Инквизитор - Ян Анатольевич Бадевский

мне нравятся удачно сплетённые многоступенчатые вязи, древние клинки и симпатичные девушки. Живопись… ну, такое. Пока мы рассматривали полотна с бушующим морем, осенним лесом, парусниками и дирижаблями в небе, было занятно. А потом началась мазня современных авторов. Кто-то собирал изображения из точек и клякс, кто-то ограничивался примитивной геометрией, а были и такие, кто просто изобразил свёрнутые в трубочку рублёвые купюры, перевязанные резинкой. У этого «шедевра» я на секунду задержался. Истолковав это по-своему, графиня спросила:

— Вам нравится творчество Андрея Ворхолина?

Хмыкнув, я уточнил:

— Смотря сколько стоит эта картина.

— Насколько мне известно, — не растерялась девушка, — на аукционе в Неваполисе это полотно ушло с молотка за пятьсот миллионов рублей.

— В пачке максимум десять тысяч, — заметил я. — Может, и мне взяться за кисти и мольберт? Знаете, в усадьбе Володкевичей есть много предметов, истинную суть которых ещё никто не постиг. Мешки с цементом, чайные пакетики, махровый халат…

Бронислав с трудом сохранил серьёзное выражение на лице.

Графиня Зимницкая посмотрела на меня со смешанными чувствами. Как на варвара и большого оригинала в одном флаконе.

— А мне нравится вот эта работа, — Бронислав решил сгладить конфуз. Я проследил за взглядом учителя и обнаружил на стене картину с чёрным треугольником в центре. — Велимир Муневич?

— Он самый! — обрадовалась Зимницкая. — Поговаривают, что Глинские смогли раздобыть оригинал. Сумма сделки не разглашается, но, поверьте, она заоблачная.

— Интересно, — задумчиво проговорил я. — Наверное, часто подделывают.

Графиня не сразу поняла, к чему я клоню, и простодушно ответила:

— Очень.

— И как отличить копию от оригинала?

Бронислав наградил меня укоризненным взглядом.

Графиня звонко рассмеялась:

— Сейчас этим занимаются эксперты с Даром ясновидения.

— Тонко, — оценил я.

Мы продолжили свою неспешную прогулку. Галерея оказалась вместительной: помимо картин там находились всевозможные арт-объекты и скульптуры. Я прошёл мимо статуи, собранной из видеокассет, старых телевизоров и магнитофонов — причём некоторые экраны работали, демонстрируя белый шум или заставку новостей. Дальше была телефонная будка с облупившейся краской, исписанная нецензурными словами и украшенная детородными органами. Особое впечатление на меня произвела скульптурная композиция в виде собачьих фекалий, созданная знаменитым мастером эпатажа Шу Юем. Я окончательно понял, что современное искусство при грамотной подаче — это настоящий золотой прииск. Только успевай мелькать в прессе, раздавать автографы и загребать бабло лопатой…

Дальше было веселее.

Графиня отвела нас в выставочный зал, где хранилась коллекция оружия, собранного Глинскими за несколько веков, а также в огромное помещение с автомобилями и мотоциклами.

— Князь — ценитель дорогих спортивных автомобилей в стиле ретро, — объяснила Зимницкая. — И это собрание — его гордость.

На обратном пути мы прошли через крытую оранжерею с экзотическими растениями, миновали бальную залу, библиотеку и бильярдную, после чего переместились в банкетный зал. Гости уже рассаживались по своим местам, причём эти места были строго регламентированы. Рядом с нами тут же возникли два лакея, в задачу которых входило усаживание гостей там, где предписано.

— Благодарим за познавательную экскурсию, графиня, — наставник уважительно склонил голову.

— Что вы, мне было приятно ваше общество, — проворковала Зимницкая, скользнув по мне оценивающим взглядом. При этом девушка ухитрилась встать таким образом, чтобы мне открывался идеальный ракурс на её прелести. — Надеюсь, ещё увидимся.

Последнюю фразу Наталья произнесла, глядя на меня в упор.

Миг — и Зимницкая с сожалением отворачивается, следуя за своим лакеем. При этом в меру виляя бёдрами — так, чтобы выглядеть соблазнительно, но без пошлости.

— Осторожнее, — предупредил Бронислав. — Тот самый случай.

Гости рассаживались ещё минут десять, и ужин в итоге начался с опозданием. Столы были расставлены в виде большого квадрата, так что никто из гостей не чувствовал себя ущемлённым по старшинству, родовитости или степени удалённости от вершины клановой иерархии.

Распорядитель троекратно ударил посохом в пол.

Иван Глинский, у которого на лацкане пиджака закрепили микрофон, откашлялся и постучал вилкой по бокалу. Разговоры окончательно стихли. Из динамиков раздался голос князя:

— Дамы и господа! Я имею честь представить вашему вниманию атмосферный цирк «Хануман»! Приятного аппетита и наслаждайтесь зрелищем!

Освещение в банкетном зале изменилось.

Часть люстр погасла, вспыхнули скрытые прожектора, а по внутреннему периметру столов очертился неоновый квадрат. В следующую секунду я осознал, что в центр зала телепортировался человек. Прожектор выхватил прыгуна, одетого в красный костюм с блёстками и шляпу-котелок.

Началось шоу.

Уличный маг вытаскивал монеты из-за ушей аристократов, разбрасывал по залу карты, превращая их в мишуру и разноцветный дым, преобразовывал воду в лёд, доставал голубей из воздуха, а под конец щелчком пальцев запустил дождь из денежных купюр — те медленно кружили в воздухе, постепенно испаряясь. Зрители со смехом пытались ловить деньги, но пальцы просачивались сквозь банкноты. Ничего сложного, но по эфирным возмущениям я чувствовал, что иллюзионисту помогают ассистенты-одарённые.

Последние купюры вспыхнули ярким пламенем, молниеносно превратились в пепел и были унесены прочь невесть откуда взявшимся ветром. Фокусник закрылся плащом и исчез. Тут же его место заняла пара левитаторов, которые начали вытворять в воздухе невероятные акробатические трюки. С обручами, шестами, факелами и остро отточенными ножами. Трюки включали в себя элементы жонглирования, восточных единоборств и воздушной гимнастики. Разумеется, выполняли их соблазнительные девушки-китаянки в обтягивающей одежде.

Следующий номер выполнялся дуэтом кинетика и невероятно гибкой девушки-акробата. Кинетик стоял в центре неонового квадрата, подбрасывал в воздух различные предметы, а его ассистентка, не обладающая Даром, балансировала на них в воздухе, постепенно поднимаясь всё выше и выше. Потом начались усложнения — кинетик «терял» контроль над предметами, девушка молниеносно реагировала и находила запасные точки опоры. В финале ей пришлось растянуться в шпагате, удерживаясь между двумя крохотными дисками.

Были и другие номера, все они так или иначе увязывались с левитацией и трюками над головами ужинающих аристократов.

Я впервые присутствовал на банкете, подготовленном с таким размахом. Начну с того, что во дворце собрался весь цвет губернской аристократии. По моим прикидкам, за столами сидело около двухсот человек. Детей я не заметил — судя по всему, их оставили на попечение няням и гувернёрам. Значит, вечер серьёзный. Для солидных взрослых дядек, желающих обсудить важные вопросы.

Не сказал бы, что представление сильно впечатлило гостей. Многие со скучающим видом переговаривались с соседями и продолжали есть, запивая угощения вином.

Как по мне, многовато пафоса. Все блюда очень вкусные, изысканные, но вот порции оставляли желать лучшего. Приносят тебе большую квадратную тарелку, а на