Петров, к доске! - Павел Ларин

В общем, настроение у всех было поганое, это факт. Но по разным причинам.

Серега, к примеру, страдал, глядя в окно, потому что вечером отхватил предварительных люлей за две записи в дневнике. И это была лишь разминка. Основной разбор полётов ждал его сегодня.

Макс по дороге в школу встретил Раевскую, которая шла вместе с подружками. Заметив Макса девчонки дружно захихикали и начали перешептываться, что намекало на частичную реализацию плана моего друга. Внимание он привлёк точно, как и мечтал. Другой вопрос, радости от этого мало. Его статус слегка чудаковатого дурачка на фоне вчерашнего прослушивания закрепился ещё сильнее. Потому что пока Лукина солировала, Кашечкин играл, а Деева и Рыкова таращились в зал, остальные несколько раз открывали рты, собираясь вступить, как договаривались, но так и не вступили. Потому что молчали отличницы и это сбило всех с толку. В итоге мы выглядели как обезумевшие рыбы, которые очень неожиданно оказались на суше. Открыли рот — закрыли, открыли — закрыли. И так на протяжении всего первого куплета, пока Лукина не издала свой коронный «Хрюк».

Я тоже пребывал в упадническом настроении, но исключительно по причине поганого сна. Вернее, по причине его отсутствия, если уж выражаться конкретно.

Конфеты, как оказалось, были не единственным подарком от дяди Лёни. В довесок к сладостям он притащил… котенка. Того самого, которого мы упорно «спасали» с дерева. Я не знаю, какими логическими путями сантехник пришел к выводу, что этот котенок должен непременно попасть именно в наш дом. Впрочем, я не знаю и то, почему животное вообще оказалось у сантехника. Однако, судя по мерзкому характеру, который кот проявил сразу же, с первых минут нашего с ним более близкого знакомства, именно его мы сбивали с дерева.

— Это что такое? — Спросил я, когда, умылся, переоделся и пришел в нашу с Илюхой спальню из ванной комнаты.

На моей кровати самым беспардонный образом развалился черный, мелкий, облезлый кот. Он нагло раскорячил все четыре лапы и делал то, что обычно делают коты, когда им нечем заняться.

Я сначала даже подумал, что мне показалось. Просто прекрасно помню, как много, очень много раз просил у матери домашнего питомца, когда был такого же возраста, как Илюха. И всегда родительница отказывала с формулировкой, что животные — это ответственность, а я сам за себя иногда не в состоянии отвечать. И тут вдруг — котенок.

— А, так это Черныш. — Как ни в чем не бывало заявил братец, будто у нас этих «Чернышей» — завались.

Потом вообще с разбегу плюхнулся на мою постель и принялся жамкать мяукающего и отбивающегося от его «сюсюканий» кота. Пока что побеждал кот, оставляя на Илюхиной руке царапины.

— Охре… — Начал я, затем посмотрел на братца и поменял риторику своей речи. — Опупеть можно… Ма-а-а-ам!

— Что такое? — Родительница моментально возникла на пороге комнаты.

Она по-прежнему вела себя немного суетливо, чем только увеличивала мои подозрения насчёт «случайности» появления в нашем доме сантехника.

— Это кот! — Я указа рукой в сторону барахтающихся Илюхи и Черныша. Господи… Имя еще такое дурацкое ему выбрали.

— Ну… просто Леонид… Он принес в подарок. Я не могла отказать. Человек так старался. Он разыскал его. Думал, будет символично…

Я несколько минут слушал эти слегка невразумительные объяснения, а потом выдал:

— Тебя в школу вызывают.

Поведение родительницы однозначно говорило о том, что она испытывает чувство вины. Я решил, сейчас самый подходящий момент, чтоб сообщать неприятные новости.

— Как⁈ — Матушка ахнула и выронила из рук полотенце, которым, видимо, вытирала перемытую посуду.

Сразу после ухода сантехника чашка «для особых случаев» должна была вернуться на свое законное место, в сервант.

Кстати, дядя Лёня свалил, пока я был в ванной. Подозреваю, его выпихнула мать.

— Ну как-как… Вот так! — Я развёл руками, потом подошел к кровати, спихнул братца с котом, снял одежду и улегся в постель.

— Да погоди! Почему? — Окончательно разнервничалась родительница.

Она явно разрывалась между желанием накричать на меня и тем, что буквально десять минут назад я лицезрел ее посиделки с кавалером. По моему не особо довольному лицу она поняла, что я тоже все понял насчет интереса дяди Лёни.

Нет, однозначно правильный момент выбрал. Теперь если завтра и попадёт, то несильно. Дело не в том, что я боюсь ругани с материной стороны. Вообще нет. Просто мне нужно заниматься более важными делами, чем опять генералить квартиру или что-то подобное. К тому же, пока был у Макса, немного проработал тему Ромова. Подготовил, так сказать, почву.

— За песню. Мам, ничего страшного не произошло. Просто мы накосячили там половиной класса. Не переживай. Вызвали не только тебя. Давайте спать?

О-о-о-о-о… Как я был наивен в этот момент.

Сначала, конечно, все действительно улеглись. Выключили свет. А потом коту стало скучно. Эта мелкая дрянь начала устраивать гонки и скачки. Причем, скачки –в полном смысле этого слова. Он выворачивался боком, выгибал спину, затем на прямых лапах прыгал из одного угла комнаты в другой. При этом шерсть у него стояла дыбом, хвост трубой, а из маленькой пасти вырывалось то ли рычание, то ли рык. Со стороны возникало полное ощущение, что в этого гадского кота вселились все демоны разом. Просто какая-то одержимая тварь, а не кот, честное слово.

— Твою мать… — С чувством высказался я после часа этого безумного «тыгдыка».

Пол у нас в квартире был частично покрыт линолеумом, а в зале и спальне лежал паркет. Поэтому звуки, которые производила эта мелкая сволочь, получались очень громкими.

Встал, включил свет. Илюха самым бессовестным образом спал и его вообще не колыхали забеги кота. Впрочем, братец всегда отличался крепким здоровым сном. Мне кажется, его с кроватью можно вынести из квартиры, он не пошевелится.

Судя по тишине в зале, родительница тоже крепко отрубилась, ей было все равно, кто и куда бегает или прыгает. Один я, как дурак, не мог спокойно спать.

Кот же, интуитивно понимая, что сейчас с ним что-нибудь сделают, резко рванул под кровать братца. Несмотря