Хозяйственная помощница для идеала - Виктория Дмитриевна Свободина

Что именно, мама договорить не успела.

— Жених тот же самый? — пораженно произносит фотограф, округлив глаза. — И… получается, дата свадьбы та же. Адрес ресторана, фотограф. Только невеста другая, еще и беременная? — Сергей сделал паузу, и вдруг руки его ослабели. Резко отпустил все еще висящую на нем маму и отступил, громко выдохнув. — Ох-ре-неть. Я многое работая на свадьбах повидал, но такое впервые.

— Не переживайте, я не приглашенный актер, — тем временем, спокойно и чуть насмешливо произносит Демид. — Вам нужны документы на владение машиной? Если не верите, могу выписку с одного банковских счетов показать. Это скорее я куплю Мару, если она, конечно, того пожелает.

Мама, к слову, потеряв опору, упала, плюхнувшись пятой точкой на ступеньку крыльца. Из всех, кто был поблизости, кажется, только я двинулась в ее сторону, чтобы поднять, но Демид не дал, прижал к себе, вроде мягко, но хватка железная. А мама даже не запричитала из-за своего падения. Глаза круглые, изумленные, выражают полнейшее недоумение происходящим.

— Думаю, мы все выяснили? Я не актер, а всего лишь очень состоятельный поклонник Мары. У Мары, кажется, тоже никаких плохих намерений нет, приглашения в наличии, так что мы пойдем.

Громов тянет меня за собой, внутрь зала, вместе с нами заходит Сергей и остальные гости, последние отводя глаза от сидящей на крыльце и о чем-то сильно задумавшейся мамы.

— Не в моих принципах отказываться от заказов, — говорит Сергей, прежде, чем от нас отойти и заняться своей работой. — Так что я уже закончу, один час оплаты остался. Но вы все равно, если что, обращайтесь, на беременные фотосессии тоже могу очень хорошую скидку сделать.

— На такую фотосессию, если вдруг возникнет необходимость, скидка не понадобится, — с усмешкой отвечает фотографу Громов. — За нее еще приплачу и проставлюсь сверху.

— Договорились, — фыркает Сергей. — Боюсь, в этот раз фотографии молодых выйдут не особо удачными.

Глава 22

Кажется, со свадьбой сестры что-то идет не так. Настолько не так, насколько я и близко себе не представляла. Нервно поглядываю на улыбающегося шефа. Опасаюсь, что Демид очень даже на драку нарывается. Расклад сил тут все же не в нашу пользу.

— Какой симпатичный зал, — остановившись в центре и с любопытством оглядываясь, говорит начальник. — Довольно уютно и в приятных тонах.

Забавно. Босс смотрит на зал, и будто не замечает, что зал смотрит на него. На нас и правда направлены взгляды почти всех тут присутствующих.

— Ага, я долго подбирала и искала подходящий, так чтобы и цена не кусалась, и достаточно просторно, ну и красиво. При этом не слишком далеко ехать и удобно добираться.

— Но тут еще и украшения зала отлично, со вкусом подобраны.

Киваю, и сама начиная с любопытством оглядываясь. От украшений мне удалось отказаться, но молодые все перезаказали, причем, видимо, попросили ничего не менять. Довольно интересно смотреть на воплощение своих идей.

— Мне приятно, что вам нравится мой вкус.

Демид вдруг резко поворачивается ко мне, нависает сверху и… нежно касается шеи. Наклоняется еще ниже. Я замерла, забыв, как дышать. Он что, собрался меня целовать?!

Губы шефа проходят в миллиметре от моих, так их и не коснувшись. Зато моего уха касается теплый, щекотный шепот.

— Мара, никакого официально обращения, мы не работе, нас не так поймут. Здесь обращайся ко мне только как к любимому мужчине. Ну и веди себя соответственно.

Неуверенно поднимаю руку и кладу их на поясницу шефа. Можно сказать, что обняла.

— Да, так уже лучше, но надо будет еще потренироваться попозже.

Пока я думала, когда начнется это “попозже” и что будет входить в программу тренировок, Демид нашел наш стол. Каждое место с именными карточками. Шеф поулыбался на свою карточку, где было вместо имени написано “подруга Марианны”.

Посмотрела по остальным, кто еще с нами будет сидеть. Компания еще та подбирается. Еще одна моя дальняя трижды разведенная тетя, я ее видела от силы пару раз в детстве. Родственники считают ее скандальной и неудачливой охотницей на мужей. Соседнее место занимает ее дочка, которая наоборот, уже в том возрасте, в котором кто-то назовет старой девой, и еще ни разу не была замужем. Как говорят, там дело не столько во внешних данных, сколько в характере и большой ведомости и зависимости от маминого мнения.

Обхожу стол дальше. Еще два женских имени и одно мужское. Моя троюродная незамужняя сестра, еще какой-то там по степени родства холостой брат и… нет, последнее женское имя не признала, кто, но видимо тоже кто-то без пары. Думаю, расклад ясен. У нас стол одиноких, независимых и, по мнению, родни, неудачливых родственников.

Тем временем тамада отжигает так, словно это ее звездный час. Гости то и дело призывно поглядывают на столы, наверняка угощаться хотят и “горько” кричат, а она все не угомониться, вспоминая тысячи обязательных обрядов и ритуалов. Молодожены пока еще натянуто улыбаются, но все равно чувствуется, что вымотаны.

— Зачем я вообще собиралась играть такую свадьбу? — задумчиво произношу вслух. — Приглашать всю родню, в том числе настолько дальнюю, что не помню ни имен, ни лиц? А, ну да, мама же сильно настаивала. Истерику закатила такую, что все должно быть как у всех, что проще было согласиться. Но все равно, я столько гостей не согласовывала, на Кристину, видимо, вспомнили уж точно обо всех родственниках.

Демид поворачивается ко мне.

— А какую свадьбу хочешь теперь?

— Никакую. Вообще замуж больше не собираюсь. Ни. За. Что.

— Ну а так, какая бы идея свадьбы понравилась?

Пожала плечами.

— Не знаю. Наверное, только расписаться и сразу на море улететь.

— А если расписаться сразу на море? С фотосессией в живописных местах и красивых нарядах?

— Тоже, наверное, неплохо.

Ну о чем я сейчас говорю? А как только