Мертвец Его Величества Том 2 - Вадим Александрович Оришин

— Но подожди! — огненная волшебница, Удина…

Странно, у меня это имя ассоциируется с мужчиной, но не помню почему. Так вот, Удина спросила:

— Огонь сжигает, но он существует сам по себе! Пламя — это…

Я рассмеялся.

— Огонь — это химическая реакция, интенсивный процесс окисления, детишки, для которой нужно топливо. Разные материалы горят по-разному, имеют разный цвет горения. Некоторое топливо горит само по себе, но куда чаще нужен окислитель — кислород, содержащийся в воздухе, которым мы дышим.

На меня посмотрели, как на сумасшедшего.

— Сейчас проведём эксперимент с паром, и я покажу вам пару фокусов.

Вода как раз закипела. Олег показал, что да, паром управлять он может. Внимание, вопрос! Управляет он паром, потому что тот смешан с воздухом? Или магу воздуха принципиально наплевать, каким газом управлять?

— Так, двигайте за мной! Поставим несколько экспериментов!

Мы всей толпой отправились в крепость. Стекло, пусть не самого высокого качества и не самое прозрачное, получать я научился, поэтому стёкла у нас стояли много где, чем доказывали богатство поселения, да. Однако стекольное производство было скромным (да и песка подходящего у меня далеко не горы), поэтому Предельный пока обходился отходами производства и покупным. Главное, у меня нашлись достаточно крупные колбы, часть из них использовалась для химической лаборатории.

Первый и самый простой эксперимент: посадили Удину, поставили перед ней стекло, за стеклом в держаке закрепили спичку. Девушка спичку зажгла без всякого труда. Эксперимент номер два: колба, в колбе перегородка, делящая внутреннее пространство поровну, но не герметично, воздух может проходить из одной половины в другую. В каждой половине по одной спичке. Горлышко плотно закупорено.

— Зажигай одну спичку, контролируй пламя, чтобы не перекинулось на вторую, — даю я команду.

Удина зажигает спичку, та спокойно горит. Вскоре кислород в колбе кончается, спичка гаснет. Девушка озадачена.

— Зажигай вторую, — даю я команду.

Спичка начинает тлеть, но не горит.

— Как такое возможно⁈ — восклицают маги.

— Наука, су… Кхм, — на местном знаменитое восклицание не звучит. — Для горения нужен кислород, что имеется в воздухе. Продолжим!

Две колбы, соединённые друг с другом, изолированные от внешнего мира. В обеих по спичке.

— Так, Олег, твой выход. Перегоняй воздух из одной в другую.

Маг воздуха озадачился, но попробовал. В одной колбе спичку начало мотать по полу, видимо, Олег создал ураганчик, втягивающий в себя воздух. Или не весь? Киваю на опустевшую колбу:

— Удина, зажигай.

Спичка вспыхнула, но быстро погасла.

— Я знал, что сильные маги воздуха могут сбивать пламя! — воскликнула вторая девушка, Газель.

— Теперь ты знаешь, почему, — киваю.

Мы продолжили изучать магию воздуха. Как маг зажигает пламя — понятно, но не объясняет огненные шары. На что именно влияет вливание магической силы? Катализатором каких процессов она выступает?

Повторили опыт со спичкой в колбе, где выгорел воздух. Влив больше силы, Удина заставила ту не гореть, но искрить. Ускорение реакции, окисление происходило, но не как горение, а как нечто иное. Затем вышли на полигон. Олег пытался создавать безвоздушное пространство… То есть, пространство с разреженным воздухом, а Удина игралась с потом пламени. Результат: кто вливает больше магии, тот и папка.

Под конец я убедился — маг огня контролирует и направляет процесс горения (окисления). Может спокойно засунуть руку в огонь, защищая плоть и даже ткань от горения. Может, если сосредоточится, защитить какой-нибудь материал от горения. Наложить на друзей защиту от магии, говоря магическими терминами. Притащил своего алхимика и указал на девушку.

— Вот эта красавица способна силой воли проводить реакцию окисления. Теперь думай, где нам это может пригодиться. Контролируемое, направляемое волей окисление! Ты понимаешь?

Госсель понял. Мне даже показалось, что в пустых глазницах его черепа загорелся фанатичный огонёк.

Глава 35

Через три дня я понял, что академию придётся ставить отдельно, не в крепости и не в городе.

