Белая башня - Екатерина Лесина

— У Императора не было ключа.

— Кровь, — поправился Маска. — Кровь — это ключ.

— Если… я принесу тебе кровь, ты сможешь сказать, подойдет ли она?

— Да.

— Хорошо… но если тот, кто обладает правильной кровью, наденет тебя, не случится ли так, что… он снова обезумеет.

Молчание.

И длится оно, длится, само по себе являясь ответом.

— Момент контакта сложен… для восприятия неподготовленного человека, — Маска произносит это крайне неохотно. — Для беседы с тобой я использую малые модули ментального воздействия, и то твой разум слаб и при долгой… беседе он может повредиться. Адекватная же работа с оператором предполагает полное единение и нагрузка на разум возрастает в разы. Тем более, когда нет внешнего корректирующего модуля.

— Чего?

— Аппарат, который стабилизирует… выравнивает работу тела, укрепляет его, как и нейронные связи… разум, — поправился Маска. — Облегчает контакт на первых этапах.

— А как он выглядит?

— Боюсь… мне сложно будет описать.

Верховный задумался.

— Скажи… если я заберу тебя отсюда? Чтобы показать одно место… не случится ли так…

Глупый вопрос. Это как спрашивать у льва, прежде чем открыть клетку, не сожрет ли он доброго человека. И ждать честного ответа?

Но…

— Боишься, что я вновь подчиню кого? — поняла Маска. — Что ж, подобный вариант развития событий возможен, если ты будешь препятствовать основной задаче. Однако мне кажется, что в данный момент времени мы достигли нужного уровня взаимопонимания, чтобы отпала необходимость в дополнительном воздействии.

Верить?

Или нет?

— К тому же внутренние энергетические резервы восстановлены. Поэтому нет. Я не буду убивать других людей. Протокол резервного восстановления выполнен.

Наверное, это можно было считать…

Согласием?

Обещанием?

К тому же… Верховный снова повернулся к спящему городу. Был ли у него иной выбор? Был, несомненно. Там, глубоко под землей, в вечной тьме, которая готова принять скольких? Сотни? Тысячи? Мало, ничтожно мало.

— Завтра, — сказал он. — Я… мы придем завтра. И тогда я приму решение.

Которое уже принято.

Но Верховный все же человек, а человек слаб. И ему требуется время, чтобы смириться, пусть и со своим же выбором.

Глава 25

Глава 25

Миха

Серебряное пятно в предзакатных лучах стало ярким настолько, что теперь его могли видеть не только маги.

— Полагаю, эволюция нежити в закрытом локусе пошла по иному пути, нежели вне его, — глубокомысленно заметил Карраго и опустил палку. К палке была привязана длинная нить с куском сушеного свиного мяса. — И что интересно, здесь явно идет упор на создание гибкой структуры, не имеющей четкого материального воплощения.

Мясо коснулось воды, и по серебряной глади прошла рябь. Пятно двинулось, и на конце импровизированного удилища образовался плотный круглый шар. Как капля ртути.

— А как его убить-то? — барон, который уже запустил в пятно десяток камней и две палки, на том успокоившись, был настроен весьма практично. — Ему ж голову не отрубишь.

— И сердце не пронзишь, — Карраго поднял шарик чуть выше. — И шкуру не снимешь. Более того, полагаю, что даже отделив какую-то часть этого существа мы добьемся лишь того, что временно существ будет два.

— Колония, — не выдержал Миха.

Шарик медленно поднимался над водой и с него стекали тончайшие нити.

— Чья?

— Ничья. Это у микроорганизмов бывает. Они вместе растут. Одной колонией. Бывает, что объединяются колонии вместе под плотными оболочками. У пчел вот тоже колония. И у муравьев. Но более структурированная. А здесь…

— Пожалуй, соглашусь, — Карраго вновь опустил рукоять, и шарик соединился с пятном, чтобы растечься по его поверхности. — Эта структура с одной стороны весьма стабильна. С другой — изменчива.

— Так убить-то как?

— Сложно сказать… — Карраго надоело развлечение, и он сунул удилище Тени. Тот передал сыну, который явно не слишком жаждал сводить знакомство с престранной тварью. — Возможно…

— Рыба в реке есть, — заметил Тень.

Да, рыба была. Вон, аккурат медленно доходила до готовности на углях.

— И зверюга пить может…

— Может, — согласился Карраго. — Но рыба — естественный обитатель. Подозреваю, что они с… созданием давно сосуществуют. Возможно, рыба ему не интересна. Энергии в ней, как таковой мало…

— Реагирует оно медленно, — Миха подбросил на ладони камушек, но дразнить и без того взволнованную нежить не стал. — У него нервной системы нет. Как и мозга.

