отличная — ветра нет, солнце скрывают тучи, значит ни то, ни другое не будет тебе мешать. Покрытие корта тебе хорошо знакомо — в Гонконге было так же. Стой, не пей воду, — не дал мне взять протянутую Ли бутылку и вынул из сумки другую бутылку. — Пей сок, — протянул мне. — Он даст тебе углеводы и энергию.

Я бы лучше позавтракал нормально — к этому времени организм бы как раз достиг баланса между полным желудком и голодом, не влияя на подвижность, но и не отвлекаясь на желание скушать паровую булочку со свининой. Да, спортивную диету соблюдать нужно, я это понимаю, но незнакомый диетолог зачем-то прописал избыточно строгую. Я на ней похудею, ничуть не прибавив в подвижности, зато потеряю в банальной физической силе.

Отпив сока, я продолжил переодеваться, а тренер — зудеть:

— К вечерней игре, судя по прогнозу погоды, поднимется небольшой ветер, но тебе все равно придется его учитывать. Постарайся обратить его в преимущество — да, мяч гораздо тяжелее, чем воланчик для бадминтона, но как бадминтонист ты должен уметь работать с ветром. Закончил?

— Да, тренер Ло, — уныло подтвердил переодевшийся я.

— Садись, — указал он на скамейку.

— Может лучше на трибуны? — поспорил я.

— Нет! Там тебе будет мешать настраиваться на игру толпа, — заявил он.

Нет, это ты мне мешаешь!

— До сих пор ты все делал неправильно, — с важным видом поведал Ло Канг начинающей звезде Большого тенниса. — Да, пока тебе везло, но с таким халатным отношением однажды ты наткнешься на соперника, который сделает из тебя котлету. Если ты успеешь зазнаться к этому времени, рискуешь закончить как тот обезумевший японец. Тебе помогут только дисциплина и стальная воля…

— Пойду камеру установлю пока, — сломался Ли и свалил из раздевалки.

Я тоже хочу!

Даже не заметивший, что нас стало на одного меньше Ло Канг тем временем продолжал:

— … Отныне тебе запрещено рисковать и рисоваться на камеру. Отныне ты представляешь не только себя, но еще и наш прославленный университет и Китайскую ассоциацию Большого тенниса. Отныне ты — профессиональный спортсмен, от поведения которого зависит многое. Больше никаких рисковых приемов — если бы не вмешательство самого Неба, соперники еще на первом турнире наказали бы тебя за техники высокого уровня, к которым ты совсем не готов.

Хуже бор-машины зудит!

— Никаких выходов к сетке! Никаких «топ-спинов» и тем более «драй-воллей». Спокойный, академический теннис — вот то, что приведет тебя к нормальным турнирам. Сосредоточься на крученых — при правильном использовании эта простая техника позволит тебе…

И это все — за мои же деньги! Нехорошее в душе нашептывало «проиграй ему назло!», но я же себе не враг — на «нормальные турниры» мне и самому хочется. Без «крыши» в виде ассоциации и профессионально убивающего мои сильные стороны тренера от родного университета мне в Китае ловить нечего: мы тут муравейник, поэтому тащить на своей шее толпу паразитов мне так и так придется. Терпим, киваем, иногда вставляет «да, тренер» и «спасибо, тренер».

Ло Канг «иссяк» через два десятка минут и за десять минут до моего выхода на корт. Обрадовавшись, я полез за телефоном, надеясь с его помощью спастись от скуки, но чертов тренер был другого мнения:

— Не отвлекайся на ненужное! Сиди и настраивайся на игру!

— Простите, тренер Ло, но «настраиваюсь на игру» я лучше всего при помощи переписки с родными и чтения комментариев от фанатов, — поспорил я. — Я полностью понимаю ваше желание помочь и осознаю лежащую на мне ответственность представителя Цинхуа и Китайской ассоциации Большого тенниса. Еще я теперь являюсь живым манекеном для уважаемой фирмы «ANTA», и ее подводить и позорить то же не намерен. Я ценю вашу заботу и уважаю ваш профессионализм, тренер Ло, но разве необходимо ломать то, что прекрасно работает?

Выслушав меня с невозмутимой миной, Ло Канг спросил:

— Ты закончил?

Провал.

— Да, тренер Ло, — уныло подтвердил я.

— Тогда