Облачный сон девяти - Ким Ман Чжун

Госпожа Цой кликнула Чхун Ун и представила ее государыне. Императрица одобрительно отозвалась о красоте Чхун Ун, велела девушке подойти ближе и сказала:

– От принцессы Нан Ян нам известно, что ты обладаешь поэтическим дарованием. Не сочинишь ли ты нам стихи?

Чхун Ун низко поклонилась:

– Разве смею я заниматься стихоплетством перед лицом всемогущей императрицы? Но если ваше величество приказывает, я попытаюсь выдержать испытание. Прошу дать мне тему.

Императрица протянула ей сочинения принцесс и Чин Чхэ Бон.

– Можешь ли ты сочинить стихи наподобие этих?

Прошло немного времени – Чхун Ун преподносит государыне свое творение:

Когда о счастье людям я вещаю,

      в душе отраду чувствую невольно.

Сейчас дворец в великом ликованье:

      нашел подруг наш феникс, все довольны!

Вокруг земля в сиянии весеннем.

      Как в облаках, дерев цветущих кроны —

Так разве для себя нельзя сорвать мне

      хотя бы веточку одну из миллиона?

Императрица внимательно прочитала стихи, передала бумагу принцессам и сказала:

– Я и не думала, что Чхун Ун так талантлива!

– В этих стихах, – говорит принцесса Нан Ян, – она себя сравнила с сорокой, Ян Со Ю – с фениксом, а нас – с его подругами. Нам это очень приятно! Особенно хороша последняя строка, где высказано пожелание всегда быть вместе с нами. Стих этот вобрал в себя творения классиков и вместе с тем содержит что-то новое, необычное. Прекрасные образы, совершенная форма! Я думаю, Чхун Ун оправдала старинное выражение: «Когда птица ищет защиты у человека, человек становится добрым».

После этого Чхун Ун велено было представиться госпоже Чин. Принцесса Нан Ян говорит ей:

– Эта девушка – госпожа Чин Чхэ Бон из Хуаинь, подружись с ней!

– Это та самая госпожа Чин, которая сочинила оду «Плакучая ива»? – воскликнула Чхун Ун.

Чхэ Бон удивилась:

– От кого вы слышали о «Плакучей иве»?

– От господина Ян Со Ю, – отвечала Чхун Ун. – Он не раз вспоминал вас и декламировал эти стихи.

Чин Чхэ Бон была растрогана:

– Оказывается, господин Ян помнит обо мне…

– Как вы можете так говорить? – возмутилась Чхун Ун. – Он носит ваши стихи на груди; когда вынимает – льет слезы, когда читает – вздыхает тяжело.

Чхэ Бон заплакала:

– Если это действительно так, я никогда не забуду его, сохраню любовь к нему до самой смерти, пусть даже и не увижу ни разу!

И она рассказала всем, как появились на ее веере стихи Яна.

Чхун Ун говорит:

– Господин Ян знает, какое у вас…

Что она хотела сказать – так и осталось неизвестным, ибо в это время вошел слуга и доложил, что супруга наместника Чона покидает дворец. Обе принцессы, Чин Чхэ Бон и Чхун Ун поспешили проводить гостью. Императрица обратилась к госпоже Цой:

– Скоро возвратится Ян Со Ю и вновь станет просить у вас руки Гён Пхэ. Принцесса Ён Ян – теперь моя дочь, я хочу выдать ее замуж вместе с принцессой Нан Ян; вы позволите мне сделать это?

Госпожа Цой почтительно отвечает:

– Я ожидаю приказаний вашего величества!

Императрица смеется:

– Маршал Ян трижды отказывался выполнить волю Сына Неба, желая взять себе в супруги вашу дочь, и за это я хочу разок проучить его. Есть такая поговорка: «Не было бы счастья, да несчастье помогло!» После того как маршал вернется из похода, сообщите ему, что барышня Чон серьезно заболела. В прежних своих прошениях на высочайшее имя он писал, что лично видел Гён Пхэ; посмотрим, узнает ли он ее в день бракосочетания!

Отвесив поклон в знак того, что она выполнит августейшую волю, госпожа Цой покинула дворец. Дочь проводила ее до ворот. Затем новая принцесса подозвала Чхун Ун и рассказала ей, как лучше обмануть маршала.

– Я не фея и не злой дух, – сказала Чхун Ун, – но что-то мне не хочется обманывать господина Яна. Разве это честно?

– Это не наше дело, – утешила ее Гён Пхэ, – на то есть приказ императрицы!

Чхун Ун, затаив улыбку, ушла.

Ян Со Ю слушает лукавые речи Чхун Ун

А в это время воины маршала Яна вновь пили воду из озера Белого Дракона – силы их восстановились, они рвались в бой. Маршал созвал военачальников, договорился с ними о плане сражений, и под стук барабанов войско выступило.

Сильнейший, получив опал «Кошачий глаз», понял, что войско маршала Яна уже миновало долину Баньшагу. Страх обуял его. Он созвал подчиненных и стал советоваться с ними: не лучше ли сдаться? Но подчиненные схватили Сильнейшего, связали его по рукам и ногам и выдали маршалу.

Построив войска, маршал ввел их в крепость. Грабежи были запрещены, мирные жители занялись своими делами. Маршал поднялся в горы Куньлунь, велел установить на одной из вершин каменный обелиск и лично начертал на нем слова, прославляющие великие деяния страны Тан. Затем его войско с победной песней двинулось в обратный путь.

Вот и земли Циньчжоу. Здесь уже осень: горы и реки безлюдны, небо и земля прохладны, печально поникли замерзшие цветы, тоскливо кричат пролетающие гуси, подгоняя путников…

Вечером маршал остановился на постоялом дворе. Душа его была охвачена какой-то тоской, он никак не мог заснуть и все думал…

«Прошло уже три года, как я покинул родину; как там моя матушка? Силы у нее уже не те; кто поможет ей приготовить завтрак и ужин, кто станет ухаживать за ней во время болезни?.. Война кончилась, и снова все стало на свои места, но до сих пор я не выполнил своего сыновнего долга. Так не должен поступать человек! Правда, долгое время я был занят государственными делами, пришлось даже отложить женитьбу. Я преодолел путь длиной в пять тысяч ли, усмирил миллионы варваров – император непременно наградит меня большим чином и отблагодарит за победы над врагом отечества. Но я откажусь от наград, пожалуюсь на свое положение и настойчиво буду просить разрешения на брак с дочерью наместника Чона – Сын Неба не сможет отказать мне теперь!»

Подумав так, он немного успокоился, лег в постель и задремал. И приснился ему сон…

Тело его вдруг стало невесомым, он взвивается ввысь и попадает на небо, во Дворец семи драгоценностей, плывущий среди прозрачных пятицветных облаков. К нему приближаются две феи и преклоняют колена.

– Вас приглашает к себе барышня Чон!

Он последовал за феями. Перед ним – широкий двор, кругом множество цветов, жемчужный свет слепит глаза. В белояшмовом павильоне сидят