"Обручальник" против - Ника Дмитриевна Ракитина

— Мряф! — подтвердил Герострат.

Клюева хотела уж было поднять подношение, но Андрей остановил, поймав за локоть.

— Анна Панфильевна, посмотрите-ка, — махнул рукой Цапкиной, — не от фартука ли вашей горничной этот лоскут? От того, что она, по вашим словам, специально порвала.

Скандалистка протиснулась вперед, раздвинув других гостей, и тоже хотела поднять узелок, но поймала взгляд сыщика и руки за спину спрятала.

— Похож, — буркнула недовольно. — Только пока не рассмотрю, не стану утверждать.

— Летягину позовите, — велел Звягинцев, непонятно к кому обращаясь. — Будьте свидетелями, господа. Виктор Куприянович, подойдите.

Лишь после этого поднял узелок, положил его на ближайший столик и принялся развязывать. Затянут тот был на совесть, пришлось Андрею повозиться. А тут и Клавдия Кондратьевна подошла. И ахнула, когда в раскрывшейся тряпице обнаружились дешевые серебряные украшения. Только и выдохнула:

— Глашенька!

— Это в ларце было? — уточнил сыщик, и женщина кивнула. — Анна Панфильевна? Имейте в виду, я ведь и сам фартук найду.

— Грязный он. А так вроде похож, хлопчатый фартук я ей справляла, — раздраженно отмахнулась Цапкина и принялась обмахиваться огромным веером. Из страусиных перьев.

Мариана присела на корточки перед Кисей.

— Спасибо! — прошептала так, чтобы никто не услышал.

Собачка радостно завиляла хвостом и протянула лапку. Клюева честно ее пожала. А когда встала, Звягинцев поманил ее к себе. Он как раз передал капитану улику — для сохранности.

— Мы раскрыли дело? — робко поинтересовалась Клюева.

— Да бог с вами, Марина Викторовна, — вздохнул Андрей. — Случайную кражу мы раскрыли. А вот доказательств, что именно Фекла Холуева меня столкнула, у нас нет. Да и к разгадке исчезновения Глафиры Летягиной не приблизились. Но если повезет, последнее мы сможем исправить. Идемте-ка, пока темнеть не начало.

И, подхватив Марину под руку, повел ее на нижнюю палубу. На правый борт. Да еще и почти на то место, откуда помощница в реку за ним прыгала. Сразу стало неловко и мысли всякие в голову полезли… неуместные сейчас. Да и вообще глупые. Особенно, если вспомнить, сколько до ужина осталось, когда…

Однако Звягинцев вовсе не собирался по новому кругу стыдить помощницу. Он заглянул через борт на внешнюю обшивку, потом отошел чуть в сторону и поманил Клюеву за собой.

— Что? — не поняла Марина, тоже полюбовавшись, как плещется Дунька о кораблик.

— На борту смотрите. Не видите?

Она пригляделась. Что-то там, прямо под тем местом, где стоял Андрей, колыхалось, едва заметное, словно клок волос или шерсти Герочки прицепился к борту. Марина посмотрела вопросительно на сыщика, но тот и внимания не обратил, лег на ограждение животом, почти перевесился наружу, пытаясь дотянуться до страной этой штуки.

— Андрей Ильич! — взвизгнула Клюева, двумя руками обхватив любимого начальника, чтобы удержать.

В глазах потемнело от ужаса: вот сейчас он равновесие потеряет и снова в реке окажется! И что ей делать? Опять в платье, как дуре, прыгать? Это, Глафирино, так легко не снять. Она и свое-то не сообразила скинуть, а пока сейчас провозится, он же утонуть может!

— Что⁈ — Андрей разогнулся мгновенно, схватил за плечи уже ее. — Марина? Что случилось?

— Не смейте! Не смейте снова… падать… я… Мне что, снова за вами прыгать⁈

— Падать? — он перевел дыхание. — Падать, значит… Не собирался я падать, Марина Викторовна. И прыгать за мной не нужно. Я же объяснял, просил. Я хорошо плаваю.

— Падать не нужно в воду! А я все равно за вами прыгну! — от пережитого мгновенного страха горло стягивало спазмом, слезы были готовы в любую секунду брызнуть из глаз. — Потому что, если вы… вы… я же без вас…

— Вы без меня — что?

И такая улыбка на лице сыщика мелькнула… не насмешливая, нет, а словно… хулиганская, что ли. И в то же время… что в ней еще было? Надежда? Предвкушение? Какого вот ответа он ждал? И почему наклонился так близко? Еще чуть-чуть, и носами они столкнутся. И сердце колотится, и отвечать надо что-то… взрослое. А то же опять…

Все эти мысли за секунду в голове пронеслись. Понимая, что снова будет выглядеть глупой, как ни старайся, Марина почти выкрикнула то единственное, что показалось хоть каким-то оправданием:

— Я без вас ни одного дела не раскрою!

Улыбка с лица Андрея сползла. И зябко стало, пусто как-то.

— Раскроете, Марина Викторовна. И не одно. Все у вас еще будет, — сказал ровно. — А сейчас нам бы улику вытащить, — он огляделся по сторонам. — Эй, парень! — крикнул матросу, надраивавшему палубу. Тот обернулся. — Багор нужен. Не подскажешь, где взять?

— Принесу, — откликнулся тот и не без удовольствия отставил швабру.

С багром пошло веселее. Еще бы любопытные вокруг толпиться не начали и советы давать. Но сыщик все же справился, подцепил крюком странный этот пучок, зацепившийся непонятно за что, вытащил.

— Пенька размочалилась, — задумчиво произнес матрос — тот, что принес багор и после активно принимал участие советами в извлечении улики.

— Не канат? — уточнил Андрей.

— Да вроде нет, — пожал парень плечами. — Вы, господин сыщик, о том у боцмана спросите. Мартын Наумович свое хозяйство знает, он точно определит.

— Пойдем к боцману? — спросила Клюева начальника, с трудом сдерживая зевоту.

Ранняя побудка и монотонная работа с отпечатками сделали свое дело — спать хотелось так, что хоть прямо тут, на палубе, пристраивайся прикорнуть. Звягинцев посмотрел на помощницу с сомнением, покачал головой.

— Отдохнуть бы вам, Марина Викторовна. Совсем я вас загонял. Вы же так и не поспали утром? — она отрицательно мотнула головой. — Ну вот и идите, хоть часик до заката покемарьте. А то к ужину совсем расклеитесь.

К ужину! Будь он неладен, тот ужин! Сразу стало тоскливо, и Клюева, чтобы скрыть подкатившее разочарование, вежливо поблагодарила сыщика и поспешила сбежать.

На душе было паскудно. Зачем, вот зачем он напомнил про ужин? Так все хорошо было! Или не было? То улыбается ей одной, то как на совсем чужую смотрит. Может, и к лучшему, что закончится все сегодня. Ну какая она ему невеста, в самом деле? Ложь случайная, в сплетни вылившаяся. Да и пусть их, те сплетни. Никто от них не убережется. Поболтают и перестанут, новые темы появятся. А сами не появятся, так господин Футиков,