Операция «Смерть» - Галина Кор

Стук в дверь.

— Выходи, красотуля, пора, — за дверью Семенов. Выпендривается. Специально говорит таким голосом, словно проявляет заботу.

Не спешу открывать. Мне надо собраться. Накрутить себя по полной, чтобы адреналин бахнул в голову, и все, не остановить.

— Эй, ты там че, заснула? — удары стали сильнее и голос нервнее. Тут главное не переусердствовать, а то вышибет дверь с ноги, размазав меня по этому самому задрипанному зеркалу.

Собралась, тряпка! Погнали…

Распахиваю дверь и покачнувшись, падаю в его объятья.

— Оу, прости, — шепчу ему в ухо.

— Да ниче… подержись, мне не жалко. Может это, по-быстрому? Тебе-то уже все равно. Последнее яркое воспоминание, а? — смотрит в сторону хвоста. Но коробки закрывают обзор, мы в глухой зоне.

Мои губы растягиваются в соблазнительной улыбке.

— Твое желание закон, — резкий удар. Бью его же ножом ему прямо в сердце. Глаза округляются. Захрипел. Последняя эмоция — удивление. — Достаточно яркое воспоминание? — интересуюсь напоследок, затащив его тело в туалет.

Прихватив пистолет, иду в салон. Завела руку за спину и обычной походкой направляюсь к своему месту. Но стоит мне только поравняться с главным, бью его рукояткой пистолета по голове. Обхватывает ее двумя руками и, морщась от боли, съезжает по креслу на пол. Придавливаю его ногой.

— Стоять! — ору тем двоим, которые весь полет провели в хвосте. — Руки… чтобы я видела. Без глупостей. Дима, забери у этого пистолет, — бью ногой в район брюшной полости главного.

Дима в шоке, выпучил глаза и не может сообразить.

— Давай-давай, не тормози! — стараюсь привести его в чувства. Он опускается на колени и начинает шарить руками по карманам главного, который свернулся калачикам и пытается отдышаться, после удара. — Вы! — удерживая их на прицеле и переводя дуло с одного на другого, приказываю, — аккуратно вынимаете оружие и кидаете вперед.

Один слишком резко заводит руку за спину.

— Стоп! — ору, останавливая. — Предупреждаю сразу, если кто-то из вас выстрелит и промажет, попав в коробки с вакциной, то мы все моментально заразимся. И ни у кого из нас не будет ни малейшего шанса на спасение. Поэтому… не спеша достаем оружие, и думаем, стоит ли рисковать своей шкурой ради бабла корпорации…

Движение руки становится медленнее.

— И куда ты собираешься бежать? — интересуется второй, вытащив пистолет и повесив его на указательный палец. Бросать не спешит.

— Да нет, парни, бежать я никуда не собираюсь, а вот вы, прогуляетесь. Открывай грузовой люк.

— Шутишь? — брови взлетают вверх.

— Даже не начинала…

— Что у вас тут происходит? — говорит голос за моей спиной.

План А летит коту под хвост, начинаем план Б.

Глава 38

Диана.

Дима резко поднимается, направляя пистолет на вышедшего из-за коробок с вакциной пилота, при этом совершает роковую ошибку, становится на линию огня.

Я вижу, как в глазах того, второго, который держал пистолет на пальце, загорается неконтролируемый огонь спонтанности… он уверен, что уловил момент нашего замешательства, просчета и способен легко вывести нас из игры. Крутанув пистолет, подбрасывает, вкладывая его точно в руку и долго не раздумывая, нажимает на спусковой крючок. Он просчитался в одном, подумал, что я отвлекусь, спущу с него глаз… Но я же не среднестатистическая девушка, меня-то учили… Я способна вращать глазами, как хамелеон. Поэтому… стреляю в ответ. Мне кажется, что я вижу траекторию полета пули охранника. Я знаю, что это нереально, но от осознания, что сейчас она влетит в Димкину спину, я создаю вокруг себя такое звенящее энергетическое поле, которое заставляет время вокруг меня остановиться… Успеваю толкнуть его в бок, отчего он заваливается и пуля влетает в его плечо.

— Ааа!!! — разлетается крик его боли по салону. Он падает в кресло, хватаясь за руку. Пуля прошла на вылет, застряв во внутренней обшивке самолета.

Я не могу пока уделить ему ни секунды. Перевожу взгляд на рядом стоящего со стрелявшим, он закрыл уши, зажмурился и медленно опускается на пол. Боковым зрением слежу за тем, как стрелявший падает плашмя на пол. Во лбу красуется ровненькое отверстие от пули.

Пока охранники приходят в себя, перевожу пистолет на пилота.

— Сел! Быстро! Руки! — дергаю пистолетом, реагируя на его резкие движения.

— Куда? — спрашивает заикаясь, подняв руки вверх и заведя их за голову.

— В кресло, — указываю на самое первое кресло в ряду. — Пристегни себя.

— А как же… — кивает головой в сторону кабины.

— Сейчас вдвоем туда пойдем. Секунду. — пячусь назад, чтобы все участники «корпоратива» были у меня на виду. — Потерпи, — бросаю Димке, — оторви кусок тряпки и придави рану, чтобы остановить кровь.

Надо что-то со всеми этими мужиками делать… Всех я их не потяну.

— Ты, — указываю на первого охранника, который так и сидит рядом со своим коллегой, распластавшимся в хвосте самолета с дыркой в башке, — открывай люк! Ты, поднимайся, — толкаю ногой главного охранника. — Парашюты есть в этой колымаге?

— Есть, — отвечает нехотя.

— Не слышу радости в голосе! — бью его ногой под зад, поторапливая. Уж слишком медленно и драматично встает. Руки заплетаются, и он снова падает, ударяясь подбородком. Переворачивается на спину. — Сколько парашютов?

— Шесть… в случае чего, на вас никто не рассчитывал.

— Семенов твой и этот, — указываю подбородком на труп, — останутся вечными пассажирами.

— Сука… — шипит на меня главный охранник.

— Смелый? — направляю пистолет в район паха.

— Нет. Стой-стой… погорячился.

Грузовой люк медленно опускается. В салон врывается воздух. Самолет значительно снизился, чтобы сбросить «груз», точнее нас. Но вместо нас полетят эти…

— Выходим, сейчас как раз и проветришься, — они накидывают на спины ранцы, закрепляют и… останавливаются на краю. — Подтолкнуть? — мне некогда кого-либо уговаривать, поэтому просто стреляю. Пуля пролетает у них над головой. Один дергается, задевая второго и оба вываливаются, как два мешка с мусором. — Теперь ты, — переключаю свое внимание на пилота, — подъем.

Перевожу взгляд на Димку. Он прижал руку к ране, по пальцам течет кровь, стекая по руке и капая с локтя.

— Лопатка задета? — пытаюсь понять характер ранения. Дима чуть двигает рукой вверх-вниз.

— Нет, цела. Пуля прошла на вылет, разорвав малую грудную мышцу… но это не точно, — он такой бледный, на лбу испарина, а губы пересохли. Много крови теряет… это плохо.

Возвращаю свое внимание пилоту.

— Ну что ты капаешься! — с психом тычу пистолетом ему под ребро. — Веселее, иначе и тебе парашют не понадобится!

Обходим коробки и проходим мимо туалета. Дверь медленно открывается.

— Бля, — пилот резко отворачивается, увидев там труп