(Не) верные - Юлианна Орлова

Я не захожу в комнату «расследования», потому что меня настоятельно попросили этого не делать. Столько непоколебимой уверенности вместе с глухим приказом в голосе у Леши при этом имелось, что я не думала сделать наперекор ни разу.

Мне слишком хочется верить ему безоговорочно и на все сто возможных процентов.

С матерью мы разругались окончательно. Все вышло из-под контроля, хотя, может, и не было под ним. Я ослушалась и не приехала в день нашего первого разговора, не приехала и на второй. Леша выдал мне обычный кнопочный телефон со словами:

—Его не отследить, общаться только с мамой.

Я звоню ей каждый день, но беседы заканчиваются вопросом «Где ты и когда приедешь домой? Сережа волнуется, он хочет с тобой поговорить», на который она не получает ответ, и мне приходится повесть трубку, дабы не накалять и без того напряженную ситуацию.

Я понимаю, что на мой обычный номер наверняка поступают звонки от Сережи. Еще бы. Не мог же он просто забить болт на то, что я пропала из поля его зрения. А дата свадьбы все ближе и ближе.

Иногда мать шлет мне угрозы в стиле «Я отдам ему телефон, и на следующий звонок ответит твой будущий муж», но это не случается уже третий день подряд, так я перестаю об этом думать, но решаю, что больше звонить не буду. Нет смысла говорить нам на этом этапе, где никто никого слышать не хочет.

У нас со спецназом все гладко, пока с утра Леша не заявляет мне:

—Я сейчас уезжаю. Работа. Ты остаешься тут, по всем вопросам звонишь моему заму. Фрост к твоим услугам.

Сосредоточенный взгляд скользит по чем угодно, но только не по мне. Леша быстро собирается, даже не целует меня на прощание. Я провожаю его взглядом побитой собаки и прикусываю с силой губу, пока во рту не разливается металлический привкус.

От этого по-особенному жутковато, и я начинаю слегка накручивать себя. Что это за задание такое? А насколько оно опасно?

В хаотичных мыслях провожу половину дня, без конца и края читая новости в особом ужасе, ожидая чего-то по-настоящему страшного. Пару раз порываюсь набрать этого самого Фроста, но в следующее мгновение отказываюсь от этой идеи.

В итоге разогреваю очередную порцию шашлыка, ведь у нас теперь каждый день мяса на мангале, и, обессиленная от мыслей, сажусь за стол, втягивая носом аромат свежего мяса. Слюна скапливается во рту, а затем я слышу шаги.

О Господи!

Схватив вилку, резко встаю и разворачиваюсь на источник звука. Сердцебиение отбивает с особой силой, когда взгляд напарывается на…

ГЛАВА 24

ВИКА

…Жену Леши напарывается мой взгляд. Пока еще жену, стоящую прямо в дверном проеме и взирающую на меня так, как будто я НЛО. Что ж, видок у меня и правда классный. Первое: я в одежде спецназа, и не только потому, что это мне чертовски нравится, а еще и потому, что других вещей у меня нет. В машине только летний спортивный костюм, который сейчас в стирке.

Второе: я тщательно отлюбленная, и тяжело не понять это прямо с порога. Не будет просто девушка без определенных отношений гулять по дому мужчины в одной футболке, под которой ничего. Вы погоду видели? Это же ад на земле. Вы Лешу видели? Там надо голой быть двадцать четыре на семь.

Но если отбросить детали, остаемся мы с женой спецназа, всматривающиеся враждебно друг в друга. У меня очевидная ревность, у нее неприкрытый шок. Наверное, первым порывом было нечто из разряда «вцепиться в волосы», причем и у нее, и у меня. В итоге стоим изваяниями, отмираем.

Первая — она.

—Вика? — потрясенно звучит, как будто она не может поверить в происходящее. Очевидно, я тоже иногда ловлю себя на такой мысли. Поверить не могу в то, что теперь у меня есть спецназ.

—Добрый…день, —выплевываю из скованной нервами груди. Сложно вообще сейчас конструктив в массы нести, если хочется напхать в стиле «он мой, свалила». Я никогда подобным не баловалась, но сейчас самое время начать. Почему бы и нет?

Рита вскидывает брови вверх. Эти ниточки так высоко подскакивают, что у меня сомнения в их реальности. Словно мультипликация.

Устраивать драку сейчас странно будет, но мое тело напряжено совсем как перед броском. Или в моменты, когда ты на адреналине готов защищаться от нападения. Эмоционально шатает из стороны в сторону, на ментальном уровне мне кажется, что сейчас произойдет взрыв сверхновой.

Я настолько концентрируюсь на бывшей жене Леше как на угрозе, что у меня даже сужается зрение. Внутри распаляется то самое чувство необоснованной ненависти просто потому, что она когда-то была его женщиной. То есть касалась, проводила с ним время, разговаривала вдоволь, возможно, и путешествовала. Про секс думать боюсь, ведь моментально во рту разливается привкус рвоты, а живот скручивается в болезненных спазмах.

Реакция душераздирающая. Сносящая с ног. Выбивающая сознание.

—А что ты здесь делаешь, девочка? — сипло произносит она и начинает рассматривать меня с ног до головы. Медленно, внимательно и маниакально даже как-то.

Я помню, что мы условились на «ты», но делаю ровно наоборот.

—Это ВАС не касается, — у меня врубается гонор и вплетается в канву голоса.

Специально я разграничиваю нас, потому что мы совершенно по разные стороны баррикад. И Рита, будем честны, все же старше. Моя сучья натура в наличии и брызжет ядом. Даже мысленно я хочу быть во всем лучше, чем его бывшая жена. Сейчас она даже не кажется мне такой симпатичной, какой казалась в первую нашу встречу.

Она буквально никакая и опухшая при этом. Нет. Она обрюзгшая.

Женская солидарность сметается поганой метлой на раз-два.

—Я жена Лёши. И да, я имею право спрашивать, что вы делаете в нашем дачном доме.

Слова больно вспарывают мне кожу. Ощущение, что она не в курсе развода… Не к месту вспоминается, что он ведь обещал, но, значит, так и не дошел до обещанного. Противно и зябко, хочется сразу помыться. И тут же следом приходят мысли, что мой спецназ совсем не мог бы меня обмануть. Никак нет. Он не такой, и он просто…был занят, но в скором времени эта проблема решится.

—Что ж.