Сначала маги с опаской относились к мёртвому алхимику, но, почувствовав в том родственную душу маньяка-первооткрывателя (маньяка большего, чем все пять молодых магов, вместе взятых), с восторгом влились в процесс исследования. Я едва успел остановить эксперимент: а что будет, если маг огня попытается поджечь порох. Напомнил, что маги после смерти станут магами смерти, а это теряет смысл. Оболтусы об этом как-то подзабыли.

За эти три дня Удина прошла сразу два уровня развития. Оказалось, что мелкая манипуляция, запуск окисления без непосредственного горения, требует концентрации куда больше, чем создание даже самого мощного огненного шара. У меня снова чувство, что я открыл ящик Пандоры. Детишки-то не понимают, но я-то понимаю. Маг огня должен не закидывать врага огненными шарами, а применять магию хитрее, изворотливее. Нет, сжечь сразу противника — это не простой вариант, до подобного и местные сами додумались, есть два препятствия. Первое — расстояние, с большой дистанции манипулировать пламенем ещё можно, зажигать — уже почти наверняка нет. Второе — некоторая сопротивляемость всех живых, разумных существ.

Однако я уже понимаю, что магу огня на спину надо вешать баллон с горючей смесью. В зависимости от горючести материала меняется расход магической силы. Я, косвенными экспериментами, прикинул соотношение. Удина, запустив огненный шар, сожжёт полянку площадью в одиннадцать — пятнадцать квадратных метров. Немного. Выстрелив горючую смесь и применяя такое же количество энергии, она выжжет в адском пламени вдесятеро большую площадь, плюс-минус лапоть. Подсчёты примерные, возможно, при масштабировании вмешаются какие-то неизвестные переменные, но эффективность всё равно возрастает кратно.

Удина, просто работая с Госселем, развивалась быстрее, чем от всех известных магам упражнений. Все их медитации, приёмы, фокусы — ерунда. Заставить порошок на лакмусовой бумажке внутри колбы, откуда выкачан воздух, окислиться определённым образом, и чтобы ничего не загорелось и даже дыма не появилось — вот это упражнение на микроконтроль.

Олег тоже развивался, пусть и не настолько стремительно. И, экспериментируя, мы доподлинно установили — маги воздуха на самом деле не маги воздуха, и даже не маги газа. Способность мага воздуха — манипулирование давлением в ограниченных областях. Чем больше область влияния, тем меньшее изменение давления может дать маг. И все заклинания этой сферы — игра с этими областями.

Создать режущий ветер — формирование закольцованной структуры, поддерживающей нужное давление и движение воздуха с заданной скоростью в ограниченной области. Для «обычной» магии воздуха лучше всего подходил обычный воздух. Почему — непонятно, просто факт. Однако Олег проворачивал те же трюки с водяным паром и другими газами. Он также мог работать с жидкостями, что стало для него разрывом всех шаблонов. Однако с жидкостями получались лишь самые слабые и ограниченные трюки.

Ещё мы выяснили, что тонкие манипуляции Олег мог производить только в относительной близости от себя. Зато мог погонять по небу облака. Не в смысле любую фигуру из облаков сделать, у него на больших дистанциях получалось влиять только на огромную область сразу, сбивалась фокусировка, так что его предел: создать область разряженного воздуха в одном месте, плотного в другом, чтобы вон та тучка передвинулась по небу. Ещё один момент — такие же манипуляции, на таком же расстоянии, но у поверхности земли — никак. Олег уже не тянул. Сильный маг воздуха мог создать смерч, мощное разрушительное заклинание. Только трюк был именно в том, что создаёт маг ураган где-то высоко в небе, чтобы воронка оттуда опустилась к земле.

Ещё один парадоксальный момент. Создать область с достаточной плотностью воздуха, чтобы сделать «воздушную стрелу», способную пробить доспех — пожалуйста. Создать в цилиндре давление, способное вытолкнуть поршень, на который воздействуют обычной физикой — нет, слишком тяжело. Более того, мы поставили моего медвежонка. Ударным заклинанием отбросить этого тяжеловеса — с большим напрягом оказалось возможно. Поднять в воздух даже жалкого кадавра и держать — никак. Магу воздуха легче давались разовые мощные выбросы, чем долгий контроль. Алхимик констатировал, что для научного прогресса маги воздуха небесполезны, даже ограниченно применимы, тогда как магия огня — ценнейшее искусство.

Перешли к магу воды. Сразу