— То есть, он тупой? — уточнил барон.

— Скажем так… избытка интеллекта ждать не след. Но вот тебя он сожрать сумеет, — Карраго отступил от берега. — Есть два варианта… мы можем попробовать пересечь реку. По одиночке. И весьма быстро. Желательно, в разных местах. Она не выглядит широкой, а вот что там со дном — сказать сложно. Может получиться так, что будут сюрпризы…

Будут.

Миха шкурой вот чуял, что будут.

— Можно создать полновесную иллюзию, — предложил Винченцо, переворачивая прутиком рыбешек. К слову, те были довольно зубастыми, что тоже навевало не самые приятные мысли. — Заложить параметры веса и размера.

— Температуры, — подсказала Миара. — Что? У рыб холодная кровь. У нас — теплая. Это вполне может быть определяющим моментом.

Миха с ней согласился. И добавил.

— Силу можно заложить?

— Тогда две иллюзии, — Карраго потер руки. — Для чистоты эксперимента… скажем…

Он оказался рядом с Михой и снял что-то с его плеча.

— Надеюсь, не против?

Возражать было бессмысленно. Пара взмахов руки и рядом с Михой встал… да, если так, то выглядит он весьма себе бомжевато. Грязная потрепанная одежда. Грязные же волосы, которые чуть отросли и Миха теперь стягивал их, отросших, шнурком. Щетина какая-то на впавших щеках.

И морда лица разбойная.

— Вот так… а теперь…

Иллюзия направилась к воде, правда, не с песчаной косы, что было бы логично и удобно, а в стороне от нее. Призрачный Миха выглядел столь натурально, что от этого было, мягко говоря, не по себе.

Рогоз трясся.

Трещал и ломался.

— А это… нормально, что он такой настоящий? — поинтересовался Миха шепотом.

— Карраго не зря считают одним из сильнейших, — ответил Тень. — Такое мало кто повторить может.

— Такое точно никто не повторит, — Карраго обладал отличным слухом и изрядным самомнением. — Это личная разработка…

Миха вступил в воду.

Сделал шаг.

И второй.

— На самом деле мы имеем дело с классической техникой Изгаша, опирающейся на свойства воздуха, в частности, на возможность изменения плотности его…

Дальше Миха слушал слабо. Может, Карраго и гениален, но Миха и в давние времена своего спокойного существования на лекциях нет-нет да задремывал.

—…в итоге получается внешняя оболочка заданного объема и формы, в которую уже…

Вода хлюпала под ногами призрачного Михи. А он все дальше и дальше уходил от берега.

—…а фигура, обладающая плотностью и объемом, будет вести себя согласно законам мироздания…

И все-таки Миха пропустил момент, когда фигура покачнулась и замерла.

Замолчал Карраго.

И прищурился, вглядываясь в воду.

— Еще одно… — Винченцо рыбу с углей убрал. — Поднимается…

Шаг.

А глубина уже приличная, по грудь. И потому тончайшие нити, которые лежат на поверхности воды, кажутся чьими-то седыми волосами.

Еще шаг.

Они завиваются.

Поднимаются. Обнимают, оплетают…

— Давление приличное… и тянет, — Карраго дернул головой. — Все.

Призрачный Миха просто исчез, а спустя мгновенье из места, на котором он стоял, вырвался пучок серебристых нитей. Затем забурлила вода, окрасилась серебром.

И спустя минуту все стихло.

— Итак… тварь эта не только у берега, — Карраго глядел на воду, которая медленно теряла серебристый отлив. Нити растворялись в ней одна за другой.

— Возможно, она вовсе как грибница, — предположил Винченцо. — Тянется по всему дну, наверх выпуская эти вот пятна. Вроде ловчих щупалец. Или сигнальных. Сигнал, конечно, идет с опозданием.

— А если бежать? — предположил барон.

— Попробовать можно…

— Нет, — Карраго покачал головой. — Я… слишком увлекся, кажется. Еще ночь впереди. Так что все эксперименты — уже завтра.

— Не думаю, что получится, — Винченцо вернулся к костру. — Он и до середины не дошел. Глубина приличная, как показал опыт. А дальше может быть и того хуже. Топкое дно. Ямы… слишком опасно. Проще поверху мост поставить. Твоя зверюга сможет протащить веревку на тот берег?

Этот вопрос он задал Ице.

И та, чуть подумав, кивнула.

— Веревки осталось